Упрямая невеста - Ли Гринвуд

– Давай поговорим.

Расс остановился около небольшого, в несколько футов, озерца, в которое стекала вода из горного ручья. Сосны закрывали его и лужайку от палящих лучей солнца. Везде пестрели пурпурные и фиолетовые люпины. На деревьях щебетали птицы и пищали белки. Под ногами то и дело шныряли лесные мыши, охотившиеся за крошками еды, которые белки роняли на землю.

– Просто не верится, что этот уголок первозданной природы соседствует с ранчо, – сказала Танзи, садясь на поваленное дерево. – Мне надо чаще выбираться из дома.

– Но только не в одиночестве, – предостерег Расс. – Кто поручится, что Стокер снова не попытается тебя похитить.

– Я это учту. А теперь объясни, почему ты считаешь, что мне лучше остаться здесь.

– Потому что ты понятия не имеешь, куда ехать и чем заниматься. Прежде чем пускаться в путь, надо хорошенько все обдумать.

– Но ведь не для этого ты мне советуешь остаться на ранчо?

– Я обо всем написал в сочинении.

– Ты не написал о самом главном.

– О чем именно?

– Я хочу иметь семью. И останусь лишь в том случае, если выйду замуж.

– Любой из моих парней охотно женится на тебе.

– Парни тут ни при чем. Я имею в виду тебя.

– Ты же сказала…

– Предположим, я передумала. Ты женишься на мне?

– Что ж, неплохая идея.

– Речь идет не о походе к кузнецу, который должен подковать лошадь, а о браке.

– Любой мужчина захотел бы стать твоим мужем. Ты такая красивая, милая…

– К тому же не лгунья. Все это я уже слышала. А теперь скажи, ты любишь меня?

– Нет, – не задумываясь ответил Расс. – Но ты мне нравишься. Очень. Именно такой я тебя себе и представлял, читая твои письма.

– Ты забыл, что эти письма писала не я. Может, откроешь секрет, что там Анджела насочиняла?

– Я их сохранил и могу дать тебе почитать.

– Уверена, мои достоинства сильно преувеличены.

– Я так не думаю.

– Остаться на ранчо я соглашусь при условии, что мы поженимся.

– Но почему?

– Иначе пострадает моя репутация. Это во-первых. Во-вторых – я хочу детей. А также любящего мужа. Но ты сказал, что не любишь меня, поэтому говорить больше не о чем.

– Если останешься, возможно, я полюблю тебя.

– Не знаю, смогу ли ответить тебе взаимностью.

– У нас полтора месяца на размышления.

– Что ж, давай начнем прямо сейчас.

– Каким образом?

Расс быстро подошел к ней, привлек к себе и поцеловал.

Ее губы сами ответили на его поцелуй. Она позволила себе расслабиться, чего с ней прежде не случалось.

– Твой поцелуй заставляет меня забыть обо всем на свете.

– Но разве это плохо? – улыбнулся Расс.

– Для меня плохо, потому что я теряю способность здраво мыслить.

Расс взял ее руки в свои.

– Ты умная женщина, с сильным характером. Ничто не может помешать тебе здраво мыслить.

Расс поднес руки Танзи к губам, поцеловал сначала одну, потом вторую. Танзи осторожно высвободила их и сказала:

– Тебе придется как-нибудь по-другому убедить меня в том, что я вам нужна на ранчо. Я уже сказала, что твои поцелуи лишают меня способности здраво мыслить. К тому же жизнь состоит не только из поцелуев.

– А это было бы не так уж и плохо.

– Надо проверить, совместимы ли мы при более прозаических обстоятельствах и насколько искренни наши чувства друг к другу.

– Я не обманываюсь в своих чувствах. Не сомневайся, – твердо произнес Расс.

К сожалению, Танзи не была готова ответить Рассу тем же. Ей еще надо было подумать. Но сейчас Танзи хотелось лишь одного – чтобы Расс целовал ее со всей страстью, на какую только способен.

– Нам пора возвращаться. – Расс протянул Танзи руку. – Я дам тебе на раздумья столько времени, сколько захочешь. Что до меня, то я все решил.

– Вот и хорошо.

Расс привел лошадей и, помогая Танзи сесть в седло, сказал:

– Я постараюсь сделать все возможное и невозможное, чтобы убедить тебя остаться на ранчо.

– И твои крепкие объятия – это один из способов убеждения?

– А что, сработало? Ты остаешься?

– Сработает, когда голодные парни станут требовать ужин.

Танзи расправила юбки.

– Обещай, что не будешь заставлять меня ездить в этом седле. Я никогда к нему не привыкну.

– Что ж, куплю тебе красивую коляску и впрягу в нее самую быструю лошадь.

– Подкуп тоже не сработает.

– Почему бы не попытаться?

– Поехали же, а то я не успею приготовить ужин.

– Смотри, как бы я не подумал, что парни тебе нравятся больше, чем я.

– Зачем выходить замуж за одного, когда можно флиртовать с пятью?

– Ты выглядишь так, словно выиграл приз, – сказал Уэльт, увидев Расса у загона для лошадей. Расс сиял улыбкой. – Не хочешь рассказать, в чем дело?

– Пожалуй, я готов простить тебе то, что ты писал Танзи те чертовы письма.

– Ты изменил о ней мнение? – Уэльт спешился и стал снимать седло с лошади.

– Мнение о Танзи я не изменил. Просто решил на ней жениться.

– Ты же чуть не убил меня за то, что я вызвал ее сюда!

– Было такое.

– Теперь моя очередь съездить тебе по уху.

– Ты не сделаешь этого, потому что слишком хорошо ко мне относишься.

Уэльт подошел к Рассу и шутя толкнул его. Через мгновение оба, смеясь, повалились на траву, делая вид, что дерутся.

– Не обольщайся, – весело проговорил Уэльт, – я выпустил тебя не потому, что слишком хорошо к тебе отношусь. Ты сильнее и лучше дерешься.

Уэльт поднялся и подошел к лошади, намереваясь почистить ее.

– Объясни все же, что произошло. Разве не ты говорил, что она не годится в жены?

– Я, – согласился Расс. – Хотя в тот момент, как увидел ее, понял, что женюсь на ней.

– А почему мне об этом не сказал?

– С какой стати? Это сугубо личное дело.

– Разумеется. Но зачем было все время меня упрекать за те письма?

– Чтобы ты не вмешивался в дела, которые тебя не касаются.

– Но ведь тебе это пошло на пользу. Поэтому я и впредь буду так поступать. – Уэльт самодовольно ухмыльнулся.

– Даже не пытайся. Считай, тебе на этот раз повезло – легко отделался.