Искусство самовыражения - Колин Гувер

Я замираю и смотрю на него.

— Что это значит? Вы переезжаете?

Он видит беспокойство на моем лице и смеется.

— Нет, Лэйк, мы не переезжаем. Это всего на восемь недель. Хотя мне много придется ездить туда-сюда. Вообще-то, я собирался позже поговорить с тобой и твоей мамой об этом. Я не смогу отвозить мальчишек в школу или забирать их. Я часто буду отсутствовать. Знаю, не лучшее время, чтобы просить тебя о помощи…

— Перестань. — Я хватаю рулетку и собираю все обратно в коробку. — Ты же знаешь, что мы поможем.

Уилл идет за мной, когда я выхожу в прачечную и ставлю швейный набор рядом со швейной машинкой. Моя рука задевает выкройку, которая аккуратно сложена в хронологическом порядке, и я вспоминаю свою алфавитную уборку на прошлой неделе. Возможно ли, что у меня была недолгая потеря разума? Я качаю головой и тянусь к выключателю, а затем врезаюсь в Уилла. Он опирается на дверную раму, прислонив голову к стене. Сейчас темно, поскольку я выключила свет, но его лицо слегка освещается светом с кухни.

По мне проходит волна тепла, но я пытаюсь не греть надежду. У него снова этот взгляд…

— Прошлой ночью, — шепчет он. — Когда я увидел, как Хави целовал тебя… — Его голос сходит на него, и он молчит с мгновение. — Я думал, что ты отвечала на поцелуй.

Трудно сосредоточиться, когда он в такой близости от меня, но я стараюсь изо всех сил, чтобы обдумать его признание. Если он думал, что я позволяю этому случиться, почему он оттолкнул от меня Хави? Почему ударил его? Затем до меня доходит. Уилл не защищалменя прошлой ночью, он ревновал.

— О, — все, что я могу выдавить.

— Я не знал историю целиком вплоть до этого утра, когда ты рассказала свою версию, — говорит он, продолжая перекрывать мне путь; заставляя меня стоять в темноте. — Господи, Лэйк. Знала бы ты, как я разозлился. Я так сильно хотел его ударить. А теперь? Когда я знаю, что, на самом деле, он причинял тебеболь, я хочу убитьего. — Он отворачивается от меня и облокачивается спиной к раме.

Я думаю о прошлой ночи, об эмоциях, которые, должно быть, испытывал Уилл. Сначала исповедоваться о своей любви ко мне на сцене, а потом думать, что я целовалась с Хави. Не удивительно, что он так злился по дороге домой.

Он все еще перекрывает мне дорогу. Не то чтобы я планировала куда-то сбежать. Все мое тело напряглось, не зная, что он скажет или сделает. Я пытаюсь расслабиться и выдыхаю. Мое дыхание так резко ускорилось за последнюю минуту, что легкие снова начинают болеть, а в спине будто вяжутся узлы.

— Как ты… — я запинаюсь. — Как ты узнал, что я там была?

Он поворачивается ко мне лицом, кладя обе руки по сторонам прохода. Его рост и то, как он заблокировал меня, пугают, но в очень приятном смысле.

— Я видел тебя. Когда я закончил свой стих, то увидел, как ты уходила.

Колени начинают подводить меня, потому я хватаюсь за сушилку позади, для поддержки. Он знает, что я видела его выступление. Почему он говорит мне об этом? Я изо всех сил стараюсь подавить надежду, но, может, раз он теперь не учитель, мы можем наконец быть вместе. Может, он это пытается мне сказать.

— Уилл, значит ли это…

Он делает шаг ко мне, не оставляя между нами пространства. Его пальцы задевают щеку, пока он изучает мое лицо. Я кладу ладони на его грудь, и он обнимает меня, прижимая к себе. Я пытаюсь сделать шаг назад, чтобы закончить свой вопрос, но его тело прижимает меня к сушилке.

Стоит мне снова попытаться задать вопрос, как он подносит свои губы к моим. Я тут же прекращаю сопротивляться и позволяю ему поцеловать меня. Все мое тело слабеет, руки падают по бокам, и я роняю рулетку на пол.

Он берет меня за талию и поднимает, посадив на сушилку. Теперь наши лица на одном уровне. Он целует меня так, будто пытается наверстать упущенное за весь месяц украденных поцелуев. Я не могу сказать, где заканчиваются мои руки и начинаются его, пока мы оба судорожно тянемся друг к другу, наши ладони исследуют чужие тела. Я цепляюсь ногами за его талию и тяну его к своей шее, чтобы сделать вдох. Все чувства, которые у меня к нему были, спешно возвращаются. Я пытаюсь сдержать слезы, осознавая, как же я его люблю. Боже, я люблюего. Я влюблена в Уилла Купера.

Я больше не пытаюсь контролировать свое дыхание — бесполезно.

— Уилл, — говорю я, пока он изучает мою шею своими губами. — Значит ли это… значит ли это, что нам больше не нужно… притворяться? — Я дышу так громко, что едва могу сформировать четкое предложение. — Мы можем быть… вместе? Раз ты теперь… раз ты теперь мне не учитель?

Его руки ослабляют хватку на моей спине, а губы медленно закрываются, и он отодвигается от моей шеи. Я пытаюсь снова придвинуть его к себе, но Уилл сопротивляется. Он кладет руки на мои ноги и убирает их со своей талии, отступая назад и облокачиваясь на стену позади, избегая моего взгляда.

Я вцепляюсь руками в края сушилки и резко соскальзываю с нее.

— Уилл? — говорю я, делая шаг вперед.

Свет из кухни создает тень на его лице, но я вижу челюсть парня — она сжата. Его глаза полны стыда, пока он виновато смотрит на меня.

— Уилл? Ответь. Правила еще в силе?

Ему не нужно отвечать — я и так вижу по его реакции, что да.

— Лэйк, — тихо говорит он. — У меня был момент слабости, прости.

Я толкаю его в грудь.

— Моментслабости? Вот как ты это называешь? Моментслабости? — кричу я. — Что ты собирался сделать, Уилл? Когда ты собирался перестать целоваться со мной и выпихнуть из своего дома, в очереднойраз? — Я разворачиваюсь и выбегаю из прачечной, проходя через кухню.

— Лэйк, постой. Мне жаль. Мне очень жаль. Это больше не повторится, клянусь.

Я останавливаюсь и поворачиваюсь к нему.

— Ты чертовски прав! Я наконец-тосмирилась с этим, Уилл. После целого месяца пыток, я наконецсмогла снова находиться с тобой в одном помещении. А затем ты делаешь это! Я больше так не могу, — кричу я. — То, как ты охватываешь мой разум, когда мы не вместе? У меня больше нет на это времени. У меня есть более важные вещи для размышлений, чем твои маленькие моментыслабости.

Я пересекаю гостиную и открываю входную дверь, замирая.

— Принеси мне рулетку, — спокойно говорю я.

— Ч-что? — спрашивает он.

— Она на полу! Принеси мне чертову рулетку!

Его шаги затихают, пока он идет в прачечную. Там он забирает рулетку и приносит мне. Когда он кладет ее мне в руку, то сжимает ладонь.

— Не делай меня плохим парнем, Лэйк. Пожалуйста.

Я выдергиваю у него свои руки.