Знатная плутовка - Ширли Басби

Кристофер направился в номер к своим дамам, желая в праздной беседе снять накопившееся напряжение. Однако миссис Иглстон не дала ему такой возможности.

– Послушай, Кристофер, мы находимся в Лондоне уже больше недели, и мне кажется неприличным до сих пор не поставить твою семью в известность о нашем приезде.

Кристофер недовольно поморщился, однако не мог не признать, что миссис Иглстон права. Немного поколебавшись, он ответил:

– Пожалуй, сегодня вечером я загляну на Кевендиш-сквер. Если никого не застану, то по крайней мере оставлю свою визитную карточку.

У Николь был свой вопрос. Правда, как и Кристофер, она не торопилась получить на него ответ, но тем не менее решилась его задать:

– Мои тетя и дядя знают, что я вернулась? Вы им написали, или мне это сделать самой?

Как и любой мужчина, оказавшись перед лицом двух женщин, задающих вопросы, на которые не хотелось бы отвечать, Кристофер вспылил:

– Дьявол! Ни черта я не писал! Я не знал, что ты так жаждешь припасть к их груди!

Николь насупилась, собираясь ответить в том же тоне. Но тут вмешалась миссис Иглстон, поспешившая взять на себя роль миротворца:

– Николь, конечно же, совсем не это имела в виду. А тебе, Кристофер, следует выбирать выражения в разговоре с дамами.

Он с трудом взял себя в руки и процедил сквозь зубы:

– Прошу меня извинить. Я постараюсь выполнить ваши пожелания.

С этими словами он холодно поклонился и вышел.

– « Ну и ну! – развела руками миссис Иглстон. – Ума не приложу, что случилось с Кристофером! Он никогда себе такого не позволял.

. Вы и вообразить не можете, что он себе позволял, подумала Николь. Но вслух лишь сказала:

– Может быть, ему нездоровится. Или визит к мистеру Барингу не оправдал его ожиданий. Мало ли что…

– П-пожалуй, – неуверенно протянула миссис Иглстон. – Хотя мне кажется, что его недовольство вызвано какими-то более серьезными причинами.

Она была права. Кристофер оказался в таком положении, когда вынужден был предпринять ряд шагов вопреки своей воле. Угораздило же его иметь дело с этой Николь Эшфорд, с ее мамочкой – подлой и развратной Аннабель, с дядюшкой Робертом да еще и с Джесоном Саважем в придачу!

Несколько часов он провел в своем номере, сочиняя письмо к Маркхэмам. В итоге его работы весь пол оказался устлан изорванными листами бумаги.

В конце концов он решил, что не станет писать ее родственникам, по крайней мере сейчас. Какие на то причины – это его личное дело! И никого это не касается, Николь в том числе!

Он, однако, отдавал себе отчет, что длительное проживание девушки рядом с молодым неженатым мужчиной выглядит неприлично, даже под надзором миссис Иглстон. Связаться с Маркхэмами следовало немедленно по прибытии. Но как и в случае со своими родственниками, Кристофер тянул время. Эти проблемы были взаимосвязаны. Восстановление Николь в правах могло оказаться непростым делом, которое ему одному не осилить. Но его дед – лорд, барон, и его вмешательство могло бы устранить все затруднения. Устранить непрошеных опекунов было вполне возможно. Но Кристофер невольно задавался вопросом: кто же тогда займет их место?

Идеальной фигурой выступил бы муж Николь. А почему бы ему самому… Нет, только не это! Их отношения натянуты и враждебны во всем, за исключением того необъяснимого влечения тел, которое толкает их друг к другу. Впрочем, это пройдет.

После долгих мучительных размышлений Кристофер принял единственное решение – деда следует увидеть немедленно!

Он вызвал Хиггинса и с его помощью тщательно нарядился. Потом оглядел себя в зеркале и с грустью подумал: какой элегантный молодой человек! Такого внука не постыдился бы ни один лорд! Но не явится ли лорд Саксон исключением?

К особняку на Кевендиш-сквер он подошел терзаемый противоречивыми чувствами. Ни деда, ни Роберта он не боялся, но все равно чувствовал себя неуверенно. Саймон может просто не пустить его на порог, а Роберт не упустит возможности объявить его дезертиром.

На стук в дверь вышел слуга, который почтительно принял из рук Кристофера его визитную карточку. Стараясь казаться невозмутимым, Кристофер произнес:

– Если лорд Саксон дома, я хотел бы увидеться с ним прямо сейчас. По личному делу.

Слуга бросил взгляд на его карточку. При этом выражение его лица не изменилось, но в глазах сверкнул неподдельный интерес.

– Пожалуйста, подождите, сэр. Я узнаю, сможет ли лорд Саксон вас принять.

С этими словами он скрылся. Не прошло и двух минут, как до Кристофера донеслись звуки с детства знакомого голоса:

– Безмозглый осел! Как ты смеешь держать его на пороге, словно какого-то нищего! Мой внук вернулся домой. Немедленно впустить его!

Двери распахнулись, и старый лорд Саксон почти выбежал навстречу Кристоферу. Со стороны их сходство просто бросалось в глаза. Несмотря на преклонный возраст, Саймон был бодрым и крепким мужчиной, хотя волосы с годами поредели, а лицо испещрили морщины. Так, наверное, будет выглядеть Кристофер лет через сорок. Для Саймона это была не просто нежданная встреча с внуком, а как будто встреча со своей молодостью.

– Долго же ты искал дорогу домой! – улыбнулся старик.

Кристофер позволил себе улыбнуться в ответ:

– Я слышал, что вы были нездоровы, сэр, и ожидал увидеть вас сильно изменившимся. Счастлив видеть вас в добром здравии.

Старик нахмурился, хотя напускная суровость и не могла скрыть охватившей его радости.

– Паршивец! Как ты смел скрыться, не оставив о себе никаких вестей? Ты меня чуть в гроб не вогнал! А теперь еще имеешь наглость справляться о моем здоровье!

Обернувшись к слуге, он прикрикнул:

– Что ты стоишь, как истукан? Быстро приготовить комнаты для моего внука! – Потом огляделся и недоуменно спросил:

– А где твой багаж? Не хочешь же ты сказать, что путешествовал вот так, налегке?

Полусуровая-полурадушная манера старика не была Кристоферу в диковинку, и он спокойно ответил:

– Я остановился в отеле «Грильонз». И прежде чем вы будете отдавать дальнейшие распоряжения, должен предупредить, что я не один.

– Так ты женился? Отлично, мой мальчик! Конечно, если она хорошая женщина. Ты же знаешь: в этом доме не бывает ничего второсортного. Впрочем, что мы стоим? Пойдем в кабинет!

Оставшись одни, они долго молчали, глядя друг на друга. Кристофер вдруг почувствовал себя виноватым. Он понял, что все эти годы дед терзался мыслями о его судьбе. А ведь прошло долгих пятнадцать лет!

Саймон тоже не находил слов. Жестокие удары судьбы едва не сломили его, и он уже почти отчаялся когда-нибудь снова увидеть своего внука. Но теперь, слава Всевышнему, мальчик, живой и здоровый, сидит перед ним! Наконец он заговорил: