Потерянная душа - Марина Ефиминюк

— Как ты сюда попал?

— Ты по-прежнему ставишь паролем свой день рождения, — он улыбнулся.

Со стороны визитер выглядел расслабленным, точно имел права находиться на чужой территории, имел право вернуться обратно в попранную жизнь, но под маской спокойствия прятались нервозность и напряжение, сжатые в тугую пружину.

— Уходи, пока я не вызвала охрану, — велела Кира, направляясь в спальню. Для поездки к колдуну она хотела собрать кое-какие вещи, которые могли бы понадобиться Насте после возвращения.

В холеном лице парня скользнула досада. Он цепко схватил хозяйку дома за пораненную руку, когда девушка проходила мимо.

— Неужели ты действительно меня забыла, Настя? Как такое может быть?

Очевидно, неосторожный грубиян потревожил порез, и на длинном рукаве под пальцами молодого человека стали разрастаться красные пятна. Было больно.

— Что это? — Мальчишка побледнел, отбросил руку бывшей возлюбленной, словно бы та болела проказой.

— Испугался? — Кира заглянула в выразительные темные глаза противника. Взяв его за гладкий, не знавший бритья подбородок, она недобро усмехнулась: — Что она в тебе нашла? Как ты посмел вернуться после того, как подло поступил с ней, Даниил?

Гость изменился в лице и испуганно отшатнулся.

— Ты не похожа на себя, — ошарашено пробормотал он.

— Считай, что я прозрела на твой счет. — Кира скривила губы в подобие улыбки. — Уходи.

Наверное, со стороны она действительно выглядела жутковато. Она легонько толкнула молодого человека в грудь, заставляя отступить, и направилась в спальню.

— Настя, я хочу вернуть твоей сестре деньги! Я выбираю тебя! — громыхнул Даниил ей в спину.

Кира застыла, словно бы влетела в невидимую стену. Показалось, что она ослышалась, и мальчишка не выпалил совершенно неуместного, смехотворного заявления. Только отчаянный глупец мог полагать, будто в состоянии починить сломанную жизнь.

Девушка повернулась. Гость побледнел, но выглядел решительным.

— Ты ее выбираешь? Считаешь, что можешь выбирать? — У Киры вырвался нервный смешок. — Ты думаешь, что попал в компьютерную игру с бесконечным числом попыток? Полагаешь, ей станет легче или она сможет «обратно» выпить те таблетки?! Так, Даниил?!

— Какие еще таблетки?

— Маленький красивый ублюдок! — Удивительно, как Кира не выцарапала ему глаза или не отвесила оплеуху. — Убирайся из этого дома!

Не двигаясь с места, оцепенелая девушка следила за тем, как нежеланный гость уходил несолоно нахлебавшись. Наверняка мальчик снова попытается вернуться, станет стучаться в закрытые двери и просить прощения, падать на колени, пугать самоубийством. Кира хотела верить, что ее подруга сделает правильный выбор между прошлым и будущим. Ведь выбирая прошлое, человек всегда проигрывает.

Когда за мальчишкой закрылась дверь, у Киры подогнулись колени. Сама того не ожидая, она без сил рухнула на пол. Казалось, что ее поместили в огромный вакуум, без звуков, чувств, слез.

В квартире ожил телефон. Громкие трели тревожили безмолвие. Звонивший обладал удивительной настойчивостью и не оставлял попыток достучаться до хозяйки дома. Наконец, включился автоответчик, записывающий послание, и в спасительную пустоту ворвалась действительность.

— Настя, — произнес серьезный голос Артемия, — у тебя отключен телефон. Где ты? Снова прошу тебя связаться со мной! Катя попала в аварию, и нужно срочно забрать из полиции ее документы. Она в больнице уже сутки не приходит в сознание.

Кабинет в участке дорожной полиции, куда после аварии отправили вещи Катерины, был обставлен с редким аскетизмом. Стоял чистый стол с компьютерным монитором, в углу громоздился сейф, у стены — шкаф для папок с абсолютно пустыми полками. Через открытое окно в комнату залетал запах выхлопных газов, и проникал беспрерывный гул кольцевой дороги города.

Дожидаясь возвращения полицейского с документами, Кира сжимала в руках мобильный телефон, поставленный на беззвучный режим. То и дело экран вспыхивал, высвечивая номер Ярослава. Он звонил снова и снова.

Прощаться надо заранее, потому что, когда придет время, сложно запросто сказать короткое «прощай». Девушка ушла тихо, без крика и драмы. Но теперь она стискивала нервными пальцами аппарат, который тонкой невидимой нитью соединял Киру с мужчиной, влюбленным в маленькую Настю. Она бы многое отдала, чтобы Ярослав сейчас оказался рядом, но вместе с нею из больницы в участок приехал Артемий.

Видимо, продюсер, как и Кира, хотел сбежать от страшного зрелища: рыдающей матушки над больничной койкой старшей дочери, мертвенно бледной и опутанной трубками. Каждый всхлип убитой горем матери отдавался в груди Киры острой болью, словно точный выстрел в сердце. Страдания дорогих людей всегда доставляют большие мучения, чем свои собственные. Очевидно, то была расплата за присвоение чужой жизни — переболеть все трагедии, сужденные Насте, будто свои собственные.

— Ты в порядке? — для чего-то спросил продюсер, на секунду отвлекаясь от переписки в телефоне.

Со слабой улыбкой, выдавленной только ради вежливости, Кира кивнула. От разговора ее спас вошедший в кабинет полицейский, высокий плотный мужчина с хмурым лицом. С первой минуты он не пытался вести себя вежливо, говорил с недовольной интонацией, нетерпеливо, как будто приехавшая за документами родственница пострадавшей доставила массу хлопот именно ему.

— Держите, — без особых сантиментов полицейский шмякнул перед девушкой пакет с личными вещами пострадавшей в аварии и органайзер с паспортом. В глубине души Кира даже испытывала благодарность к мрачному человеку в форме за то, что он вызывал возмущение и тем самым отпугивал состояние подавленности. После подписания бумаг, они, наконец, убрались из маленького кабинета.

В растерянности Кира остановилась на пороге участка. Мимо проносились автомобили, задувал ветер, поднимались облака пыли.

— Теперь в больницу? — подсказал продюсер.

— Ага. — У девушки сел мобильник, и она не разобралась: испытывает радость или горькое разочарование, что больше не получит звонков от Ярослава.

Вместе с продюсером они уже успели отъехать от полицейских и набрать скорость, когда Кира залезла в пакет, чтобы проверить содержимое. Помимо визитницы, кошелька и какой-то мелочевки внутри лежала сломанная коробка от компакт-диска. Не подозревая ничего плохого, она вытащила находку и в первый момент не поверила собственным глазам.

На перепачканной кровью обложке была изображена Настя, поющая в микрофон, а поперек фотографии шел заголовок «Последняя песня Соловушки». Видимо, именно об этом диске шла речь, когда девушка впервые попала в офис продюсера. Наверное, в нем бы не нашлось ничего странного — порой названия песен вызывают недоумение у слушателей, но в уголке обложки притулился черный траурный треугольник и фраза мелкими буквами «Памяти погибшей Анастасии Соловей посвящается».

В голове вдруг стало пусто, а в ушах тоненько зазвенело. Медленно, словно во сне, Кира посмотрела на продюсера, впившегося темным взглядом в коробку из-под диска в дрожащих руках подопечной.

— И все-таки, ты