Фанзолушка - Эшли Постон

– Типа того. Папин и мамин, смесь. Но это неважно. Здесь все так здорово! – Я чуть медлю с ответом и направляюсь к выходу на территорию конвента. – Все в точности так, как мечтал папа.

– Папа? – девочка задумывается.

– Он основал «ЭкселсиКон», – поясняю я. – Ну, один из основателей.

– Подожди, ты дочка Робина Виттимера?

Я киваю.

– Да. Кстати, ему бы понравился твой наряд. Он потрясающий. Выглядишь совсем как Амара.

– Спасибо, но… – Она скользит взглядом по всей длине моего платья, подмечает порванную униформу и сломанную крылатую звезду, отсутствие короны, а потом, к моему изумлению, снимает свою корону.

– Вот, так-то лучше. – И надевает ее на меня.

– Что? Я не могу это принять! – Я осторожно ощупываю корону.

Она поднимает руку.

– Не отказывайся. Я каждый год приезжаю на этот конвент. Обожаю его. Воспринимай это как благодарность.

В зеркале за своей копной волос я вижу, как светлеет лицо Сейдж. Я жду, что сейчас она скажет, что корона разрушает весь образ, но вместо этого она победно щелкает пальцами и кричит:

– То что надо!

– Что надо?

Она выуживает из сумки большую упаковку ватных дисков для удаления макияжа.

– Стирай макияж. У меня новая идея.

– Но…

– Ш-ш-ш! Мы и так опаздываем. Соревнование буквально через десять минут, – она поворачивается к нашей новой подруге. – Ты не смогла бы раздобыть нам крылатую звезду? Или золотую перевязь?

– Я могу гораздо больше! – отвечает та и исчезает за дверью.

Я внимательно смотрю на Сейдж.

– Что ты делаешь?

– Ты мне доверяешь?

– Вопрос с подвохом?

– Ты. Мне. Доверяешь? – медленно повторяет она.

– Да, конечно.

А что тут ответишь?

Позади нее распахивается дверь, входит толпа Карминдоров, Амар, Юци и Королей Мглы. Меня окружает невероятное количество героев «Звездной россыпи». Кого-то я узнала по интернету, много новых лиц. Они снимают с себя элементы костюмов и отдают их Сейдж.

До меня доносятся обрывки фраз:

– Если бы не мистер Виттимер…

– Это был первый конвент в моей жизни…

– Впервые в жизни…

– Чувствовал себя на своем месте…

– Спасибо твоему папе.

Моему папе.

Папа.

Чтобы не заплакать, я улыбаюсь косплеерам, передающим частички, детали своих костюмов.

Это все мелочи: перчатки Амары, серьги цвета лакрицы, даже клейкая звездочка под левый глаз – «Потому что в Черной Туманности она сияет ярче всех», – пояснила мне маленькая девочка, подмигнув.

А потом сквозь массу людей протискивается еще одна Амара, с темными волосами и в фиолетовых очках.

Я моргаю и еще раз смотрю в ее сторону. О, святые бэтсоски, только не это.

Это Каллиопа.

Мы зажмуриваемся. Калли не отрываясь смотрит на меня, замерев, будто ее только что выпустили в космос. На ней очень дорогое косплей-платье. Это лучший наряд Принцессы Амары, какой можно купить. Он прекрасно на ней сидит: темно-синее платье со складками, драпировка по вороту, серебристые металлические эполеты, брошь в форме крылатой звезды на груди. Уверена, она не понимает, что все это означает.

Шепот в толпе стихает. Сейдж замирает, не доделав косу. Калли подходит ближе и смотрит на мое платье. То самое, которое собиралась надеть она. И китель, который разорвала Хлоя. У нее в глазах появляются слезы.

– Оно смотрится на тебе намного лучше.

– А где Хлоя? – Голос у меня дрожит.

– В зале. Готовится к эффектному появлению. – Она запинается. – Мне очень жаль, Элль. Я не думала, что Хлоя так далеко зайдет. Она просто очень хочет прославиться. Стать кем-то.

– Она уже кто-то, – рубит Сейдж. – Королева ужасов.

Калли беспомощно смотрит на нее.

– Она не так плоха.

– Именно так, – Сейдж скрещивает руки. – И ты ей не мешаешь.

Калли моргает, трясет головой. Делает глубокий вдох.

– Извини меня, Элль. Похоже, это тоже твои. Они мне жмут. – Она приподнимает платье и снимает сияющие мамины туфли из звездного света. – Кажется, на тебе они будут лучше смотреться.

Я задумчиво снимаю черные балетки, которые одолжила мне Сейдж, и надеваю мамины туфли. В какой-то момент возвращаюсь в гостиную, вальсирую на папиных ногах, а он кружит меня без остановки в мамином платье, сшитом из звездного света, вселенных и любви.

Туфли сели идеально.

– Конкурсант номер 42! – кричит ассистент, заглядывая в уборную.

– Ты следующая! Поторопись! – Сейдж заглядывает мне в глаза. – Готова, Принцесса?

– Кажется, да.

– Отлично.

Она заканчивает оборачивать мои волосы вокруг короны и хлопает в ладоши.

– Иди!

Я последний раз смотрю на Калли, она слегка машет мне рукой, и ассистент уводит меня. Я уворачиваюсь от длинноухих Рыцарей Мглы и даже не успеваю взглянуть в зеркало, чтобы посмотреть, что Сейдж и другие косплееры сотворили со мной. Я знаю только, что она распутала мне волосы и завернула их вокруг короны и на мне частички чужих костюмов, а блеск на накрахмаленных фалдах кителя похож на звездную пыль. Меня ведут вниз по коридору, а вокруг вертится вселенная. Чувствую, что на мне почти нет косметики, слишком мало макияжа. Слишком много меня. А я не могу быть Принцессой Амарой.

Мы проходим мимо конкурсантов, которые только что выступили, они оборачиваются на меня со странными, задумчивыми взглядами. Я задаюсь вопросом, все ли в порядке, но ассистент просто тащит меня вперед, и вот мы у выхода на сцену. Ведущий оглашает: «Конкурсант 42 – Принцесса Амара Федерации Черной Туманности!»

– Вперед, – шепчет ассистент и слегка меня подталкивает.

Ноги приходят в движение. Один шаг, второй.

Стук мамины туфелек из звездного света эхом разносится по сцене, как звон стекла по земле.

«Улыбайся, Элль. – Слышу я папин голос. – Смотри на звезды. Целься…»

Кулаки сжимаются, плечи расправляются, я расслабляюсь. Я наполовину мой отец. Наполовину мой герой. А наполовину моя мама. Наполовину мягкие вздохи, наполовину острые углы. Если они могли быть Карминдором и Амарой, значит, где-то в крови и костях я тоже смогу. Я потерянная принцесса. Я злодей собственной истории, и я же герой. Частично мама, частично папа. Факт вселенной. Возможной и невозможной.

Я не никто.

Я дочь моих родителей. Внезапно приходит понимание, что в этой вселенной они тоже живы. Они живы через меня. Я складываю руки пистолетом, целясь в потолок, поднимаю голову, смотрю на ослепительные прожекторы и воспламеняю звезды.