Сон и явь. Перепутье - Брук Лин

— Было бы замечательно.

— Обсудим это ещё раз, когда папа выйдет из больницы, — она улыбается мне мягко.

— Спасибо за поддержку, — улыбаюсь ей в ответ.

— А со мной посоветоваться не хочешь? — вдруг спрашивает Лукас. — Мне кажется, юриспруденция более престижная профессия.

— Но я сейчас говорю не о престиже, а о том, что мне ближе, — говорю сдержанно, хотя внутри испытываю злость от его слов.

— Ближе? Ты ведь никогда не фотографировала. С чего вдруг вообще возникло такое желание?

— Какая разница, как оно возникла? Я хочу попробовать, так как чувствую, что это важно.

— Мне кажется, ты будешь талантлива и успешна во всём, за что возьмёшься, — улыбается мне Линда, выказав свою поддержку. — Ты такая же трудолюбивая, как и твои родители.

— Спасибо вам, — улыбаюсь ей в ответ.

Я закрываю тему данного разговора, чтобы не продолжать спор с Лукасом, и оставшийся вечер мы говорим в основном о предстоящей свадьбе, которую было принято решение перенести ещё на несколько месяцев из-за аварии.

Утром следующего дня мы с мамой приезжаем в больницу, чтобы мне сняли гипс, и заодно заходим проведать папу с Лианой. Мы проводим с ними около получаса, а потом едем на встречу с Еленой. Ещё вчера вечером мама позвонила подруге и договорилась о нашей встрече, чтобы поговорить о профессии фотографа. И я так благодарна маме за это. Что может быть важнее поддержки родных людей, когда ты решаешься на ответственный шаг в своей жизни? В который раз убеждаюсь, что мне несказанно повезло с родителями.

Когда мама с Еленой решали, куда поехать, я вспомнила про одно место во сне и предложила им поехать туда и устроить небольшой пикник. Они согласились. И только сегодня, сидя в такси, которое направляется по назначенному адресу, я вдруг понимаю, что данного места может не существовать.

Я хочу сказать об этом маме и развернуть такси в другом направлении, но что-то внутри меня не даёт этого сделать. Наверное, желание убедиться своими глазами, что всё увиденное мной во сне — вымысел, и перестать, наконец, мыслями возвращаться туда.

Но когда мы доезжаем до адреса, я понимаю, что это тот самый пляж с чайками, где однажды мы с Алексом ассистировало Итана на фотосессии.

— Какая красота, — произносит мама, смотря на пляж с обрыва.

Я молча соглашаюсь с ней, слушая шум прибоя и крик чаек. Перед глазами, словно мираж, всплывают образы Итана, Алекса, Вики и других сотрудников, которые работали над съёмкой. И мне так сложно осознать, что это всё было нереальным. Ведь я помню каждую свою мысль и каждое чувство, испытываемое в тот день. Помню дрожь в коленках от счастья быть избранной Итаном, помню, как впервые испытала ревность. И от этих воспоминаний тело покрывается мурашками.

Мы проходим с мамой вниз, расстилаем плед и раскладываем закуски.

— Так красиво. Вы здесь с Лукасом бываете? — спрашивает мама, заворожённая природой вокруг.

— Нет, — смущаюсь я. — Быть честной, оно мне приснилось.

— В том самом сне? — она удивлённо смотрит на меня.

— Да. И это так странно. Я ведь не знала до аварии об этом месте.

— Может, проезжала как-то мимо, и подсознание запомнило его.

— Возможно, — отвечаю я коротко.

Решаю не растягивать этот разговор, ведь прекрасно понимаю, что запомнила бы то место, если бы хоть раз его увидела.

— Кстати, спасибо, что поддержала моё желание фотографировать, — решаю сменить тему разговора.

— Ты так говоришь, будто удивлена этому. Разве я могла иначе?

— Просто ты хочешь, чтобы мы с Лианой стали юристами.

— Марианна, я умею отличать свои желания от ваших. И если однажды они начнут разниться, я всегда вас поддержу. Вы моя семья, неужели я могу ради каких-то амбиций портить наши с вами отношения?

Я расплываюсь в улыбке и крепко обнимаю её.

— Я тебя так люблю, — говорю я воодушевлённо.

— Я не стала вчера поддерживать Лукаса за столом, но мне было тоже интересно, откуда возник твой интерес к фотографированию? Ты ведь раньше даже не думала об этом.

— Ты подумаешь, что я спятила.

— Не подумаю, не говори глупостей.

Я признаюсь ей честно, что это тоже мне приснилось. Что во сне меня это вдохновляло и заставляло двигаться вперёд, поэтому сейчас я хочу попробовать заняться этим в реальной жизни.

Я не боюсь говорить о своём сне размыто, в общих чертах, не называя ничьих имён и событий. Тем более с мамой. Она удивительный человек, умеющий слушать и понимать.

— Может быть этот сон был неким знаком для тебя? — спрашивает мама, когда я заканчиваю свой рассказ.

— Что ты имеешь ввиду?

– Возможно, знак, что надо что-то менять в своей жизни? Ту же сферу деятельности.

Я не успеваю подумать и что-то ответить ей на данное предположение. К нам подходит Елена и радостно приветствует каждую.

— Обсудим это попозже, — шепчет мне мама на ухо, и я, улыбнувшись ей, киваю взглядом.

Её слова цепляют меня, и я задумываюсь о них. Возможно, она права. Возможно, этот сон не выходит из головы, потому что мне нужно вынести из него урок? Я решаю обязательно подумать над этим.

Пару часов мы сидим втроём на берегу, говорим о разном, но в основном о работе. Елена делится советами, объясняет технику работы, и мы успеваем даже попрактиковаться. Когда я беру в руки фотоаппарат, то чувствую прилив неизведанной энергии. Меня бросает в дрожь от переизбытка эмоций, и я расплываюсь в улыбке. Когда начинаю фотографировать, я четко понимаю, что хочу увидеть в кадре и знаю, как это получить. Я помню все наставления Елены в начале своего пути, помню свой опыт и помню, чему меня научил Итан и его школа. И это что-то волшебное.

Я сделала кадры природы, запечатлела маму с Еленой, и когда дала им посмотреть фотографии, они похвалили меня и очень впечатлились.

— У тебя явно талант, милая, — говорит Елена, изучая кадры.

— Ничего не