Пробуждение - Алиса Евстигнеева

-Чего ты хочешь? – максимум усилий, чтобы голос не дрожал.

Он дёргает плечом, будто прогоняя в сторону неприятные мысли.  А может быть и не мысли… а какие-то остатки ограничений. Совесть? Ещё бы она у него была в принципе.

-А если я захочу, чтобы ты уехала? Просто взяла и исчезла из нашей жизни?! Если я обозначу это твоей ценой?

Не верю. Не хочу верить. Смотрю на него с сомнением, вдруг послышалось? Но Артём непроницаем. Всё так же холоден и неприступен. Очень хочется переспросить, не шутка ли это. Не переспрашиваю, а он и не разубеждает. Вместо этого всего вдруг наваливается такая безнадёга, что от напряжения даже шею сводить начинает. Нет, ты же так не поступишь со мной? Или поступишь? Да? Нет?

Судорожно сглатываю, с силой прикусывая губу. Вкус металла на языке. Кажется, прокусила. И смотреть на него не могу, потому нет в его лице того, что мне так необходимо. Хоть не улыбается, и на том спасибо.

Надо… надо пересилить себя. Как-то. Что-то сделать. Для начала перестать пускать никому не нужные слёзы.

-Если ты пообещаешь, что… примешь отца. И Аню. Я… - мямлю и шепчу я себе под нос, собирая всё, что есть во мне в кучу, чтобы уж суметь развернуться и уйти.

Но уже в следующий момент меня срывает с места. Причём натурально. Артём сносит меня с ног, в пару шагов впечатывая дверь, правда, относительно аккуратно, потому что затылок вместо того чтобы удариться об твёрдую поверхность двери, ложится прямо в его широкую ладонь. Слабые попытки вырваться, но не позволяет, фиксируя мою голову, даже не руками, а подбородком, прижимаясь им к моему лбу.    

-И что, действительно уедешь?

-Если тебе от этого легче станет! – бью его по плечу, что ему, впрочем, по барабану, всё равно не замечает.

Ещё смешок. И, наконец-то, эмоции. В нём. Моих мне теперь по гроб жизни хватит.

-Открой мне тайну. Вот как можно быть одновременно такой умной и такой дурой?

Порываюсь послать его, но смысл его слов медленно доходит до сознания.

-Что? В каком смысле?

-А в таком. Как можно с твоими мозгами наивно верить во всё, что слышишь?!

Всхлип. Мой. И откуда только взялся?!

-Не издевайся! – дёргаюсь, но он всё равно держит крепко. – Отпусти меня уже! Сам же сказал, чтобы я уезжала.

-Ничего подобного. Я спросил, что будет если…

-Всего лишь игра слов!

-Это только тебе так кажется!

-Тогда… Тогда чего ты, вообще, от меня хочешь?!

-Тебя.

-Иди ты… - по инерции посылаю я его и лишь только потом осознаю услышанное. Приходится задрать голову вверх, его подбородок соскальзывает вниз. Теперь наши лица почти на одном уровне. Глаза в глаза. – В каком смысле меня?

-Во всех, Аська, во всех, - говорит, а сам улыбается так, как только он умеет.

-Артём…

-Нет. Тссссс… - прикладывает палец к моим губам, не давая говорить. И когда я замолкаю, его палец поднимается чуть выше, утирая слёзы, которые всё ещё на моих щеках.

-Я сейчас буду говорить. А ты слушать. Очень внимательно слушать. Если надо, ручку дам, потом запишешь, а то вдруг забудешь. Три правила, всего лишь три правила, чтобы мы с тобой могли быть вместе.

Закашлялась. Судорожно хватая воздух ртом.

-С чего ты решил, что я хочу быть с тобой?!

-Ты же приехала.

-Ради папы!

-Возможно. Но ты всё равно лично приехала. А это что-нибудь, да значит.

-И не надейся!

-ААааа, - театрально стонет он. – Тогда четыре правила! Первое из них – ты перестаёшь, отрицать, что у нас с тобой чувства.

-Что у нас?!

-Чу-вства, - по слогам произносит он, откровенно издеваясь надо мной. – Но мы об этом ещё поговорим. Итак, правила. Ты никогда не лезешь в  мои отношения с отцом…

-Но…

-Ася, блин! Это тебя вообще не касается! Потому что это наши с ним обиды! И наши с ним дела. Ты тут вообще не при чём.

-Как это? – не понимаю.

-Элементарно. Помимо тебя в наших жизнях было просто дохренища всего, что мы не смогли простить друг другу. И мы сами должны с этим разобраться. Потому что, когда ты вмешиваешься, всё только усложняется. Услышала?!

-ДА! – выпаливаю в запале, полностью до конца не осознавая, что он мне втолковывает. Главное, что я слышу слово «разобраться», и оно меня успокаивает.

-Отлично. Во-вторых, ты уходишь от мужа. Сегодня. Сейчас. Сиюминутно. Я чуть с ума не сошёл, когда увидел его полуодетого рядом с тобой.

-А говорил, что не проблема! – колю я в отместку.

-Не проблема. Когда он абстрактный и где-то там, но не рядом с тобой в непосредственной близости. И третье. Ты мне больше не врёшь. Никогда. И не при каких обстоятельствах. Поняла?!

-Нет!

Тяжёлый вздох. Теперь его. И взгляд, весь такой выразительный, под названием: «Ася, ты дура?».

И прежде, чем я успела придумать что-нибудь ещё, Артём берёт меня за лицо, накрывая мои щёки своими ладонями.

-И вообще. Я скучал.

Что-то доселе неизвестное мне трепыхнулось в груди, заставляя от растерянности приоткрыть рот. На самом деле это не так уж и легко, воспринимать его слова в серьёз, и не из-за того, что я не верю в искренность Артёма, а потому что до меня упорно не доходит, что всё взаправду.

Он видит моё замешательство, поэтому не торопится, давая возможность принять и осмыслить то, что сейчас происходит между нами, осторожно поглаживая большими пальцами мои скулы, вынуждая моё сердцебиение то ускорять, то замедлять свой ход.

Смотрит. Очень внимательно и пронзительно, ловя каждое движение, каждый жест. Тёплое дыхание на моих губах, но не целует, хотя очень хочет, вижу же. Моргаю, медленно и заворожённо. Он вгоняет меня в транс, выбивая почву из-под ног, и как реагировать на такого Артёма не ясно.

Слегка растягивает губы, мягко и осторожно, пытаясь сгладить нервозность происходящего.

И я сдаюсь. Безрассудно и опьянённо, срывая все внутренние запреты. Казалось бы, между нами уже и так всё было. Почти. Только не было вот этой беспрецедентной искренности и открытости. Выбор. Он давал мне выбор, возможность решить. На словах он может ставить мне сколько угодно условий и держаться сверх самоуверенно, но сейчас на дне его голубых глаз стояла тревога и томительное ожидание. А может быть даже и мольба. Такая вот немая просьба: «Не отталкивай меня».

Мягко веду головой, он понимает и убирает ладони с моего лица, а я утыкаюсь ему в шею, гася в себе судорожный всхлип. Опять тянет рыдать, но в этот раз от облегчения. Чужие руки обвивают мою спину.

-Почему ты? – спрашиваю шёпотом, скользя губами по его коже и замечая, как у Артёма дрогнул кадык.