Мой хитрый Лис. Принцесса в Академии Оборотней - Алина Рейн

Отойдя от окна, Ивар налил в бокал вино и протянул его мне.

— Я не хочу, — попытка отказаться была встречена хмурым, серьезным взглядом.

— Поверь, захочешь. Лучше уж сразу…

Бокал я приняла, сделала пару глотков, но почти сразу отставила его и подошла вплотную к другу. Мне не нужно было быть эмпатом, чтобы понимать какой раздрай творится у него на душе. Вновь замерев у окна, он обернулся на мой голос.

— Ты как?

— Все в порядке, просто… Я умом понимал, что тебе грозит опасность. Но понимать и видеть своими глазами, не одно и то же. Думал, что я сильнее.

Под конец его голос стал глуше, а потом и вовсе затих. Что я могла сделать? Подойти и обнять друга, стараясь действиями дать ему понять, что мне не все равно. Я так и поступила. Обхватила руками сильный торс, но Ивар будто обмяк, заключая меня в ответные объятия. Стук его сердца становился спокойнее с каждым вдохом.

— Ты один из самых сильных, кого я знаю. Мне иногда кажется, что я не заслужила твоей дружбы. Вашей.

— Не говори глупости, Ди, — отозвался Эван, а Ивар отстранился, чмокнув напоследок мой лоб. Даже едва заметно улыбнулся.

Это обнадеживало. Оставшиеся пару минут до прихода моего тайного парня-лиса, я сидела на диване, поджав под себя ноги и медленно пила вино. Если барсы считают, что так будет лучше, то проще согласится.

Хоть я и ожидала Адриана, появился он все равно неожиданно. Просто вошел в гостиную, обронив на ходу:

— Рассказывайте, — и стал за моей спиной, положив руки на спинку дивана.

Видимо, последний, кто был вхож в мои покои, решил не пропускать столь важное собрание.

— Барсик, — Лотти вывалилась из зеркала, тут же выпрямилась на кончике хвоста и принюхалась, поведя раздвоенным языком в воздухе. — Вино? А мне?

Да, сразу видно, как в маленькой системе ценностей духа, Эвана вытеснил алкоголь. Без шансов. Впрочем, змейку я держала "на коротком поводке", поэтому неудивительно, что, почуяв любимый запах, ей слегка снесло голову.

— А ты в завязке, — мягко напомнил ей Эван.

Он подхватил Лотти на руки, на что она отреагировала, как кошка, соскучившаяся по ласке. Свернулась в кольца и потерлась головой о его ладонь, блаженно прикрыв глаза.

— Я скучала, а ты не приходил.

— Прости, — голосом родителя, успокаивающего ребенка, попросил он. — Много всего навалилось.

— Прощаю. Даже ревновать больше не буду. Наверное… Ты только приходи, а?

Ответить Эван не успел, но я заметила, как бегал его взгляд в поисках выхода. Выход подкинул Ивар, который со вздохом уселся в свободное кресло и потер переносицу, прикрыв глаза.

— Ромеро уверен, что это самоубийство.

— Почему? — задал резонный вопрос Риан, а я вся подобралась.

Что, если это просто совпадение? Артефакт в озере, наш обыск в комнате Миллс и ее смерть? Возможно ли это? В это не верилось, но должно же мне хоть раз повезти?

— Потому что тело нашли всего лишь в метре от замковой стены. Значит…

— Ее никто не толкал из окна, — поняла я, старательно унимая дрожь в пальцах. Заметив это, Адриан обогнул диван, сел рядом и накрыл мою ладонь теплой рукой. Стало заметно легче. — Если бы был толчок, то и расстояние бы увеличилось, да?

— Верно, — подтвердил Ивар. — И никаких признаков борьбы. Ни на… ней, ни в ее спальне.

— Но это же не всё, да?

— Да, — произнес Эван, который вновь занял свое место, теперь уже с Лотти, подозрительно косящейся на мой бокал. — Беатрис оставила предсмертную записку. Забрать мы ее не могли, но я сфотографировал, когда ректор отвлекся на телефонный разговор.

Свободной рукой барс вынул из кармана брюк смартфон, сделал пару движений по экрану и протянул его Адриану. Мы вчитались, одновременно склоняя головы.

"Прости меня, Рон, но я так больше не могу. Думала, что у меня есть шанс на счастье, но ты всерьез решил жениться, а я с этим мириться не буду. Ублюдок ты, вот ты кто! Мы были бы идеальной парой, пусть и без официального брака. Кому нужны бумажки? Точно не мне. Жаль, что твое честолюбие погубило все, на что я наделялась и чем жила. Хочу, чтобы ты винил себя в моей смерти. И чтобы твоя мелкая шавка себя винила. Я не желаю вам счастья. Прощай."

Вот это да! Сглотнув, я перечитала снова. То есть, как я и предполагала, любовниками они с Ромеро были. Вслух я этого, конечно, говорить не стала, а вот кое-что другое стало полной неожиданностью.

— Погоди… — я третий раз перечитала записку, искренне надеясь, что мне показалось. Но нет. — Это она обо мне?!

Теперь стало понятно, зачем Ивар буквально вложил мне в руки вино. Миллс прямым текстом написала, что я и ректор виновны в ее смерти. Но ведь в отношении меня это чушь!

Эван вздохнул, перехватывая змейку в другую руку. Лотти удивительно целенаправленно пыталась по его ладони спуститься на подлокотник, чтобы потом достичь желаемого. Вижу цель, не вижу препятствий — это про нее.

— Ну, точно мы не знаем, конечно.

— Не собираюсь я за него замуж! — выпалила, поймав вопросительный взгляд Адриана.

— Ладно, — согласился парень и свернул разговор к сути. — И что, действительно самоубийство? Тело, записка?

Ответил ему Ивар:

— Или так, или кто-то очень хочет, чтобы так подумали.

— Ты о чем?

— Ее ноутбук так никто и не нашел.

— Как?! — ахнула я. Теперь версия, что Миллс сама покончила с собой, казалась мне абсурднее некуда.

Таких совпадений просто не бывает. Или бывает, в одном случае из ста.

— Вот так, — подтвердил Эван. — Я сам обшарил ее спальню, когда Ромеро и Роузвуд ушли. Ничего.

— Хорошо, что мы скопировали файлы.

— И как раз вовремя, заметьте. Но мне еще не дает покоя записка.

— А что с ней? — не поняла я.

— Вот здесь. — Ивар подошел и ткнул пальцем в слово "смерти", а мы с Рианом, как по команде, всмотрелись в аккуратный почерк Миллс. — Это, конечно, может быть плод моего воображения, но выглядит странно.

Присмотревшись как следует, я ахнула!

— Кажется, у нее рука дрогнула. Будто она…

— Боялась, когда это писала. — подхватил друг севшим голосом. — Да.

Он взял со столика бокал с вином и одним глотком его осушил.

Странности заставили меня задуматься. Получается, профессорша артефакторики выпрыгнула из окна, предположительно, сделав артефакт, который должен был меня убить. И явно не для себя,