Суши из дракона - Татьяна Лепская

Не могу дышать. Лишь глотаю мерзкую воду…

Не могу дышать. Щекой чувствую холодный пол. Вокруг меня сбегается толпа. Кто-то просит вызвать скорую, а я всего лишь хочу снова начать дышать…

…Я открываю глаза и вижу перед собой бескрайнее голубое небо. Горло дерет от соли, а губы пересохли. Как же хочется пить.

Где я?

…Встаю с гальки и оглядываюсь, пытаясь понять, где я оказалась. Вижу море, пляж с необычными фиолетовыми камнями.

Я не в своем мире…

…Я снова могу дышать, но не могу открыть глаза… Где я?

Вокруг только темнота.

Глава 18

Еле открыв глаза, я уставилась в темноту, подсвеченную слабым пламенем свечей.

Ритуал отнял много сил, поэтому мне потребовалось время, чтобы пошевелиться и сесть. Половина свечей погасла, кое-где ритуальный рисунок стерся.

Мой взгляд остановился на спине дракона.

Тион сидел на полу, положив локти на колени и уставившись куда-то вглубь театра. Я не видела его лица, но прекрасно осознавала, что он чувствует.

На нас двоих столько всего свалилось разом.

Понадобится время, тишина и молчание, чтобы переварить это все.

Признаться, я сама была сбита с толку. Столько времени я считала, что Тион — убийца с расчетливым умом. Думала, он унизил Элоизу, а потом хладнокровно убил ее, но воспоминания показали, как на самом деле развивались события.

Вспомнив, с какой радостью Элоиза и Тион встречались на берегу, как радовались каждому мгновению вместе, мне стало тоскливо. Их история началась так мило, но закончилась трагедией. И причиной тому стала одержимость отца Тиона в родословной драконов.

Я даже представить себе не могла, насколько тяжело ему было на протяжении жизни. Выносить бесконечные придирки отца, речи о необходимости вести себя достойно, побои, подстрекательства.

Ужасный человек.

— Значит, я был прав, когда подумал, что ты не Элоиза, пусть и похожа на нее, — тихо произнес Тион.

— Ты думал, я перевертыш?

Дракон кивнул и, вздохнув, пояснил:

— Я видел, что ты точная ее копия, но твои повадки, движения, слова. Все было иначе. Ты настолько отличалась от прежней Элоизы, что я решил, будто ты перевертыш. И когда понял, что это не так, то…

Он недоговорил, будто бы смутился.

— Я даже и помыслить не мог, что в теле Элоизы окажется другая душа… Или как лучше это описать.

— Думаю, мы поменялись с ней душами, но каким-то образом я ожила в ее теле. Жива ли она? Не знаю.

Дракон повернул голову так, что я могла увидеть его профиль.

— В самом последнем воспоминании… Это ты?

— Да. Я из мира, где развитие гораздо выше, но нет магии и драконов. Там я была шеф-поваром очень высокого уровня. Я умерла в день открытия собственного ресторана. Одна завистница отравила меня. — Подумав, я добавила. — Меня зовут Лиза.

— Лиза, — повторил он, словно хотел притронуться к моему имени и понять, что чувствует, произнося его. — Никогда бы не подумал, что существуют еще миры.

Он помолчал и добавил:

— Значит, Элоиза все же мертва.

В горле образовался ком, а на душе стало так гадко, будто я специально вытеснила девушку, чтобы выжить.

— Да. Прости.

Видимо, что-то было в моем голосе, потому что Тион повернулся и посмотрел на меня. В полутьме амфитеатра его глаза казались черными и бездонными.

— Не вини себя, Лиза. — Дракон с небольшим колебанием протянул руку и прикоснулся к моей щеке.

Невольно я прикрыла глаза, ощутив его прикосновение. Внутри появилось приятное, теплое чувство, которое растеклось по всему телу.

Но это мгновение длилось недолго, и Тион убрал руку, отчего я ощутила легкое разочарование.

— Там на берегу… Я думал, что убил Элоизу. Мне так сказал отец.

— Судя по воспоминаниям Элоизы — это был не ты. Она это поняла практически сразу.

— Я не убийца, — повторил он, словно не мог поверить.

— Ты не убийца, — повторила я, будто окончательно убеждаясь, что была неправа насчет дракона.

Тион нахмурился.

— Но кто же тогда пришел в моем обличии?

— Перевертыш?

Дракон покачал головой.

— Перевертыши могут принимать облик только умершего человека. Для того чтобы принять их обличие, им буквально надо съесть того человека. А я, как видишь, вполне цел.

Меня передернуло, когда я представила себе, как некто откусывает кусочек за кусочком от плоти, чтобы принять чей-то облик.

Пришлось встряхнуть головой, чтобы отогнать эти жуткие фантазии.

— Может, это оборотень? — предположила я.

Тион посмотрел на меня с усмешкой.

— Сразу видно, что ты ничего не знаешь об этом мире.

— Не задирай нос, дракон, — усмехнулась в ответ. — Ты только пару минут назад узнал, кто я такая.

Улыбка пропала с его лица, вернув ему задумчивость. Уголки его губ опустились, а взгляд уставился куда-то в темноту.

Тусклый свет едва рассеивал мрак вокруг, отчего лицо Тиона постоянно оказывалось в тени.

Мне хотелось понять, что он сейчас чувствует, о чем думает. Чтобы снова начать доверять друг другу, ему пришлось во второй раз пережить ужасное горе, а потом и узнать кошмарные тайны. Такое может кого угодно надломить.

Я хотела поддержать его, протянула руку, чтобы коснуться дракона, но Тион вдруг встал.

— Мне надо поговорить с отцом. Уверен, он прекрасно осведомлен о том, что случилось на самом деле.

Тион пошел к лестнице и принялся спускаться, оставив меня наедине на сцене с погашенными свечами.

Оказавшись рядом с лавками для зрителей, Тион остановился и оглянулся.

— Прости, Лиза. Мне надо хорошенько все обдумать.

После этих слов он покинул музыкальный театр.

* * *

Домой я вернулась очень поздно.

Покинув театр следом за Тионом, я долго шла в сторону рыбацкой деревни, пытаясь соединить свои воспоминания, структурировать их и понять, что случилось с Элоизой на самом деле.

Догадка крутилась в голове, но я никак не могла ухватиться за нее. Что-то было в этой истории, не дающее покоя. Но вот что?

Есть у меня ощущение, будто отец Тиона не до конца был замешан во всем этом. Или мне только хочется так думать?

С тяжелым сердцем и неспокойной душой я зашла домой.

Старик ждал меня, сидя за столом и попивая травяной чай. Увидев меня, он заметно расслабился.

— Где же ты так долго пропадала, Лиза? Я уже начал волноваться.

Отец тяжело сглотнул. Иногда, когда я опаздываю, я часто застаю его вот таким взволнованным. Видимо,