Два сердца для меня - Эльвира Осетина

— Потому что он дурак, — ответила Ози и тоже взялась за столовые приборы.

Уорис промолчал, но в доме стало на порядок холоднее. Интересно, раньше я такого не замечала, находясь рядом с ним?

— Уорис, это ты регулируешь температуру? — спросила я у мужчины. — Что-то прохладно стало.

Он моргнул, и стало намного теплее, а затем перевел на меня виноватый взгляд:

— Прости, силы стало слишком много, я еще не очень хорошо её контролирую.

— Угу, задолбал всё вокруг замораживать, — пробурчала недовольно липси.

— Я уже говорил тебе, что, если не хочешь, чтобы моя сила вредила, находись подальше, — процедил демон, прожигая взглядом Ози.

— Я нахожусь там, где хочу, и ты точно мне не указ, — ответила она, поджав губы.

— Ты сделала своё дело и больше нам не нужна, мы дальше и сами можем разобраться, — ответил демон, а я заметила в его глазах отсветы.

И уже приготовилась поежиться от холода.

— Ты, демон, смеешь выгоняешь меня из своего дома? — Глаза у Ози расширились от негодования.

— Нет, уходим мы. — Он резко поднялся из-за стола и начал отодвигать мой стул.

— Серьезно? — вскочила липси. — И где жить будете? У тебя есть тут где-то поблизости более комфортное место для жилья? А может, хочешь в замок вернуться к Свирелу? И это после того, как ты насмерть заморозил четырех высших демонов из его личной гвардии?

— Что? — с удивлением посмотрела я на мужчину. — Зачем ты их убил?

Уорис в ответ поморщился, как будто что-то горькое съел.

— Я же говорил, спонтанный выброс энергии, — ответил он.

— Угу, за этот выброс Свирел по голове тебя точно не погладит. У него каждый воин на счету, и ты собрался уходить куда-то? — продолжила Ози распекать Уориса. Она перевела на меня свой взгляд. — Лия, хоть ты ему скажи! Ты же только-только в себя пришла. Тебе нужны нормальные, комфортные и безопасные условия для жизни. Свирел не будет разбираться, виновата ты или нет, он и тебя заодно прибьет, когда найдет вас обоих!

Я с шумом выдохнула, видя, что Уорис опять замкнулся в себе, превратившись в ледяного принца.

— Ози, если мы стесняем тебя, то мы сразу же уйдем, — решила поддержать я в этом споре своего мужчину, хотя и понимала, что он не прав. И, посмотрев на демона, тихо сказала: — Идем, мне уже лучше.

Какое-то время Уорис молчал и не двигался, но затем повернулся и сказал:

— Ози права, тебе надо еще отдохнуть, а мне проветриться и подумать как следует. Прости, любовь моя, я покину тебя ненадолго.

Он резко прижал меня к себе и со всей страстью поцеловал в губы, но углублять поцелуй не стал и, так же резко отпрянув, пошел к выходу.

Дверь захлопнулась, и я перевела растерянный взгляд на липси.

— Хоть характер у него и дерьмо, но мозги последние твой демон еще не растерял, — ответила она на мой молчаливый вопрос.

Я же решила доесть — тут еще десерт остался, и выглядел он вполне себе вкусно, — а заодно и дать себе небольшую передышку.

Закончив с десертом, я хотела помочь липси с уборкой, но она остановила меня.

— Сиди, я здесь хозяйка и сама должна убираться.

Девушка ловко собрала посуду. Оставшуюся еду поставила в ящик, из которого пахнуло холодом. А саму посуду она переложила в другой ящик и просто закрыла её.

Я приподняла брови, а липси пояснила:

— Это бытовой артефакт, сам всё почистит.

— Оу, посудомойка, — кивнула я. — В моём мире тоже такое есть.

— Здесь таких артефактов не осталось. Эти фактически последние. Потому что заряжать их некому, — вздохнула она. — Я владею бытовой магией на слабом уровне. Но зарядить артефакты в этом доме мне всё же хватает. Вот раньше у нас было очень много бытовых магов, и все дома были оснащены артефактами.

Она печально вздохнула, и я заметила в её глазах бесконечную боль и усталость.

Стало жаль её до боли в сердце.

Липси села напротив меня, посмотрела в глаза и тихо спросила:

— Расскажешь, как жила без нас?

Нас… это слово так и повисло в воздухе. Ведь она имела в виду себя и Свирела. Неужели жалеет о том, что сделала?

Хотелось сказать что-то вроде: «Не все ли тебе равно? Ты ведь меня бросила», но я не подросток, а взрослая женщина, которой и жить-то осталось совсем немного, да и видно, что Ози сама понимает, что наломала дров хуже некуда. И не мне уж точно бить и так давно «лежачего». Поэтому, тепло улыбнувшись, кивнула.

— Детство у меня было хорошее. Как и юность. Родители меня действительно любили и старались делать всё, чтобы в моей жизни было как можно меньше проблем и разочарований. Вырастили, дали отличное образование. А когда я уже была взрослой и самостоятельной, случайно погибли в автокатастрофе.

Когда я сказала эти слова Ози, у меня почему-то стало легче и теплее на душе. Я ведь понимала, что мои приемные родители всё делали лишь из-за любви. Навязанной любви. Но… Они боялись за меня слишком сильно, потому и заставляли быть «хорошей девочкой». Учили жить правильно, по их мнению.

В общем-то, в этом не было ничего плохого, я ведь и не пыталась сопротивляться, и меня всё устраивало.

А все мои фантазии о путешествиях я и сама подавляла, потому что была той еще перестраховщицей и трусихой. Чего уж теперь родителей винить?

— У меня был муж, и я даже была с ним какое-то время счастлива, — продолжила я свой рассказ и улыбнулась сама себе, понимая, что совершенно не держу на него зла.

Я ведь сама позволяла ему командовать собственной жизнью. Отдала всё в его руки. Полностью подчинялась. Еще и боялась потерять. И может быть, слишком много возложила надежд? А он… он всего лишь человек, не справившийся с соблазнами и, возможно, не особо сильно любящий.

— Был? — переспросила Ози.

— Был, — кивнула я и с улыбкой добавила: — Он меня бросил, ушел к другой женщине. Она от него забеременела. А у нас детей не случилось, я предохранялась.

— Не случилось бы, даже если бы ты не предохранялась, — сказала липси и, поморщившись, добавила: — Дети у тебя будут только от демона. Он твоя пара.

Я приподняла брови.

— Уорис тебе сказал?

— Поверь, это видно невооруженным взглядом, — усмехнулась она, и я заметила в её взгляде горечь и даже мелькнувшую боль, а затем и мягкую улыбку. — И я рада, что у вас всё хорошо. Надеюсь, он не наломает больше дров и вы сможете быть вместе. Только