Возлюбленная для чемпиона - Маша Кужель

Я не знала, что у него новый тренер. Наверное, мы не так уж много говорили о его жизни, если подумать.

— Ты, кажется, очень милая девушка, Ань. По крайней мере я так поняла из рассказов Ильи.

— Спасибо.

Я что, в какой-то глупой комедии? Роза Димова сидит на крыльце моего дома и говорит мне, что я — милая девушка. А несколько дней назад я забиралась на колени к ее мужу и пыталась его соблазнить.

— Ты не кажешься мне человеком, способным разрушить семью, — ее голубые глаза наполняются слезами. — Я не верю, что ты хотела бы, чтобы маленький мальчик остался без папы. Поэтому я здесь.

Может быть, это все-таки сон. Или кошмар. Мне было очень плохо, когда Илья оттолкнул меня. Мне не нужно слышать это еще и от Розы.

— Я не знаю, что вы имеете в виду.

— Я знаю, что произошло между тобой и Ильей в Казани, — она машет своим телефоном, как будто это все объясняет. — Но, когда он спал с тобой, он не знал того, что знает сейчас.

— Может быть.

Почему она здесь? Илья и без того дал мне понять, что наши отношения невозможны. Он хочет остаться с Розой, потому что, похоже, считал меня такой же женщиной, как та, в которую, по его словам, влюбился мой отец. Он был пьян и нес бред. Отец никогда не любил никого другого.

Вздохнув, она прищурилась.

— Он тебе не рассказывал, похоже?

— Не рассказал чего? Мы виделись с ним последний раз на похоронах моего отца.

— Прости. Прими мои соболезнования. Насчет Темы, — она нервно теребит нитку жемчуга на своей шее. — У него лейкемия.

Меня того и гляди вырвет.

— Что?

Она отворачивается и смотрит на разросшиеся кусты, высаженные вдоль крыльца. Когда она снова поворачивается ко мне, в ее глазах блестят слезы.

— Ему сейчас нужно, чтобы мы были семьей, и я здесь, чтобы попросить тебя не вмешиваться в нашу жизнь.

Эти слова — как нож в сердце.

— С этим проблем не будет.

— Ты уверена в этом?

— Зачем вы здесь? Илья уже сказал мне, что не собирается разводиться.

— Между нами говоря, я не думаю, что у нашего брака есть шанс, если ты будешь рядом, а мне нужно, чтобы все получилось. Теме нужно, чтобы все получилось, — она опускает взгляд на свои туфли и качает головой. — Я не пытаюсь причинить тебе боль. Я надеюсь на твое милосердие. Я надеюсь, что ты поймешь, почему я прошу тебя не усложнять ему жизнь, почему я прошу тебя дать ему возможность сосредоточиться на своем ребенке.

Глава 68

Аня

Сейчас

Когда женщина узнает о своей беременности, первым человеком, которого она хотела бы видеть, должен быть отец ее ребенка. И все же я оказалась перед красивым домом Ильи.

Когда я звоню в домофон, я не имею понятия, что собираюсь сказать, но мое тело уже сковало беспокойство. Всякий раз, когда я завладеваю Ильей, что-то снова отталкивает его от меня.

Но, как только Илья открывает мне дверь и улыбается, странное чувство спокойствия охватывает меня. Он проводит глазами по моему телу и медленно поднимает их обратно, после чего берет меня за руку и затягивает в квартиру.

— Тема и Тамара ушли в кино, — говорит он с ухмылкой. И тут же его рот оказывается на моих губах. Его руки скользят по моей рубашке, а мои — по его одежде. Мы даже не успеваем пройти по коридору, как оказываемся голыми на полу — жадные руки, рты, отчаяние.

Я не уверена, что когда-нибудь смогу привыкнуть к тому, что Илья хочет меня вот так — что я могу получить его в любой момент, когда захочу.

Я отгоняю эти мысли и сосредотачиваюсь на грубой хватке его рук на моих бедрах и влажных движениях его языка по моим соскам.

— Я весь день думал о тебе, — бормочет он, целуя мой живот. — Не знаю, спал ли я прошлой ночью. Я хотел, чтобы ты была в моей постели.

Я запускаю пальцы в его волосы.

— Илья.

Он с улыбкой опускается к моему рту и целует меня до тех пор, пока все остальное не исчезает. Он прекращает свои прикосновения и поцелуи только для того, чтобы надеть презерватив и расположиться между моих ног.

— Мы действительно делаем это, — произносит он мягко, благоговейно.

Я приподнимаю бедра, стремясь к нему, нуждаясь в нем. В последний раз.

Он входит в меня и двигается так нежно, что слезы застилают мне глаза.

— Я люблю тебя.

Я люблю тебя.

Когда у меня заныло под копчиком от твердого пола, он переворачивает нас так, что я оказываюсь на нем, и обхватывает меня руками.

— Прости за это, — говорит он.

Я закрываю глаза и сосредоточилась на том, как вздымается и опускается его грудь при тяжелом дыхании.

— Почему — прости?

— Я думал о тебе, и тут появилась ты, — он смеется. — Я не знаю, Аня. После многих лет, когда я думал о тебе, скучал по тебе и хотел тебя, мне будет трудно сдерживать себя, когда ты станешь моей.

От эмоций у меня перехватывает горло, и я не могу ничего ответить. Я даже дышать не могу.

Теперь ты мой. Но как долго еще?

Он переворачивает нас на бок, потом встает и помогает мне подняться. Он собирает нашу одежду в большую кучу в своих руках.

— Кофе? — спрашивает он, изогнув бровь.

Я прикусываю губу и качаю головой.

— Спасибо. Не хочется.

Он шлепает меня по голой заднице.

— Тогда ложись в постель. У нас есть три часа до возвращения Темы, и я хочу провести их с тобой голышом на моих простынях.

Я пытаюсь улыбнуться, но утренние новости сильно давят на меня, и я не могу заставить свои губы повиноваться. Все это распирает меня изнутри.

— Эй, — говорит он и гладит ладонью меня по щеке. — Все хорошо? Я тебя чем-то обидел?

— Ты меня не обидел.

Но все не хорошо.

— Пойдем.

Я не хочу делиться своими новостями, пока мы стоим голые у входной двери.

— Я приведу себя в порядок. Встретимся в постели.

Его глаза снова вспыхивают желанием. Это чувство в моей груди, когда он смотрит на меня вот так, — что я должна ему сказать? Почему мы просто не можем быть вместе без всяких трудностей?

Глава 69

Илья

С Аней что-то не так, и я, кажется,