Нескромные желания - Тия Дивайн

– Что ты имеешь в виду? – не без удовольствия спросила она.

– Я хочу сказать, что ни одна женщина не может сравниться с тобой ни телом, ни пылкостью, ни жаждой наслаждений. Стоит мужчине взглянуть на тебя, и он готов, не успокоится, пока не овладеет тобой.

Она задрожала от желания при мысли об этом.

– Не представляю, как сдерживаются мужчины, чтобы не броситься на тебя. Слава Богу, мне не нужно этого делать, так ведь, моя распутница? Твое тело в моем распоряжении, и я могу бесконечно вонзаться в тебя, прижав к стене. Не представляю себе мужчину, который мог бы устоять перед тобой. – Филиппа подумала об Алексе. Ему это вполне удавалось.

– А может, я просто не хотела их. Ждала тебя.

– А я искал такую, как ты, – прошептал он. – Чтобы все позволяла. И, наконец, нашел. Даже не верится.

– Я позволю тебе все что угодно, хоть десять раз в день, если пожелаешь.

– Правда?

– Я хочу этого.

– Ты настолько лучше ее, – прошептал он, оседлав Филиппу. – Сара Тэва не смогла бы удовлетворить мужчину десять раз в день. Она не настолько распутна. А ты можешь. Ты, ты... прирожденная шлюха, – прошептал он, вонзаясь в нее. От этих слов у Филиппы дух захватило. Волна наслаждения пробежала по телу. – Прирожденная... шлюха... – повторил он, как заклинание, способное снова и снова доводить ее до экстаза.

Возможно, именно этих слов всегда недоставало Филиппе. Она готова была слушать их вновь и вновь. Когда они занимались любовью.

– Она все еще в деревне, – устало произнесла Филиппа, положив голову ему на плечо. – Она все еще здесь, и от нее одни неприятности.

– Когда она уедет, ты займешь ее место, моя амазонка. И всегда будешь помнить, что я первый разглядел в тебе распутницу и сказал, что ты намного лучше Сары.

– Мы устраиваем бал.

– Прошу прощения? – Джудит посмотрела на Алекса поверх очков и сжала пяльцы. – Что мы устраиваем?

– Бал. В честь Сары. Пора представить ее нашим друзьям и соседям.

– О Боже! Мне сейчас будет дурно.

– Тебе ничего не придется делать, мама. Я все сделаю сам.

– Все сделаешь сам? Да ты только и умеешь, что причинять неприятности, Алекс.

– В таком случае я тебя не приглашу. Я просто хотел сообщить, что бал через два дня.

– Но ты не сумеешь его организовать...

– Это неофициальный бал, мама. И поверь, в разгар лета, когда совершенно нечем заняться, приедут абсолютно все.

– Даже твои новые друзья? – спросила Джудит, задетая зa живое. Да нет, конечно же, ее друзья не придут, если почетной гостьей будет это создание. Джудит даже вздрогнула при мысли об этом.

– Абсолютно все, – повторил Алекс.

– Но зачем, Алекс? Разве ты недостаточно для нее сделал?

– Нет. Кстати, и она для меня еще не все сделала. Она мед, на который должны слететься пчелы.

Джудит сжала кулаки.

– Какой ты вульгарный.

– И, однако же, ты все равно любишь меня.

– Я не приду.

– Конечно, нет.

– Я ухожу к себе.

Таким образом, проблема была решена. Уоттен, повар и экономка позаботятся об остальном. Есть еще одна проблема: где найти подходящее платье для Сары.

У Филиппы целый гардероб, доставшийся ей от его матери, так что наверняка там найдется платье для Сары.

– Скажите, зачем вы опять хотите унизить меня? – спросила Франческа.

– Полагаю, что нам нужно как-то развеяться, разрядить атмосферу.

– Я знаю, как это сделать. Мне надо уехать.

– Ты не уедешь.

– Так что, мне навечно оставаться вдовой Уильяма? Тогда почему бы вам не построить мавзолей рядом с его усыпальницей и не поместить меня туда? Впрочем, вы уже практически это сделали. Что такое компания призраков по сравнению с убийцей, прячущимся в вашем доме?

Алекс не был уверен, что Джудит и Филиппа не уничтожали ее вещей. Теперь у Сары осталось лишь одно траурное платье, и каждый вечер Агнес стирала ее вещи, сушила и гладила, чтобы утром ей было что надеть.

Джудит отказалась дать Саре что-нибудь из своих платьев.

– Осквернять мои личные вещи? – буквально завизжала она от ужаса. – Я прежде убью себя. А Филиппа куда-то запропастилась. Алекс поручил Саре организовать бал вместе с Уоттеном. Она держалась так, словно была в доме хозяйкой и знала, что необходимо, а что – нет.

Он наблюдал за ней из библиотеки, когда она, Уоттен и экономка обсуждали приглашения из списка, подготовленного Алексом, музыку, цветы и меню.

Она держалась настолько естественно и уверенно, словно всю жизнь занималась этим.

Поразительные противоречия натуры Сары Тэва. Он размышлял над ними прошлой ночью, когда смотрел на спящую Сару.

Где-то есть человек, который знает ее, как пешку в руках Кольма. Человек, которому поручили связаться с ней, когда она прибудет в Англию.

Где? Этот вопрос свалился на него совершенно неожиданно. Он всегда считал, что этот человек в Англии, но не знал, где именно, и не осознавал, насколько это важно.

Она получила приказ уговорить Уильяма, привезти ее в Англию. А куда мог поехать Уильям, если не домой?

Интуиция подсказала Алексу привезти ее сюда, и не подвела его.

Ее связной где-то здесь – в окрестностях Сомерсета. И Алекс не ошибся, используя ее, чтобы получить доступ в незнакомые дома.

Пусть даже он не раскопал ничего стоящего.

И почему бы теперь не собрать все эти знакомые и незнакомые лица вместе, чтобы посмотреть, кто попробует связаться с ней?

Так что бал в разгаре лета мог оказаться вполне уместным.

Конечно, рассылать приглашения буквально накануне было несколько неучтиво, но он мало что терял, а выигрывал много.

К тому же ему самому ничего не приходится делать, Сара и слуги вполне справляются с задачей.

В данный момент его больше всего интересовало, куда могла подеваться Филиппа, когда срочно понадобилась ему.

Филиппа и Аполлон отдыхали в постели после бурных любовных игр. Филиппа томно потягивалась. Каждый день она задерживалась у него все дольше и дольше, оба затягивали момент расставания.

О, как ей хотелось остаться. Ее бросало в дрожь при одной лишь мысли о том, что она могла ощущать это роскошное, мускулистое тело всю ночь, каждую ночь. Она вообразила, что они – Адам и Ева и что вот-вот им откроется какое-то новое тайное наслаждение.

Право же, в этом нет ничего постыдного.

Кроме того, она была вне себя из-за этой идеи устроить бал в честь Сары.