SOULMATE AU (Родственные души) - Нелли С.

Слишком красив спустя пять лет. И слишком хорош на трезвую голову.

– Я тебя искал. – Трудное признание на чужом языке. – Я работал кальянщиком, и меня уволили после той ночи. За то, что я уехал на пляж.

– Вот как, – не нашла что сказать Марго.

– Ты… – Лакис вытерся подушечкой большого пальца. – Ты поменяла мою жизнь. Ты так говорила про фридайвинг, что я полюбил его. Я занимался. Много занимался. Я же не очень умел плавать. Я пять лет учился, чтобы однажды встретить тебя и…

– «И сказать, что я тебе безразлична»?[23]

– Нет. – Взгляд в сторону. – Другое. – Молчание. Робкий, неуверенный блеск светлых глаз. Так смотрят, когда боятся, что бросят. Опять бросят.

«Радостно. Так радостно, что даже жутко, – пело сердце Маргариты. – И что с ним делать? Любить, нельзя помиловать?»

Марго внезапно почувствовала себя раняще-беззащитной. Тщательно выстраиваемая ею тучу лет раковина от отношений треснула и разломилась под просящим взором этих чистейших синих глаз, разрази их Зевс!

– Лакис. Я…

– Не говори! Марина! Подожди. Ты хочешь уйти? – Чемпион Кипра сомкнул прохладные пальцы на запястье Марго, и та не решилась ответить лаской, но помотала волосами, показывая «нет». Она не уйдет. – Я хочу тебе сказать… – Лакис выдавливал русские слова, – я тебя приглашаю покататься сегодня. В одно место. Там волшебство, магия! Я знал, что я тебя сегодня найду. – Он постучал себя по груди. – Я вот тут знал!

– Да ты что, – Марго затеплела улыбкой и выкрала ответную у синеглазого чуда. – Ты не устал от нырков?

– Не устал. – Он залился краской. – Ты мне дашь свой телефон?

– Дам.

– Настоящий? – Чемпионские брови нахмурились.

– Набери меня сейчас. Плюс триста пятьдесят семь… [24]

Они договорились встретиться здесь же через четыре часа. Марго сгорала от любопытства, какой сюрприз приготовил ей Лакис, и решила, что настал момент выгулять привезенное из дома легкое синее платье. Белые босоножки на небольшом каблуке тоже пришлись к случаю. И, конечно же, Марго распустила волосы.

«Надеюсь, за пять лет он не стал маньяком. – Она подвела глаза водостойким лайном. – Хотя, по идее, фридайвинг должен делать людей лучше».

Лакис приехал на зеленом внедорожнике а-ля сафари с открытым верхом. На крыле машины красовалась эмблема заповедника Акамас. Марго подала ему руку и позволила усадить себя на переднее сиденье. Лакис повел машину прочь из города.

– Когда меня уволили, я долго не мог найти работу. Ты изменила меня! – делился он, пока Марго зачарованно смотрела, как красиво ветер шевелит его по-гречески курчавые волосы. – Но дедушка подал мне идею. И я стал работать в заповеднике! Это удобно – после работы можно тренироваться!

– Хороший у тебя дедушка!

– Да! Он много общался с русскими!

– От него ты знаешь язык?

– Да! – Лакис упоенно сверкал белыми зубами. – И от мамы. Она русская, из Анапы.

С ним было хорошо и просто. Так хорошо, что счастье лизало порог дома Маргариты морскими волнами. Путь до Акамаса оказался неблизким, но Марго не скучала, болтая с Лакисом ни о чем и обо всем.

– Я думал, ты чемпионка!

– Ты разочарован?

– Нет!

Заповедный полуостров приветствовал их темнотой и мягким песком под ногами. Лакис взял Марго за руку и повел ее к пляжу, вдоль линии которого были тут и там установлены небольшие сетчатые колпаки.

– Это волшебное место, моя работа. Никому сюда нельзя, но тебе можно, ты со мной.

– И в чем волшебство?

– Идем. Ты увидишь. – Лакис включил фонарик и ступал по песку очень тихо. Вдруг среди серости ночного пляжа Марго различила крупную ползущую из прибоя тень. И сразу узнала силуэт грациозной морской рептилии.

Черепаха! Да какая огромная!

Захотелось вскрикнуть от восторга, и Марго зажала себе рот ладонью. Лакис ласково отвел ее волосы за ушко.

– Они приходят сюда, чтобы дать жизнь. Они редкие, и мы охраняем их яйца. – Лакис указал на расставленные по пляжу клети над кладками. Черепаха тяжело загребала песок, таща за собой широкую борозду. Непривычная к суше, она тем не менее шла на сушу для свершения таинства размножения. Ее мудрые и грустные узкие глаза сочились слезами.

– Это чудо, – шепнула Марго.

– Я обещал. – Лакис опустился с нею на еще теплый песок. – И это не все.

Он погладил Марго по запястью. Замер на миг, решаясь. Та ждала и смотрела на Лакиса неотрывно. Он казался ей волшебником. Какую еще диковинку он вытащит из рукава? Но Лакис извлек из кармана куртки маленький футляр для драгоценностей.

– Это мой талисман на удачу. Семейная реликвия. Мне ее подарил на восемнадцатилетие дедушка.

Лакис открыл футляр, и у Марго пропал дар речи. На темном бархате красовалась жемчужина. Сердце застучало сильно-сильно, когда Марго поняла, что она не белая, а лиловая. Не узнать ее было невозможно.

– От-ткуда?..

– Мой дедушка Космас, он тоже работает тут в заповеднике, рассказывал, что эту жемчужину они подняли с его наставником и другом Степаном Агаповым из России. И что в раковине их было две. Но где вторая – я не знаю, а мой дед, когда передавал ее мне, сказал: «Лакис, найди свою Маргариту» [25]. Как и мой дедушка, я верю в родство душ. И пусть тебя зовут не Маргарита, но ты сделала меня лучше. Ты наставила меня на верный путь всего одной ночью. Я полюбил твою жизнь. И я решил – я отдам эту жемчужину только тебе. Если найду. И я нашел! Твои зеленые глаза незабываемые. Марина, прими эту жемчужину, как знак моей благодарности и любви. И предложение встречаться.

Марго слушала его, и слезы текли по ее прижатым ко рту ладоням, орошая пески Акамаса. То, что он говорил ей, казалось невероятным, нереальным, чудесным. Вторая жемчужина дрожала в крепкой руке, пока надежда заново рождалась в сердце Марго из морской пены. Лакис увидел ее смятение и осекся. Марго взяла его за протянутую с жемчужиной руку и закрыла футляр. В освещенных тусклым светом фонарика синих глазах блеснул испуг.

– Ты не хочешь принять подарок?

– Лакис, – Марго, заплакав, как девочка, обняла его за шею и успокоила чувственным поцелуем в губы. – Ты не представляешь, сколькое мне нужно тебе рассказать.

За спиной грохотал прибой, и в его рокоте Маргарите чудился дедушкин голос. Он смеялся от радости.