Межесвет - Юлия Федорченко

Его лицо застыло.

— Он? — отупело переспросил Касс.

Это стало последней каплей. Летиция сорвалась с места и взбежала по лестнице, раскинула руки в стороны, словно собираясь воспарить, и крикнула в небо:

— Эри! Забери меня отсюда! Нет сил больше это терпеть!

— Так ты кольцо носишь? Все настолько серьезно? — Девушка с удивлением обернулась к нему. Раньше кольцо было под одеждой, но Охотник вытащил его, а она забыла спрятать обратно. Юношу всего трясло, глаза дикого сокола метали искры. Касс почти прорычал: — Ты же ведьма, волчья невеста!

Он стал подниматься по ступеням, и с каждым шагом его ноги наливались свинцом. Время тянулось невероятно медленно, Касс успел десять раз пожалеть о своей вспышке, пока взошел наверх. С наступлением утра снаружи стало теплее, но его внутренности сковывал холод, и только какой-то сгусток чуть ниже живота неравномерно, болезненно пульсировал. Он обнимал ее, и Летиция его обняла, а слова — это всего лишь слова, они никогда не станут чем-то большим. И все же он произнес виновато:

— Прости меня.

Летиция на него не смотрела.

— Ты влюбился в меня.

Он тяжело сглотнул и развел руками.

— Не говори глупостей.

— В моем сердце нет для тебя места, — продолжила она с холодной жестокостью. Кассу хотелось любым способом вернуть время на несколько минут назад, а в противном случае — провалиться сквозь землю прямо в ад. — Это понятно? Нет ни для кого, кроме него.

В юноше снова вскипела ярость.

— Хватит твердить одно и то же. Я не дурак.

— Хорошо. Мы пойдем дальше или будем ждать с моря погоды?

И она ушла вперед, не удостоившись ответа, оставив его душу в руинах. Летиция и не подозревала, сколько в нем было страсти, сколь многое он держал в себе. Касс дрожал от гнева и хотел ее, и ненавидел ее за это. Глаза застлало красной пеленой, в ушах громко стучала кровь, а потом наступило затишье, и знакомый голос насмешливо произнес: 'Ты и не представляешь, что она позволяла с собой делать. Я имел ее спереди и сзади, когда и как нравилось'. Лучший друг оказался лгуном и предателем, а его хорошенькая девочка, его Лу, была грязной шлюхой, и ему следовало покончить с ними обоими. Касс оставил ей жизнь не из жалости или милосердия, а потому что сам был сражен горем.

Летиция постепенно замедляла шаг, а потом и вовсе остановилась. Ее плечи странно вздрагивали, как от рыданий. Она остервенело дергала браслет, перевитую красную нить, связывавшую ее с юношей. Добившись успеха, девушка швырнула обрывки в траву и продолжила путь. Касс почувствовал, как в нем вздымается сильная, неконтролируемая злоба, однажды повлекшая за собой смерть. Он догнал Летицию, намереваясь объясниться, и стал свидетелем чудесного преображения — спектра на ее лбу и щеках задвигалась, уловив волнение спиритических энергий, беспорядочное мерцание сложилось в затейливый узор. Он опустил глаза и долгое время смотрел себе под ноги. Спектральный покров изменяется, если носителю грозит опасность, и это было доказательством его греха, его желания сделать ей больно.

Прошел час или около того, а они все еще хранили молчание. Касс на ходу вытащил из кармана сверток, разделил поровну хлеб и сыр и протянул Летиции. Она сделала вид, что ничего не заметила, напряженно глядя вперед, а когда он вложил оба куска ей в ладонь, просто разжала руку, уронив паек в траву. Касс тихо выругался, поднял жалкий запас продовольствия и спрятал обратно в карман. Предложить Летиции воду он не решился из опасения, что она выльет ее на землю.

— Чего ты так на меня взъелась?

Она промолчала.

— Если он так важен для тебя, то почему ты ушла?

Снова никакого ответа.

— Летиция!

Они поднимались и спускались по холмам, и Касс знал, что она голодна, ведь он сам был голоден. Он постоянно оглядывался в поисках кустов с ягодами или плодов, свисающих с редких деревьев, но ничего такого не находил. Летиция шла твердо и ровно, словно ее влекла вперед могучая сила, не позволяющая ей оступиться или сделать короткую передышку. Ее дыхание давно стало хриплым и тяжелым, но она все равно шагала с прежней скоростью. Касс хотел снова обратиться к ней в надежде, что девушка образумится и сделает перерыв раньше, чем рухнет на землю на подломившихся ногах и более не сможет встать, когда с очередного пригорка они увидели небольшой населенный пункт. Людей с такого расстояния не было видно, но над дерновыми кровлями вздымался сизый дымок, а крылья ветряной мельницы лениво вращались, используя энергию ветра. С определенной точки зрения в городе должна найтись и пища, и вода, и все же Касс сомневался, стоит ли всецело полагаться на логику и здравый смысл, находясь в нарисованном мире. Кроме того, на пути к желанному приюту пролегало препятствие: остролистые белые цветы густо разрослись в долине, будто сорняки, и они вызывали у юноши смутную тревогу. У роз есть свои шипы, некоторые растения питаются насекомыми или мелкими зверьками, приманивая их яркими красками и сладким ароматом, а кроваво-красные лилии, с которыми он был знаком не понаслышке, несут гибель всему живому, как только оно перестает двигаться.

Он снова предложил Летиции подсохший бутерброд. На этот раз она взяла его и стала методично жевать.

— Давай обогнем это поле.

— Зачем? — Она указала рукой с бутербродом на вершину холма. — Там город!

— Город Теней, — уточнил Касс.

— Это лучше, чем ничего, верно? Смотри, цветы образовывают островки, которые можно без труда обойти. — Летиция тяжело сглотнула хлебный комок и запила скудный обед водой из фляги. — Мы можем не касаться их, так почему бы не сократить путь?

— Это плохая идея.

Она пожала плечами.

— Хорошо, тогда разделимся. Ты пойдешь по краю холма, как хотел, а я спущусь в долину. Знаешь, — ее глаза холодно блеснули, — я думала, ты ничего не боишься.

— Я боюсь за тебя, — спокойно произнес Касс, не поддавшись на явную провокацию. — Потому что мы в незнакомом мире, потому что ты порвала браслет. Ты не изменишь решения? Что бы я ни сказал?

Она вернула ему флягу.

— Нет, не изменю.

— Я не могу бросить тебя одну.

Летиция презрительно хмыкнула.

— Тогда не бросай.

Она подобрала платье-накидку и стала спускаться, стремительно перебирая ногами. После недолгого привала к ней вернулась былая энергичность, и Летиция в считанные секунды достигла подножия холма. Касс не торопился, предпочитая экономить силы. Он шел в хвосте и пристально следил, чтобы девушка шла ровно между двумя островками, но эта