Рай для бунтарки - Джоанна Линдсей

– Почему ты отказываешься от этого кейки? Хочешь обмануть тетушку Акелу?

Тот недоверчиво смотрел на нее.

– О чем ты говоришь, черт возьми?

Коринн ущипнула служанку, чтобы та быстрее пришла в себя.

– В самом деле, мистер Буркетт! – обиженно заговорила Флоренс. – Эти выдумки даже обижают меня. – И наклонилась, чтобы забрать Майкла у толстухи.

Акела вскочила. Теперь она смотрела на Флоренс сверху вниз.

– Почему ты говоришь, что этот кейки твой?

Флоренс задохнулась.

– Потому что он – мой! Отдайте его мне сейчас же.

– Тетушка, отдай ребенка, – холодно приказал Джаред. – Я не знаю, что тебе пришло в голову, но ты не права.

– Нет! Это ты не прав! – Она пронзила его взглядом черных глаз, а потом, словно обвиняя в чем-то, ткнула пальцем в сторону Коринн. – Вот это мать ребенка, а не та, другая!

Джаред повернулся к ней. Ее гипнотизировал его подозрительный взгляд. Лицо у него превратилось в маску гнева. Внутри нее все закипело при мысли, что он мог поверить этой старухе.

– Не смей так смотреть на меня, – оскорбленно заявила она.

– Коринн, если…

– Это нелепо! – оборвала она его, потом понизила голос. – Если ты немного подумаешь, Джаред, сам поймешь, насколько это глупо. Этот малыш старше, чтобы быть твоим. Если бы у меня был ребенок, я не смогла бы отказаться от него. Мне хотелось бы, чтобы Майкл был моим. Я помогаю Флоренс ухаживать за ним и с каждым днем привязываюсь к нему все больше.

Вздохнув, Джаред провел рукой по волосам.

– Она права, тетушка. Ребенок не может быть моим. Мы поженились год назад, завтра как раз исполнится год. – Коринн тихо ахнула, и это привлекло его внимание. – Ты забыла, да?

Она застыла. Потом все-таки ответила:

– А зачем вспоминать? – Передернула плечами. – С этим днем не связано никаких приятных воспоминаний.

Джаред почувствовал, как в нем крепнет гнев. Неужели она действительно забыла их свадебную ночь, ночь, которая до сих пор преследует его в снах?

Он заметил, как все с удивлением воззрились на него. Его гнев настолько очевиден? Нужно взять себя в руки. Раньше он никогда не позволял себе проявлять свои чувства на людях.

Что с ним происходит?

– Идите в дом, – сказал Джаред, обращаясь ко всем сразу. Потом пошел к коляске – ее еще надо было разгрузить, а затем заняться лошадями.

Тем временем Акела повела женщин в дом, забрав лампу с веранды. Дом стоял темный и тихий. Акела освещала дорогу. Сначала они прошли через просторную гостиную в центре дома. Здесь стояли мягкие диваны, столы из сандалового дерева, пальмы в горшках и пианино, которое главенствовало надо всем. Проходы в стене по обеим сторонам инструмента были прикрыты шторами из бисера. Акела провела их через тот, что был справа. За проходом оказался узкий коридор, который заканчивался тремя дверями.

– Ты спишь здесь, – сказала она Флоренс шепотом, открывая среднюю дверь.

Затем вошла в комнату и зажгла лампу на высоком бюро. Комната была небольшая, необычно длинная и узкая, но выглядела уютной. Здесь стояла кровать, а также стул и письменный столик, приткнувшийся к стене. Пол покрывала плетеная циновка. Еще имелся огромный гардероб. В конце комнаты находилась дверь в отдельную ванную.

– Очень мило, – заметила Флоренс.

– Тшш, – одернула ее Акела. – В соседней комнате спит Малия. Не разбуди ее, иначе жди беды.

– Хорошо, буду тиха, насколько получится, – пообещала Флоренс, но Акела уже вышла в коридор и махнула Коринн следовать за ней.

– Не нравится мне эта женщина, – шепнула Коринн, наклоняясь к Майклу, чтобы поцеловать его на ночь.

– Она слишком проницательна, если хочешь знать мое мнение, – согласилась с ней Флоренс. – А сейчас иди. С нами все будет в порядке.

Коринн вышла из комнаты и увидела, что Акела нетерпеливо ждет ее в конце коридора. Она прошла за ней в намного большую по размерам спальню в передней части дома. Засветив лампу под фарфоровым абажуром на прикроватном столике, Акела направилась к двери.

– Кто такая Малия? – спросила Коринн, но толстуха оставила вопрос без внимания.

Остановившись у двери, огромная женщина задумчиво посмотрела на Коринн.

– Я знаю, ты соврала насчет кейки. Но мы все равно с тобой подружимся, потому что ты подарила моему Иалеке сына. А сын – это очень хорошо. Однажды он узнает об этом и будет счастлив.

Коринн быстро нашлась и негодующе заявила:

– Майкл – не мой ребенок!

Но Акела уже закрыла за собой дверь. Коринн взволнованно зашагала из угла в угол. Эта женщина может погубить все, если и дальше будет настаивать на своем.

Когда Акела вернулась с горячей водой для ванны, Коринн сделала вид, что не замечает ее. Она с интересом оглядывала новое жилище, которое теперь будет ее, отметив, что в длину комната такая же, как у Флоренс, но намного шире. Посередине левой стены стояла огромная кровать на деревянных столбцах, накрытая стеганым покрывалом из розового шелка. По обеим сторонам входной двери стояли шкафы. В противоположной стене была еще одна дверь, которая вела в ванную. Справа от нее находилось окно, перед ним стояло мягкое кресло с подставкой для ног. Кресло было обито зеленой парчой с серебряным рисунком. Имелись еще два окна с розовыми кружевными занавесями, которые выходили на цветник перед домом. Между окнами устроилась кушетка и старомодный кофейный столик из красного дерева.

Коринн подошла к комоду возле кровати и увидела на нем портреты в серебряных рамках. Их было два. На одном были изображены мужчина и женщина, на втором – шаловливо улыбавшаяся девочка с длинными черными волосами, собранными в конский хвост. Коринн внимательно рассмотрела первый портрет, решив, что это родители Джареда. Женщина была красива, с шелковистыми черными волосами и серо-голубыми глазами, как у Джареда. Это та самая женщина, в которую был влюблен ее отец?

– Ванна готова, – вдруг объявила Акела, заставив ее вздрогнуть.

Коринн обернулась, чтобы поблагодарить, но толстухи с уложенными в пучок седыми волосами уже и след простыл. Коринн не стала тратить время понапрасну. Горячая ванна… Даже сами слова звучали божественно! Акела добавила в воду чуточку сандала, и теперь над ванной висело облачко аромата. Коринн была ей за это благодарна от всего сердца. И решила, что, в конце концов, поладит с большой гавайской женщиной. Быстро скинув с себя одежду, влезла в просторную ванну, легла на спину и облегченно вздохнула в первый раз за весь день – пусть все ее заботы растают в воздухе, как этот ароматный пар.

Неожиданно в спальне что-то грохнуло. От ее тихого, мирного состояния не осталось и следа. Коринн резко села. Однако никакого шума больше не донеслось. Тогда она сообразила, что это Джаред принес в спальню ее багаж. Снова расслабилась и продолжила наслаждаться ванной. Ей не хотелось вылезать из воды, даже когда та начала остывать. Но к этому времени ее потянуло в сон.