Властелин моих грез - Данелла Хармон

Утром погода не изменилась, как не рассеялись и опасения тех, кто собрался во дворе Фолеев, чтобы проститься с Ирландским Пиратом.

Дождь промочил треуголку Родди, вода стекала ему на спину, кожаная попона на его лошади тоже вымокла. Вскочив в седло, Родди похлопал коня по шее и взглянул на девушек, которые вышли проводить его.

– В добрый путь, мой красавец, удачи тебе, – напутствовала Дилайт, поглаживая мускулистое бедро пирата.

«Долорес восхитительна», – подумал Родди, вспоминая утреннюю «прогулку», которая встряхнула обоих, но совсем не так, как могли предположить старшие Фолеи.

Родди увидел тревожный взгляд сестры. Она почти не изменилась и была для него все той же нежной испуганной малышкой, которую он знал и любил, когда был еще мальчишкой. И она по-прежнему носила старинное распятие. Родди заметил, что пальцы сестры так сжимают крест, что он ничуть бы не удивился, если бы металл погнулся.

Он наклонился к девушке и обнял ее.

– Я понимаю, Дейдра, ты не хочешь встать на сторону мятежников, но для меня важно то, что я делаю. Твой глупый английский капитан даже не знает, что я выхожу в море, поэтому не хмурься и улыбнись мне на прощание.

– «Глупый английский капитан», как ты выражаешься, станет моим мужем, – спокойно ответила Дейдра. – И я прошу тебя не говорить о нем плохо.

Брат сжал зубы. Он терпеть не мог капитана Лорда, решив, что скорее холмы родной Коннемары сровняются с землей, чем он позволит англичанину, завербовавшему его на флот, обвенчаться с его сестрой. Он убьет мерзавца, но не допустит этого. Однако Родди надеялся, что разлука с капитаном заставит сестру забыть о своем любимом и все-таки перейти на сторону мятежников.

– Пойми меня, Дейдра. – Он вытер с ее щеки то ли капли дождя, то ли слезы. – Может, когда-нибудь я тоже прощу твоего англичанина, но только не сейчас.

Выпрямившись, Родди галантно отсалютовал девушкам, послал Дилайт воздушный поцелуй и галопом поскакал в Сейлем.

Фрегат с намокшими парусами курсировал вдоль побережья в кромешной тьме, как вдруг с мачты раздался крик впередсмотрящего.

– Эй, на палубе! Вижу по правому борту огни! Они мигают!

– Объявить тревогу, – спокойно приказал Кристиан, – только без барабанов и боцманских свистков. Чтобы все делалось в полной тишине.

Лорд и хозяин даже не повысил голоса, однако его слова донеслись до каждого члена команды. Правда, все давно ожидали такого приказа.

Матросы бесшумно побежали на свои места, канониры подошли к заряженным пушкам. Часть команды собралась у шкотов и вантов, готовясь в нужный момент сменить галс, остальные с ловкостью обезьян лезли наверх по вантам. Офицерам не пришлось отдавать никаких команд, поскольку лорд и хозяин уже отработал с людьми все их действия задолго до того, как фрегат несколько часов назад под прикрытием темноты вышел незамеченным из гавани.

Их капитан очень умен: он приказал потушить все фонари, едва корабль снялся с якоря, а каждому члену команды запомнить свое место. Несмотря на кромешную тьму, матросам не требовался свет, чтобы передвигаться по скользким от дождя палубам. Они знали каждый уголок своего фрегата.

– Мы поймаем этого контрабандиста. – Сканк повернулся к Хибберту.

– Да, – отозвался Тич. – Его песенка спета. Не завидую тому, кто решится встать на пути нашего лорда и хозяина.

Кристиан слышал разговор матросов. На его губах застыла улыбка, не менее холодная, чем ветер, путавшийся в складках широкого плаща.

На носу фрегата капитан заметил какое-то движение: это юнга, прятавшийся от дождя, выбрался наружу, чтобы пробить склянки, но был тут же остановлен лапой Сканка. Ведь одно неверное движение – и Ирландский Пират ускользнет от них.

– Восемь склянок, сэр, – прошептал шотландец.

– Очень хорошо, Йен.

Вода тихо плескалась у бортов, кильватерная струя терялась в густом тумане. Фрегат готов. Пушки готовы. Вся команда готова неожиданно атаковать пиратов. Этой ночью Ирландец заплатит за измену.