Узел судьбы - Лирик Шторм

Через сутки Роман и Бодхи будут красться по темным улицам какого-то загадочного города, название которого я не знала, в котором обосновались Темные Святые почти девять месяцев назад. Нервозность охватила меня около двух часов ночи. Я дрожала, несмотря на комфортную температуру в двадцать два градуса. В конце концов надела теплые коричневые леггинсы с флисовой подкладкой, кремовый свитер, толстые носки и темно-коричневые сапоги с меховой подкладкой, но все равно не могла согреться.

Я не знала, что делать. Услышала ворчание, а затем меня подняли сильные теплые руки. От неожиданности я издала высокий визг, о существовании которого даже не подозревала. Меня окружил запах апельсинов. Я всегда находила его успокаивающим, но не могла успокоиться. Торн начал мурлыкать, унося меня из комнаты. Звук и вибрация немного успокоили меня, но и этого было недостаточно. Я не могла расслабиться и у меня застучали зубы.

— Что случилось? — с беспокойством спросил Эвандер.

Огляделась и увидела, что мы находимся в комнате наблюдения. Эвандер и Рафе были там, поднимаясь со своих мест.

— Mon ange? — Рафе встал рядом со мной, его рука обхватила мою щеку, он пристально смотрел мне в лицо.

— Я… я не знаю, — пролепетала я, стуча зубами.

— Она заболела? — спросил Эвандер. — У нее температура?

— Нет, температуры нет, — ответил Рафе. — Ее кожа слегка прохладная. Как ты себя чувствуешь?

— Я чувствую… — понятия не имею, как себя чувствую. Мой взгляд бегал по комнате, как будто могла волшебным образом найти ответ где-то.

— Блядь, — простонал Эвандер. — Подключись к связи. Ты это чувствуешь? Почему от паники она готова лезть на стены?

Взгляд упал на один из экранов, на котором было открыто электронное сообщение. Но я не могла его прочитать, потому что слова и буквы сдвигались и менялись местами.

Эмбертрап. Эмбертрап. Эмбертрап.

Я не знала значение этого слова, и не замечала, что повторяю это слово снова и снова, пока Рафе не встал между мной и экраном. Его лицо приблизилось, заполнив все пространство передо мной, и я не могла видеть ничего, кроме него. Обе его руки легли на лицо, заставляя меня смотреть ему в глаза.

— Эмбертрап, Эмбертрап, Эмбертрап, — это слово срывалась с моих губах, будто я должна была его произносить.

Оно должно было быть услышано.

— Эмбертрап, — тихо повторил Рафе с каким-то странным пониманием, пока мой голос наконец не утих и вся нервная энергия, которую несла в себе, постепенно не улетучилась.

Я расслабилась в крепких объятиях Торна, который казался застывшим от напряжения.

— Эмбертрап, — снова сказал Рафе. Он не выходил из поля моего зрения, несмотря на то, что я расслабилась в объятиях Торна. — Что же нам делать? — мягко спросил он меня.

Я была сбита с толку, пока он не сдвинулся в сторону, чтобы экран частично вернулся в мое поле зрения.

Собери вещи. Уходи. Собери вещи. Уходи.

Экран снова исчез, и я потерялась в глазах Рафе.

— Собери вещи. Уходи, — мягко повторил Рафе, будто разговаривал с психически нездоровым человеком, которым я вероятно и была.

Он взглянул в сторону:

— Кто-нибудь из вас сказал ей, куда они ушли?

Я почувствовала, как Торн покачал головой, когда Эвандер ответил:

— Чёрт, нет!

Не успела сосредоточиться на их словах, потому что снова потерялась в глазах Рафе. Его мягкий голос заставил меня почувствовать, что он догадывается о происходящем, что значительно облегчило мое состояние, потому что сама не имела ни малейшего представления.

— Пожалуй, мне нужно собрать вещи, — сказал он, похлопав меня по носу.

Он снова отошел в сторону, направляясь к двери, но буквы на экране продолжали меняться.

— Нет. Нет. Нет. Нет, — слова быстро проносились, почти сливаясь в одно длинное, потому что было крайне важно, чтобы он меня услышал.

И он услышал, вернувшись ко мне.

— Нет? — он приподнял бровь, впервые выглядя сбитым с толку.

— Нет, — подтвердила я.

На его лице появилось задумчивое выражение, затем он начал произносить случайные слова.

— Собери вещи.

Да.

— Собери вещи. — подтвердила в ответ.

— Уходи, — сказал он, не отрывая глаз от моего лица.

Да.

— Уходи. — также подтвердила в ответ.

— Что, чёрт возьми, сейчас происходит? — спросил Эвандер, и я задалась тем же вопросом.

— Я? — спросил Рафе.

Нет. Да. Нет.

— Да, ты, но… не совсем… — я была в такой растерянности, что у меня начала болеть голова.

— Мы?

Да!

— Мы! Мы!

О, Богиня, теперь я звучала так, будто пыталась говорить по-французски. Или как поросенок, о котором когда-то читала в детском стишке, который визжал всю дорогу до дома.

— Хорошо.

Он вновь осторожно отступил в сторону, открывая экран. Я инстинктивно хотела зажмуриться, опасаясь, что эти проклятые буквы снова начнут плясать перед глазами, но они застыли неподвижно. С облегчением выдохнув, я прижалась головой к груди Торна. Стук его сердца и успокаивающая вибрация мурлыканья дарили умиротворение.

— Молодец, mon ange, — прошептал Рафе мне на ухо, а затем нежно поцеловал в губы.

— Что это было, чёрт возьми? — спросил Эвандер.

— Ее способность.

— Ее? — в голосе Эвандера звучало неподдельное потрясение.

Кажется, мы куда-то шли, но после нескольких часов беспокойного сна я была слишком измотана, чтобы обращать на это внимание.

— Да. Предвидение. Оно всегда было у нее. Дислексия была просто ошибочно поставленным диагнозом. Когда она заболела болезнью связи, которая заставила проявиться ее Омега-сторону, это усилило и пробудило дремлющие гены. Проще говоря, она получает предупреждения о будущем, скажем, видения.

— Как… почему я не знал об этом?

— Я не собирался это от тебя скрывать, Эвандер. У меня появились подозрения, когда она сказала, что это совместное предприятие не принесет мне ничего хорошего. И оказалась права. Сам по себе контракт был идеальным на бумаге, и компанию рекомендовал человек, с которым я раньше имел дело. Однако, когда моя юридическая команда тщательно изучила компанию, было обнаружено много… тревожных сигналов. Так что я только строил предположения, когда она сказала мне об этом, но теперь ее Омега-сторона полностью проявилась, и ее способности будут только усиливаться. То, что произошло сейчас, лишь подтвердило мои подозрения.

Эвандер выдохнул:

— Ладно, и что теперь?

Рафе хлопнул его по спине.

— Теперь мы собираемся, потому что, судя по всему, происходящее в Эмбертрапе — ловушка. Нам всем нужно быть там. Убедись, что у тебя есть все резервные копии.

Эвандер застонал, а Торн рассмеялся, бережно перенося меня в свою комнату. Я никогда раньше здесь не была, потому что он всегда приходил ко мне. Любопытство боролось с усталостью, но сон все же взял верх, и я закрыла глаза, когда он