Двойные стандарты - Джудит Макнот

– Слава богу, что вы вернулись! – воскликнула Мэри вечером в среду, когда в офис торопливо вошел Ник в сопровождении Джима и Эрики. – С вами немедленно хочет поговорить Майк Уолш. Говорит, дело в высшей степени срочное.

– Пусть поднимется, – распорядился Ник, сбрасывая пиджак с плеч. – А потом зайдите к нам – выпьем по бокалу шампанского. Я собираюсь свозить Лорен в Лас-Вегас, где мы поженимся. Самолет уже заправляется и проходит предполетную проверку.

– А Лорен об этом знает? – хмурясь, спросила Мэри. – Она внизу, в кабинете Джима, по горло в работе.

– Я сумею убедить ее в мудрости своего решения.

– Когда самолет наберет высоту, ей не останется ничего другого, – с понимающей улыбкой заметила Эрика.

– Вот именно. – Ник улыбнулся – настроение у него было превосходное. Он так скучал по Лорен, что звонил ей раза по три каждый день, точно одержимый любовью юнец. – Будьте, как дома, – бросил он через плечо Джиму и Эрике, после чего бросился к шкафу, где держал запас одежды, и вытащил свежую рубашку.

Через пять минут свежевыбритый Ник вышел из ванной комнаты. Возле дивана, на котором сидели Джим и Эрика, уже стояли Майк Уолш и круглолицый молодой человек.

– Что стряслось, Майк? – спросил Ник. Подойдя к бару, он вытащил бутылку шампанского и теперь стоял спиной к присутствующим.

– У нас утечка информации по делу Росси, – осторожно начал главный юрист корпорации.

– Правильно. И я вам об этом говорил.

– Те люди в Казано, которые шныряли вокруг Росси… это были люди Уитворта.

Руки Ника, снимающие проволоку с пластиковой пробки бутылки с шампанским, на краткий миг прекратили работу. Только это выдавало, как напрягся Ник при упоминании имени Уитворта.

– Выкладывайте, – спокойно сказал он.

– Стало ясно, – снова заговорил Уолш, – что среди наших сотрудников числится некая женщина, которая, похоже, передает информацию Уитворту. Я распорядился, чтобы Руди прослушивал ее телефонные звонки здесь, в офисе, и вообще не спускал с нее глаз.

Ник достал бокалы для шампанского; поставил их на стол. Он думал только о Лорен. Вспоминал ее улыбку, ее прекрасное лицо. Сегодня ночью они станут мужем и женой, и отныне лишь ему будет принадлежать право обнимать, любить, целовать и ласкать эту красавицу…

– Я слушаю, – солгал он. – Продолжайте.

– Вчера ее сфотографировали в тот момент, когда она передавала Уитворту копии наших заявок на предстоящие торги. В нашем распоряжении есть копии документов, которые она ему вручила – они будут нашим доказательством в суде.

– Сукин сын! – Ник с трудом сдержал ярость. Нельзя, чтобы ненависть к Филиппу Уитворту испортила ему праздничное настроение! Ведь сегодня ночь его свадьбы. – Джим, – холодно начал Ник. – Я сделаю то, что следовало сделать пять лет назад. Я прихлопну его бизнес. Отныне «Синко» будет подавать заявки на все контракты, на которые претендует он, и ты будешь ставить цены ниже наших обычных. Ясно? Я хочу, чтобы этот мерзавец разорился.

Джим пробормотал что-то в знак согласия, и Майк продолжал:

– Мы можем получить ордер на арест этой молодой женщины. Я уже обсудил дело с судьей Спатом. Он готов действовать – лишь одно ваше слово.

– Но кто она? – спросил Джим, в то время как Ник, казалось, был сосредоточен исключительно на том, чтобы разлить шампанское по бокалам.

– Любовница Уитворта! – радостно воскликнул Руди, едва не лопаясь от гордости. – Я проверил ее лично. Дамочка живет, как королева, в прекрасной квартире в Блумфилд-хиллз, которую оплачивает Уитворт. Одевается, как модель, а еще…

Ужасное предчувствие сжало сердце Ника мертвой хваткой. В мозгу билась догадка, переходя в леденящую уверенность. Вопрос уже был готов сорваться с его языка, но прежде ему пришлось ухватиться за стойку бара, чтобы устоять на пошатнувшихся ногах. По-прежнему стоя спиной к присутствующим, он шепотом спросил:

– Кто она?

– Лорен Дэннер, – ответил юрист, прервав словесный поток, который был готов обрушить на них охваченный энтузиазмом Руди. – Ник, я знаю, что она работала на вас лично, и что это та самая девушка, которая в тот вечер буквально бросилась нам под ноги. Вокруг ее ареста поднимется шум, и это решительно отобьет желание шпионить у кого бы то ни было. Однако я хотел сначала поговорить с вами… прежде, чем предъявлять ей обвинение. Нужно ли мне…