Белый вереск - Жаклин Рединг

С тех пор как Роберт рассказал девушке правду о ее происхождении, у него не было возможности потолковать с ней.

Он понимал, что она испытывает сильную боль, что ей не хочется даже верить его словам. Герцог видел страх в ее глазах, испуг, и ему хотелось сказать ей, что он готов заботиться о ней, защищать ее. Печаль лишила ее особенного света, присущего ей одной, и он хотел, чтобы этот свет вернулся.

Роберту вспомнилось, что и у него было примерно то же ощущение, когда вся семья погибла в пожаре. Слова не могли бы помочь ему тогда, потому что боль была так сильна, что она прожигала его душу. Роберт должен был сам ее преодолеть. И у Катрионы нет иного выхода.

И лишь когда боль пройдет, они смогут подумать о будущем. Их общем будущем.

— Ты здесь что-то искала? — спросил герцог, потому что девушка все еще стояла в дверях, испуганно глядя на него.

— Я пришла, чтобы взять какую-нибудь книжку. — Она помедлила. — Я не могла уснуть, — добавила Катриона.

Роберт подошел к ней.

— Знаешь, я как раз хотел выпить перед сном стаканчик портера. Может, выпьешь со мной? Немного хереса? Мама часто говорила, что херес помогает ей при бессоннице.

Пожав плечами, девушка направилась к книжному шкафу. Пока Роберт наполнял стаканы, она изучала корешки книг в поисках чего-нибудь интересного. Заметив книгу Мэлори, она инстинктивно вытащила ее с полки.

— Тебе нравятся истории о короле Артуре? — спросил Роберт, усаживаясь рядом с ней.

Катриона отпила хереса, наслаждаясь разливающимся по телу теплом. Озноб, бивший ее все последнее время, отпустил.

— Мне нравятся романы о благородных рыцарях. — Помолчав, она посмотрела на обложку книги. — Особенно те, которые повествуют о завоевании чаши Грааля.

Роберт улыбнулся.

— Как-то раз я был на аукционе, и там на продажу выставили чашу якобы Святого Грааля. У нее и вправду был очень внушительный вид, и она казалась очень древней, поэтому отец решил купить ее во что бы то ни стало. Но… Вскоре выяснилось, что все это — чистейшей воды надувательство. Правда, после этого случая отец заявил, что приложит все усилия, но найдет и купит настоящую чашу Грааля для своей коллекции. — Герцог покачал головой, отпив глоток портвейна. — Может, он именно ее искал здесь, в Россмори?

Катриона посмотрела на него. Только теперь она поняла, что была несправедлива к нему, скрывая правду о сокровищах якобитов.

— Роберт, я должна кое-что сказать тебе, — нерешительно промолвила она. — Я знаю, почему твой отец приезжал в Россмори. Знаю, почему он вел свой дневник. Ты был прав, когда говорил, что он, видимо, что-то искал здесь. И не ошибался, полагая, что он не был единственным, кто ищет это. Я занималась теми же самыми поисками, — добавила она чуть решительнее.

Роберт вопросительно посмотрел на девушку.

— Продолжай, — коротко бросил он.

— Видишь ли, я не знала, каковы намерения твоего отца. Когда он бывал в Россмори, я старалась держаться от замка подальше. И возвращалась сюда лишь тогда, когда он уезжал. — Катриона покосилась на Роберта, пытаясь разглядеть его лицо в неровном свете свечей.

Герцог нахмурился. Девушка смутилась, но решила продолжать:

— Здесь, в Россмори, есть один полковник. Его зовут Макрейфорд. У него есть кое-какие сведения о сокровищах якобитов, точнее, о золоте, которое было отправлено в помощь принцу Чарлзу по прозвищу Красавчик еще в сорок пятом году прошлого века. Так вот. Согласно легенде, это золото спрятано где-то здесь, в Россмори.

— Ты говорила о каких-то сведениях, — заметил герцог. — Так какого рода сведения есть у полковника?

— У него есть карта с рисунками, при помощи которых можно определить, где спрятаны сокровища. Но вся беда в том, что с помощью одних рисунков сокровищ не найти. Существует еще одна часть карты, на которой написано, где они спрятаны. Но и та часть бесполезна без картинок. Лишь сложенные вместе, половинки карты могут привести к золоту якобитов.

Роберт внимательно слушал ее.

— А эта вторая часть, та самая, на которой написано, где спрятаны сокровища, — проговорил он, — где же она?

— Не знаю, — пожала плечами девушка. — Но полковнику было известно, что ее спрятали в какой-то книге, находящейся здесь, в библиотеке Россмори.

Герцог все больше хмурился. Раздумывая над ее словами, он сделал еще несколько глотков портера.

— Так ты для этого приходила в Россмори, да? — наконец спросил он. — Для того, чтобы найти эту книгу?

— Отчасти да, но не только поэтому, — отвечала ему девушка. — Я действительно рылась в книгах, но это дало мне возможность читать.

Роберт задумался.

— И давно ты узнала, что мой отец тоже искал сокровища? — поинтересовался он.

— Когда мы нашли его тетрадь, — пояснила Катриона. — Нет, точнее, когда мы оказались у разветвленного дуба.

— Но почему же ты сразу не сказала мне правду?

— Мне очень хотелось сделать это, Роберт, но я должна была сначала поговорить с полковником. Подозреваю, он знает о твоем отце больше, чем говорил мне. Я в тот же день направилась к нему домой, но полковник куда-то исчез. А вместе с ним и карта. Ах, Роберт, ну как ты не понимаешь? Что, если человек, устроивший пожар в твоем доме, решил уничтожить и полковника? Вдруг он решился на это?

Роберт одним глотком допил портер.

— Я непременно докопаюсь до правды, Катриона, как только мы приедем в Лондон, — заявил он.

Через неделю Катриона и Мерид сели на небольшое суденышко, специально нанятое Робертом, которое должно было доставить их сначала в Обан, а потом в Ливерпуль. Оттуда они смогут ехать до Лондона по суше, и всего через каких-нибудь две недели окажутся в столице. Так что Катриона едва успела подготовиться к отъезду, уносящему их в неопределенное будущее.

Роберт вел себя просто по-королевски. Он приказал похоронить Мэри на кладбище Россмори и, хоть тело Энгуса и не было найдено, велел поставить рядом с ее могилой большую надгробную плиту в память о гордом шотландце. Из домика Макбрайанов, тоже по приказанию герцога, вывезли все скудные пожитки девушек, дабы избавить их от тяжелых воспоминаний.

О сокровищах Роберт больше не вспоминал; казалось, все его помыслы были заняты одной Катрионой, ее безопасностью и спокойствием.

Он написал в Лондон брату Ноа о своем скором прибытии в столицу. В письме Роберт попросил его связаться с их семейным адвокатом Куинби, который, возможно, сумеет им помочь найти родственников леди Кэтрин.

Сама Катриона все еще никак не могла привыкнуть к мысли о том, что ее матерью была другая женщина, а вовсе не Мэри, хотя медальон служил тому подтверждением. Ведь это Мэри вырастила ее, заботилась о ней, любила ее. Мэри привила ей любовь к чтению, поощряла ее мечты об интересных приключениях, словно знала, что главное приключение в жизни девушки еще впереди.