Встречная-поперечная - Антонина Циль

class="p">— О, вы не видели, насколько серьезно настроена ваша поклонница, — покачал головой Возгонцев. – Полагаю, Змей действовал через Лизу, когда отдавал приказ паутиннице. Сама она явно собиралась выманить Марию Петровну из «Удолья» каким-нибудь простым девичьим способом: просьбой о разговоре, например, и чтоб Мария Петровна никому о нем не рассказывала… как-то так. Однако… Подозреваю, наш разговор с Лизой был подслушан. Возможно, то был сам Змей. Абрамцева о том не ведает… и слава богу, но кровь лесных нимф вполне позволяет ей общаться с поперечными духами. Самому Змею Поперечье, насколько я понимаю, пытается противостоять.

Маша кивнула. Пытается. Арим, водяной и кикиморы тому пример. Меньше всего Поперечью хочется нарушить Равновесие и занять чью-то сторону. Человечество изменилось. Нынче у людей такое оружие имеется, что против него все магические уловки лесного народца курам на смех.

Однако же Змей сильнее мелкой нечисти. Да и крупной, как выяснилось.

— В общем, такие вот предположения… — договорил Возгонцев.

— Значит, Змей – кто-то, кого мы знаем, — сделал вывод старый князь.

— Я к тому веду, — Алексей замялся, — что сил у Змея тоже может быть довольно, чтобы он менял тела, как ему вздумается, без необходимости спускаться в шахты.

Князь Андрей кивнул, потемнев лицом:

— Человеческие тела. Сосуды для людского обличия, — пояснил он для всех. — Оболочки. Для этого и человека убивать не нужно, он не поймет ничего, лишь забудет все, что произошло, пока Змей был в его теле. Но это временная мера, только если Змею становится почему-то невмоготу в старом облике.

— Тогда, — пискнула Марья Петровна, — может ли быть, чтобы Змей давно пребывал в облике Николя Татарьина… и… сменил тело?

— Может, — подтвердил князь.

— И скоро он, Машенька, повторит попытку до вас добраться, — вздохнул Алекс.

***

— Отпусти меня, — Лиза сжалась в комок в кресле, обращаясь к силуэту у окна. — Я все сделала. Это… это было ужасно. Она была в моей голове… эта паутинница. Столько… горя. Они разумны, ты знаешь? Разумны! Ей было двенадцать… давно… много лет назад… Ее украли из дома, растили в каком-то тайном месте… Из нее выращивали нечисть, понимаешь! Она мертва, но жива! Кто-то превратил ее в тварь! И теперь она будет вечно бродить по земле и убивать людей! Мстить им!

— Не кричи, — не оборачиваясь, спокойно отозвался мужчина у окна. — Я даже знаю человека, который это сделал. Помнишь спиритическую доску? Александр Ижинский, человек, который создал твою паутинницу, был магом-оккультом. Он жил в Приречье, изучал Змеиные пещеры. Это он украл девочку из дома, сжил ее со свету в подвале… она долго мучилась и превратилась в Моровую деву. Ему нужны были души, чтобы наполнить доску. Пробить дорогу из Нави в Явь и обратно не так просто.

— Господи! — Лиза прижала ладони к лицу. — Хватит! Я же все сделала! Как мне это забыть?!

— Забудешь, — мужчина вышел из тени и подошел к креслу. Он положил руку на голову девушки. — Уже забыла, спи. Ты не вспомнишь об этом разговоре, обо мне и моем поручении.

Абрамцева уже спала. Ресницы бросали серые тени на ее лицо. Мужчина некоторое время рассматривал спящую девушку, а затем вполголоса задумчиво заметил:

— От тебя было мало пользы, но я тебя не виню. В конце концов, ты красива и одарена. Живи пока…

Змей перенес Лизу в спальню и аккуратно уложил на кровати. Девушка читала и заснула. Вот и книга рядом, и лампа горит. Он вышел из комнаты и спустился в вестибюль дома Абрамцевых. Опустился в кресло. Нужно было обдумать следующий шаг, и Змей воззвал к своей жрице.

Глава 25

— Вы считаете, что Машу снова попытаются выманить из «Удолья»? — спросил Иван.

— Непременно попытаются! — отчеканил Возгонцев. — Ждите появления жрицы, а она, судя по всему, барышня серьезная. В поместье же Змей войти не может, по причинам вам известным.

— А если опять... через девочку?

— Вряд ли. Она, конечно, сильна, раз построила дорогу в Явь, но не настолько. Как ее зовут?

— Сашенька.

— Сашенька. Красивое имя. Означает «защитница». Кто-то знает, как получилось, что она сделалась невестой Змею?

— Мы пытались поговорить с Ульяной Денисовной, — поспешно объяснила Маша. — Но Уля слишком взволнована… испугана. С ней истерика настоящая приключилась. И...

Именно в этот момент кабинет со смехом вбежала Саша. Не иначе как они играли с Любой в догонялки.

Осознав, что ошиблась комнатой, Саша замерла посреди кабинета. Люба позвала ее от дверей по-французски, но Сашенька, раскрыв рот, смотрела на гостя – лицо новое и пока ей не знакомое.

— А вот и сама Саша, — улыбнулся князь Андрей. — Не бойся, дитя. Поздоровайся с нашим гостем, графом Алексеем Возгонцевым. И ты, Любонька, не стой в дверях, заходи, поможешь нам в разговоре.

Вслед за Любой в кабинет вошла Ульяна Денисовна. На ее бледном лице Маша с радостью прочитала решимость обсудить, наконец, ситуацию с Сашенькой.

Сама девочка продолжала смотреть на Возгонцева. В ее взгляде не было ни капли робости, лишь ожидание и непонятная надежда.

— Я вас узнала, — внезапно проговорила девочка. — Вы мой жених, будущий муж, настоящий, а не тот… другой. Я знала, что вы придете? Мы теперь вместе будем?

Маша с Любонькй хором ахнули. Но Алексей лишь сделал знак, чтобы ему не мешали, шагнул ближе к ребенку и наклонился к Сашеньке, вглядываясь в ее черты. Во всеобщем молчании и замешательстве Возгонцев спокойно произнес:

— Вы уверены, юная леди?

Сашенька упрямо закусила губу и кивнула.

— Вот как? — задумчиво проговорил Алексей, не проявив ни удивления, ни возмущения таким заявлением.

Напротив, он долго и пристально глядел в глаза Сашеньки, словно надеялся там увидеть подтверждение ее словам. Разогнувшись, выдохнул, явно разволновавшись:

— Мне предсказали... давно… очень давно. Что моя судьба сама ко мне явится и потребует защиты от Зла, с которым я столкнусь на своем пути, — протянул Возгонцев. — Той пророчице можно было доверять, и я поверил. Ждал. Но время шло... Уж я решил, то была ошибка. И уж точно встретить столь юную барышню в России и получить от нее долгожданное заявление я не ожидал.

Сашенька пожала плечами и сказала:

— Я быстро расту. А ты маг. Маги долго живут и не стареют. Ты подождешь, когда