Наследница царицы Савской - Индия Эдхилл

Я хотела больше узнать об этой гостье из далекой страны, о незнакомке, решившейся на такое путешествие. «Как может женщина править самостоятельно? И, если она действительно правит, как ей хватило смелости оставить царство, чтобы уехать надолго в такую даль? И зачем?» Все соглашения и торговые дела обсуждали через посланцев, а трон оставлять ни в коем случае не следовало. Иначе правитель мог, вернувшись, обнаружить, что его место успели занять. То есть ее место.

Но я знала, что не найду у отцовских жен ответа на свой вопрос. Следовало подождать прибытия царицы Савской и самостоятельно разгадать ее секреты.

Билкис

Пока они ехали на север из лагеря, разбитого под стенами Ецион-Гевера, Билкис тайком наблюдала за царем Соломоном, изучая его, словно драгоценный камень, за который она торговалась. «Нет, скорее это можно сравнить с выгодным договором, который я должна внимательно прочитать. Понять все условия, чтобы не обмануться улыбками и красивыми словами».

Одну вещь она уже успела заметить: эти мужчины смотрели на нее и на ее женщин восхищенно и в то же время злобно. Гремучая смесь, с которой следовало обращаться осторожно. Царь – тот вел себя достаточно вежливо. По крайней мере, изображал терпимость, но его приближенные проявляли меньше такта. «А командир его стражи не сводит глаз с моих амазонок и никогда не улыбается». Такие мужчины бывают опасны…

– Что сковывает вольный полет мыслей царицы? – Вопрос Соломона вернул ее к реальности.

Она посмотрела на царя и увидела, что он пытается понять, в каком она настроении.

«А это не так просто, ведь на мне покрывало». Под защищавшей ее лицо тканью она улыбнулась.

– Я думаю о стране царя и о его народе. Они очень отличаются от моих. Мне не терпится узнать их.

– А мне – твои. – Поколебавшись, он добавил: – А также истинную причину того, что ты оказалась так далеко от своего царства и трона. Видимо, дело очень серьезное, раз ты так рискуешь собой и короной.

Билкис ответила не сразу. Они ехали бок о бок, не говоря о своих скрытых желаниях, и молчание защищало их. Когда они поднялись на вершину холма, царица увидела в долине внизу широкую реку, которая неспешно несла свои воды на юг. По цвету воды и скорости течения было ясно, что река неглубокая, но в этой земле золотистой пыли и красных, словно розы, камней поток сиял, как изысканная бирюза.

– Иордан, – сказал царь, – самая полноводная наша река.

Царь иронично описал мелководный поток, и Билкис это оценила. Оценила она и его терпение – ведь он ждал, не повторяя вопроса. Он давал ей возможность самой решить, отвечать ли и когда именно. Пока лошади спускались с холма, она приняла решение открыть царю Соломону правду – пока лишь часть ее. «Я посмотрю, как он воспримет начало, прежде чем преподносить ему все».

– Я прибыла по воле богини.

Соломон взглянул на нее с любопытством:

– Твоя богиня говорит с тобой?

– Иногда. А твой Бог – говорит ли он с тобой?

Теперь настал его черед замолчать. Соломон словно бы взвешивал свои слова и наконец ответил:

– Однажды говорил. А как с тобой говорит богиня? Она посылает сны? Видения?

Билкис пожала плечами. Темное покрывало, окутывавшее ее тело, собралось мягкими складками, словно подхваченное летним ветерком.

– Она делает так, чтобы я поняла ее, если мне хватает разума внимать ей.

– Твоя богиня… – Он осекся.

– Ее зовут Аллат, Солнце наших дней, Матерь Савского царства, – ответила она на его невысказанный вопрос.

– Твоя богиня Аллат велела тебе отправиться на север, ко мне?

– Она велела отправиться на поиски на север. И найти тебя. – Она искоса посмотрела на него и снова пожала плечами – и снова тихо зашуршали ее одежды. – Благодарю, что дал нам корабли для этого плавания.

– Щедрость – это добродетель. Какую же награду обещала тебе богиня? Наверное, очень высокую, раз ты проделала этот далекий путь так быстро.

– Награду, которая стоит того, чтобы отправиться на край света и обратно. А тебе, Соломон? Что твой Бог обещал, когда говорил с тобой?

Казалось, он снова задумался, тщательно подбирая слова, и наконец сказал лишь:

– То, о чем я попросил. – Помолчав еще, царь добавил: – Нужно хорошо обдумывать свои просьбы, обращаясь к богам.

«Да, ведь она – или он – могут их выполнить, а боги думают не как люди. Мы стали слишком серьезны», – тихо и мягко рассмеялась она про себя. Складки покрывала приглушали звук.

– Воистину так – и хватит на сегодня истин. – Билкис тряхнула головой, и золотые звездочки, вшитые в ее покрывало, засияли и засверкали. – Царь Израиля спрашивал царицу Савскую, и она отвечала, а потом спрашивала его, и он тоже отвечал. А теперь задай мне еще вопрос, какой угодно. Что мужчина Соломон хотел бы узнать о женщине Билкис?

– Почему ты прячешь лицо и тело под украшениями и покрывалами, а ездишь на лошади, как…

– Как мужчина? Я еду на лошади, потому что это дает свободу. Можно передвигаться, ни от кого не завися. Что же касается покрывала, – она повернула голову и встретилась с ним взглядом, – я ношу его, чтобы защитить лицо от солнца. Его поцелуи слишком горячие и страстные. Нравится ли тебе мой ответ, царь Соломон?

Не успел он ответить, как она сжала ногами бока Шамса – и жеребец бросился в сторону.

– Я должна пустить его галопом, иначе он не даст мне покоя.

И всадница поспешила вперед, по дороге, ведущей на север.

В Иерусалим.

Песнь Ваалит

В пути мой заботливый и предусмотрительный отец каждый день отправлял гонцов, сообщая своим приближенным о том, где находится. Кроме того, он присылал распоряжения о том, как следует поселить и приветствовать царицу Савскую и ее свиту. Гостье отвели Малый дворец. В этом крыле дома когда-то находились царские покои, а теперь там было тихо и безлюдно. Эти помещения, слишком старомодные, чтобы жены Соломона осчастливили их своим присутствием, почти не использовались.

Теперь все изменилось, ведь отец приказал отправить в Малый дворец мастеров, дав им задание обновить отделку стен и оживить роспись, подрисовав ее яркими красками. И Малый дворец родился заново, чтобы стать пристанищем для чужеземной царицы и ее необычной свиты.

Сплетни прибывали в Иерусалим быстрее, чем самые усердные царские скороходы, и все в городе, от дочери фараона до последнего уличного попрошайки, знали, что свита царицы Савской превосходит всякое воображение и нет во всем мире ничего более удивительного.

«Женщины охраняют Савскую царицу. Знаменитые девы-воительницы, ненавидящие мужчин, поклявшиеся хранить целомудрие и служить луне. Ее холят и лелеют евнухи – царевичи, отказавшиеся от своей мужской природы, чтобы прислуживать ей.

Она разговаривает со зверями и птицами. Стоит ей захотеть, и она может превратиться в змею.