Путь на эшафот - Виктория Холт

– Я видела ужасный сон…

– Сны – это чепуха, дорогая.

Но она не позволила ему уклониться от разговора. Она заставила его обнять ее и поклясться ей в вечной любви.

– Если ты разлюбишь меня, – сказала она ему, – я умру. Он стал ее успокаивать, нежно целуя.

– Я тоже не смогу жить без тебя.

– Тебе ничто не угрожает.

– И тебе ничто не угрожает, дорогая, раз я здесь и забочусь о тебе.

– Многим не нравится, что ты любишь меня. Они завидуют мне, хотят меня уничтожить.

И она рассказала ему о книге.

– Негодяй, напечатавший ее, будет повешен, дорогая. А голову его мы выставим на Лондонском мосту. Люди будут знать, что ждет тех, кто хочет напугать мою душечку.

– Ты только говоришь так. А на деле покровительствуешь тем, кто меня ненавидит.

– Я не покровительствую никому из тех, кто тебя ненавидит. И никогда не буду покровительствовать!

– Я знаю одного такого, кому ты покровительствуешь.

– О, дорогая, он старый, больной человек. И он не желает тебе ничего плохого.

– Не желает? – воскликнула она. – А разве он все время не боролся против нас? Разве не клеветал на нас во время своих бесед с Папой? Я знаю людей, которые могут подтвердить, что он вел себя именно так!

Она дрожала в его объятиях, так как чувствовала, что он не хочет затрагивать эту тему.

– Я боюсь за нас обоих, – говорила она. – Я не могу не бояться и за тебя тоже! Я много слышала о нем, о его злобе! А ведь я люблю тебя! Этот его венецианский доктор, который был у меня…

– Что? – воскликнул король.

– Больше я ничего не скажу. Ты так уважаешь его, что несмотря на то, что он меня ненавидит, ничего ему не сделаешь. Сейчас он в Йорке, ты говоришь. Ну и пусть живет там, пусть отдыхает! Ты изгнал его из Вестминстера, этого достаточно! Пусть он в Йорке продолжает интриговать, настраивать против меня людей! Ведь он для тебя важнее, чем я!

– Анна, Анна, ты не понимаешь, что говоришь. Кто может быть для меня важнее, чем ты?

– Твой бывший канцлер, милорд кардинал Уолси! – ответила она ему. Ее охватило лихорадочное волнение. Она говорила ему бессвязно о своей любви и преданности, и это его тронуло. Его нежность к ней вылилась в такую сильную страсть, какой он не испытывал никогда. Он хотел сделать для нее все, что она просила, чтобы доказать свою любовь, чтобы она всегда любила его так страстно, как в тот момент.

Он сказал:

– Любовь моя, речи твои безумны.

– Да, мои слова безумны! Только твой любимый друг кардинал говорит разумные вещи. Думаю, мне не стоит здесь оставаться. Я должна уехать. Я потеряла здесь то, что было для меня дороже всего – мою девственность, мою честь. Я покидаю тебя. Это наша последняя ночь, которую я провожу в твоих объятиях. Я вижу, что все потеряла, и ты не можешь меня любить.

Генрих всегда приходил в ужас, когда она говорила ему, что хочет его оставить. Прежде чем он подарил ей этот дом в Саффолке, она часто уезжала от него в Хивер. И он подумал, что не вынесет, если потеряет ее. Он готов был отдать ей Уолси, если такой ценой можно удержать ее возле себя.

– Неужели ты думаешь, Анна, что я позволю тебе бросить меня?

Она тихонько засмеялась.

– Ты можешь заставить меня остаться! Можешь заставить делить с тобой постель! – Она снова засмеялась. – Ты большой и сильный. А я слабая. Ты король, а я всего лишь бедная женщина, которая полюбила тебя и отдала тебе свою честь и девственность. Да, конечно, ты можешь заставить меня остаться. Но имей в виду, ты будешь обладать только моим телом, моя любовь к тебе, хотя из-за нее я все потеряла, угаснет.

– Не говори так. Я никогда раньше не знал такого счастья. Твоя девственность! Твоя честь! Ты говоришь глупости, любимая! Разве ты не моя королева?

– Ты уже много лет говоришь мне об этом. Я устала ждать. Ты окружил себя людьми, которые скорее мешают тебе, чем помогают, осуществить это. И одним из таких людей является кардинал. У меня есть доказательства этому.

– Какие доказательства? – спросил король.

– Разве я не говорила тебе о докторе? Он сказал мне, что Уолси написал Папе, прося его отлучить тебя от церкви, если ты не прогонишь меня и не вернешься к Катарине.

– Боже мой! А я этому не поверил!

Она обняла его одной рукой за шею, другой погладила по голове.

– Дорогой, встреться с доктором, поговори с ним сам…

– Я так и сделаю! – успокоил он ее.

После этого она заснула и спала довольно спокойно. Но утром ее страхи вернулись. Когда доктор подтвердил вероломное поведение Уолси, когда ее кузен Фрэнсис Брайан принес ей бумаги, доказывавшие, что Уолси связывался с Папой и просил его задержать развод, когда она принесла эти бумаги королю и увидела, как на висках у него надуваются вены от гнева, она все еще не могла успокоиться. Она знала, как мягок король по отношению к этому человеку, она вспомнила, что Генрих, когда кардинал лежал больной в Эшере, послал к нему Баттса, своего врача, которого посылал к ней в Хивер, что постоянно справлялся о здоровье кардинала, и когда Баттс сказал ему, что Уолси может умереть, если король не проявит к нему благосклонность, послал кардиналу свое кольцо с рубином. Тогда он унизил ее. Он попросил, чтобы она тоже послала ему что-нибудь в знак признательности и любви. Король любил этого человека и не хотел его гибели.

Но она не могла позволить, чтобы ее враг остался живым. И в этом ее поддерживали многие благородные подданные короля во главе с герцогами Норфолком и Саффолком, а они были очень решительными людьми. Джордж тоже беседовал с ней.

– Нам не будет жизни, пока Уолси жив, Анна, – говорил он ей. – Потому что он наш самый злейший враг!

А она полностью доверяла Джорджу. Еще Джордж говорил:

– Ты можешь это сделать, Анна. Ты можешь повлиять на короля, можешь заставить его. Знай, будь у Уолси власть, он бы без колебаний уничтожил тебя.

– Я это знаю, – ответила она и погрустнела. – Джордж, как было бы хорошо, если бы мы могли вернуться домой и спокойно там жить, никого не ненавидя!

– Я не хочу спокойно жить, сестрица, – сказал Джордж. – И ты тоже не хочешь. Подумай. Сможешь ли ты сейчас вернуться к прошлому?

Она подумала и решила, что не сможет. Брат прав.

– Ты должна стать королевой Англии, Анна. У тебя есть для этого все необходимые качества.

– Я это понимаю, но как бы мне хотелось, чтобы из моей жизни исчезла ненависть!

Но она продолжала ненавидеть. Это был бой между ней и Уолси, и она решила этот бой выиграть. Норфолк выжидал, Саффолк тоже. Они ждали удобного момента.