Любимый злодей - Д. С. Одесса

Почему я вообще задаю себе этот вопрос? Он же все обо мне знает.

Демон берет кусочек картофеля, макает его в сметану и подносит к моим губам, а я охотно раскрываю рот. Когда хоть раз мужчина готовил для меня? Никогда. В самом деле, никогда.

Прожевав картофелину, я тихонько вздыхаю.

Он снова смотрит на мобильный: на экране высвечивается сообщение.

– Что-то случилось? –  спрашиваю я. И автоматически думаю о близнецах. Но они в надежных руках миссис Уорнер. Сейчас выходные, поэтому за девочками присматривает экономка.

– Всем доброе утро. –  С обмотанным вокруг талии полотенцем в кухню входит Квест. –  Срань господня, она до сих пор здесь! –  выпаливает он, уставившись на меня, словно я приземлилась у них на кухне, как комета.

– Черт! –  рычит Демон в тот же момент. –  Вот ублюдок!

– В чем дело? –  хором спрашиваем мы с Квестом, а потом смотрим на Демона, который вскочил со стула.

– Квест, оставайся с Нурией. Когда она закончит есть, отвези ее обратно.

Но… Эти слова, словно камень, оседают у меня в животе. Как раз, когда я подумала, что у меня появился шанс чуть лучше узнать Демона, он уже снова отсылает меня назад.

– Будет сделано. Где Лекс и Кэм?

– Лучше не спрашивай, –  с агрессивным подтекстом произносит Демон, прежде чем повернуться ко мне, обхватить рукой мой затылок и опустить лицо в маске к моей макушке. –  Я свяжусь с тобой позже, моя роза.

Буквально через две секунды Демон стремительно скрывается за дверью, а Квест изучает сковородку на плите.

– А мне он, конечно, ничего не приготовил. Паршивец, –  ворчит он.

– Можешь взять что-нибудь у меня. –  Я указываю вилкой на груду французских тостов, которые мне ни за что не съесть в одиночку.

Квест поворачивается, открыв моему взору свой не менее атлетичный торс, широко улыбается и опускается на стул, на котором прежде сидел Демон.

– Очень мило с твоей стороны. Но босс убьет меня, если я отниму у тебя еду.

– Если ты не примешь мое предложение, Квест, я скажу Демону, что ты отказался исполнять мои желания. Что, по-твоему, твой босс на это скажет?

Парень качает головой:

– Черт, ты такая же, как он. В таком случае я не вправе отказываться, ведь на кону стоит моя жизнь.

– В точку.

Раз я не могу устроить допрос Демону, значит, устрою его Квесту. Он с самого начала произвел на меня впечатление довольно надежного человека –  по сравнению с другими парнями казался чуть ли не мягким и заботливым, когда надел на меня свою толстовку.

После того как я перекладываю ему на пустую тарелку два французских тоста с картофельными дольками и он набрасывается на еду, снаружи доносится рев мотоциклетного двигателя. Я тут же оглядываюсь налево, к кухонному окну, за которым вижу сидящего на мотоцикле Демона в черной одежде, после чего он уносится прочь. Что такого могло произойти?

– Эти «Зетос» снова создают проблемы? –  спрашиваю я Квеста.

– Надеюсь, что нет. Возможно, у Уайлдера появилась новая зацепка по поводу пропавших девушек.

– Пропавшие девушки? –  уточняю я, прежде чем надкусить картофелину.

– Да.

Квест отрезает большой кусок золотисто-коричневого французского тоста, макает его в ягодный соус и запихивает в рот. Пряди влажных русых волос падают ему на брови, пока он жует и смотрит на меня честными темными глазами.

– На протяжении нескольких недель пропадают молодые женщины. Поэтому мы здесь –  след привел в Австралию. Ну, –  вдруг исправляется помощник Демона и расплывается в широкой улыбке, –  еще мы наверняка здесь потому, что здесь сейчас ты, а ты вскружила Уайлдеру голову.

Его последнее высказывание я пропускаю мимо ушей, так как меня поражают такие странные совпадения. Ранья ведь тоже пропала.

– Сколько лет пропавшим девушкам?

Квест поджимает губы, а затем задумчиво чешет покрытый трехдневной щетиной подбородок костяшкой указательного пальца.

– Ученицы выпускного класса. Шестнадцать и семнадцать лет, по-моему. Вендра и Лейла –  так зовут двух пропавших девочек. Они учились в старшей школе Веллингтона.

Стоит мне услышать из его уст название школы, как в желудке все переворачивается. Я резко втягиваю воздух и давлюсь едой. Так сильно, что Квест вскакивает, отодвигает мой стул и похлопывает меня по спине.

– Черт возьми, не помри мне тут. Уайлдер же с меня шкуру сдерет, если ты вдруг посинеешь и задохнешься.

Я судорожно вытягиваю правую руку, дотягиваюсь до апельсинового сока на столе и делаю два глотка. Лицо у меня, должно быть, побагровело, а на глаза навернулись слезы. Когда я наконец прихожу в себя и снова начинаю свободно дышать, Квест с обеспокоенным выражением лица возвращается на свое место.

Как стыдно.

– Старшая школа Веллингтона, –  продолжаю я хриплым голосом, чтобы отвлечься от инцидента. –  А Ранью Монейр вы тоже ищете?

В ответ на это Квест качает головой:

– Нет, нет, ее имени нет в списке. Монейр? Разве это не та семья, в которой ты работаешь няней?

Кивнув, я делаю еще один глоток сока и хмурю брови.

– Очень жаль, –  бормочу я.

– Эта Ранья пропала? –  уточняет Квест.

– Да, в июне.

– Если хочешь, я могу разузнать о ней побольше, –  предлагает он, встает и выходит из кухни, чтобы пару минут спустя поставить на стол ноутбук и запустить какую-то программу. Сразу же после этого парень указывает на черное окно, в котором светящимися зелеными цифрами и буквами выводится практически вся важная информация о Ранье Монейр. От номера ее мобильного телефона до банковских реквизитов. Ни хрена себе. Он… Я выглядываю из-за края компьютера:

– Ты хакер.

– Причем безумно крутой, –  с гордостью заверяет он. –  Ну как, нашла какую-нибудь полезную информацию?

Я качаю головой, так как не обнаружила никаких сведений о том, была ли она госпитализирована.

– Ты можешь узнать, когда в последний раз использовался ее мобильный телефон? Или находится ли она сейчас в больнице?

– Ага, –  откликается Квест, как будто доставать чужие личные данные –  самая естественная вещь на свете.

А у меня появляется надежда: сейчас я, как никогда, близка к ответам. Хотя я еще не дочитала дневник Раньи, от Зейна мне известно, что она исчезла абсолютно внезапно.

– Последний звонок был сделан пятого июня. Продолжительность –  семь минут и сорок одна секунда. После этого… –  Нахмурившись, он что-то набирает на клавиатуре. –  Не было никаких звонков, сообщений или использования мобильного телефона. То же самое с онлайн-банкингом и дебетовой картой. Последняя активность наблюдалась третьего июня, и… вау…

– Что? –  любопытствую я, вставая со стула.

– Она сняла двадцать две тысячи семьсот восемьдесят австралийских долларов. Это последняя операция по