По воле судьбы - Стефани Блейк

– Нет… Ни разу. Я ничего не понимаю. Может быть, он даже и не знает, что мы здесь.

– Да нет, ему прекрасно известно об этом. Если мне память не изменяет, между Люком и его отцом были весьма прохладные отношения. Джон Йе как-то мельком упомянул об этом. Не знаю. Это не мое дело.

Андрия с трудом сглотнула застрявший в горле комок.

– А вы уверены, что Люк знает о моем присутствии здесь?

– Да, он об этом знает. Вообще-то он направлялся в Соединенные Штаты, чтобы найти вас. Но судно, на котором он плыл, попало в жестокий шторм и потерпело крушение милях в двухстах от Оаху.

Андрия страдальчески поморщилась и с неподдельной болью в голосе спросила:

– Тогда почему он, зная, что я здесь, не приехал за мной?

Король Камехамеха в явном замешательстве посмотрел на королеву. Потом откашлялся и ответил:

– Боюсь, что мистер Уайли, наш министр иностранных дел, был неверно информирован о вашем положении в семье Каллагана, когда вы переехали на острова.

– Это как понимать?

– Дело в том, что в эмиграционный реестр вы занесены как жена Калеба Каллагана.

– Жена? – недоверчиво переспросила Андрия. – Как такое могло случиться?

– Это ускорило получение для вас разрешения на въезд на Гавайи. Позволило избежать, так сказать, канцелярской волокиты.

– Жена, – безжизненным тоном повторила девушка. – И Люк поверил в это… Как он мог? Это же полный бред. Ваше величество, мне нужно увидеть его и сказать правду. – Она поднялась с дивана, подошла к принцу и схватила его за плечи: – Дэвид, ты поможешь мне добраться до Ланаи?

Лицо Дэвида Калакауа приняло каменное выражение, и он сурово сжал губы.

– Дэвид, пожалуйста.

– Ты так любишь этого человека?

– Всем сердцем! – Внезапно Андрия поняла, что он должен сейчас о ней подумать. – О, Дэвид, понимаешь, я…

Что она могла сказать человеку, которому совсем недавно отдалась, который открыто признался ей в вечной любви и пообещал сделать ее королевой? Андрию переполняли боль утраты и ужасный стыд за себя. Дэвид – прекрасный человек. Благородный человек! Человек безупречной честности.

Дэвид заставил себя улыбнуться. Голос его был полон нежности и понимания:

– Конечно, я помогу тебе разыскать Люка Каллагана. Моя яхта в твоем полном распоряжении. Мы можем хоть сейчас отправиться, куда ты пожелаешь, моя…

Выговорить «дорогая» он не сумел.

На пороге появилась служанка:

– Ваше величество, прибыл мистер Йе. Говорит, что вы его ждете.

– Прекрасно. Пусть войдет! – Повернувшись к домашним, король пояснил: – Как вы знаете, число жителей острова продолжает уменьшаться, тогда как промышленность развивается стремительно. Мистер Йе и правительство готовят проект закона, который позволит привлечь сюда рабочую силу из Китая, Японии и португальских колоний. А вот и он сам!

Потрясение, которое испытала Андрия при виде Джона Йе, было едва ли не большим, чем от известия о чудесном спасении Люка Каллагана. Рот у нее непроизвольно округлился, а язык буквально прилип к нёбу.

Джон холодно посмотрел на нее и заговорил по-китайски, назвав девушку настоящим именем:

– Вот мы и встретились снова, Сун Инван! Много воды утекло.

К Андрии наконец вернулся дар речи.

– Тондлон, так ты теперь Джон Йе? Тондлон, я только что узнала, что Люк жив, что он здесь, на Гавайях. У меня голова кругом идет, и я ничего толком не могу понять. Но как он мог остаться в живых, когда я сама видела, что ты застрелил его на глазах у бандитов?

– Я немного схитрил, чтобы спасти ему жизнь. Впрочем, это не важно. Все осталось в прошлом. – Он поджал губы. – Какое-то время назад нам стало известно, что ты здесь. – И ледяным тоном он добавил: – Вместе со своим мужем Калебом Каллаганом.

Андрия бросилась к Джону и схватила его за лацканы темного делового пиджака.

– Это ужасная ошибка! Я только что сказала об этом королю. Ни раньше, ни теперь я никогда ни секунды не была женой Калеба. Он действительно спас меня, выкупив из борделя в Сан-Франциско, когда узнал, что мы с Люком любим друг друга. Он сделал это ради сына и все это время обращался со мной, как со своей дочерью. – И тут до нее дошло. – Калеб думает, что Люк умер, точно так же, как и я была в этом уверена с того страшного дня в миссии. Тондлон! Калеб любит своего сына! Это так жестоко – не дать знать отцу и мне о своем спасении!..

– Люк думал, что для всех будет лучше, если его станут считать мертвым. Он переменил имя и теперь зовется Люк Дженнингс.

– Это бессердечно! Глупо! Бессмысленно! – в отчаянии затрясла головой Андрия. – Как он мог поверить, что я вышла замуж за его отца? Как он мог быть таким слепым?

– Люк не единственный, кто продолжает верить, что ты третья жена Калеба… или любовница – называй как хочешь. Многоженство здесь, на Гавайях, не очень-то приветствуется. И потом сам Калеб ничего не сделал, чтобы это опровергнуть.

Пораженная Андрия окаменела:

– Ты хочешь сказать, что Калеб давал всем понять, будто он и я… – У нее прервался голос. – Я не верю, что он способен на подобную ложь.

Джон пренебрежительно пожал плечами:

– Это долгий и пустой разговор. Понимаешь, Андрия, Люк женат на гавайской девушке.

– Тондлон, это неправда!

– Меня зовут Джон Йе! – раздраженно сказал он. – Тондлон, как и Люк Каллаган, остался в прошлом. Мой тебе совет, Андрия, – не буди спящую собаку.

– Нет! Нет! Я никому его не отдам! Ты нарочно лжешь мне, чтобы мы с ним не увиделись! Ты никогда не любил меня, Джон Йе! – Она замахнулась сжатым кулачком, собираясь ударить его, но Дэвид успел перехватить ее руку.

– Андрия, не вини этого человека в своей беде. Признаюсь, что и я до тех пор, пока не познакомился с тобой, как и большинство, считал все эти разговоры об опекунстве жалким фиговым листком, призванным скрыть ваши подлинные отношения с Калебом Каллаганом.

– Дэвид!.. – Лицо Андрии покрыла мертвенная бледность, ноги ее подкосились, и девушка безвольно повисла на руках принца, уйдя в спасительное беспамятство.