Ты моё дыхание - Ева Ночь

Софья

Блин, блин, блин…

Я красная, потная, со спутанными волосами, в дурацких ушках и с пятаком на всё лицо. А Костя стоит и смотрит на меня, улыбается так, как умеет только он. От его улыбки сердце останавливается.

Прекрасно. Леди Свинка ждёт своего рыцаря.

Нет, я не стесняюсь, что играла с малышами. Победили, между прочим. Но чтобы зайчики не расстраивались, объявили боевую ничью, и подарки получили все детишки.

Они бы ещё веселились, но Наталья Алексеевна увела их к более спокойным занятиям, пока родители не заберут.

– На сегодня рабочий день закончился, – смотрит на часы Костя и хмурится. Не сильно, но я вижу, как сходятся его брови.

Да, уже девятый час. Пора расставаться. Я даже не думала, что мне настолько понравится. И не только работа в центре, но и рутина, которая обрушилась на меня как на личного помощника Илоны Александровны.

Многому придётся учиться, но я полна оптимизма. Словно крылья за спиной развернулись. Летать хочется. Энергии – море. И, положа руку на сердце, в «Нашем доме» мне нравилось намного больше, чем в «Голубой лагуне».

Костя меня торопит. Наверное, у него дела, а я задерживаю.

– Ты знаешь, – говорю я ему, – тебе не обязательно тратить время на меня. Я вполне сама могу домой добраться.

У Громова черты лица становятся каменными. Что я такого сказала? Обиделся? Я ведь как лучше хотела.

– Ну, то есть, – пытаюсь оправдаться, – у тебя своих дел полно. А ты со мной возишься.

– Сонь, – поправляет он мне прядь, что выбилась из причёски, и я замираю, как заворожённая. Жест… слишком интимный, что ли. И нет, я не хочу отшатнуться. Даже наоборот. Это всё будоражит, будит какие-то непонятные чувства. Я не знаю, как себя вести, а поэтому стою по стойке смирно, пошелохнуться боюсь, – я всегда делаю только то, что хочу. И раз я здесь, значит у меня есть время и желание тебя встретить и проводить домой. Давай, одевайся, а я тебя подожду на улице.

Я убегаю. Спешу. Понимаю, что Костя всё равно никуда не денется, но мне не хочется заставлять его ждать. Поэтому я буквально вылетаю из кафе и плюхаюсь на переднее сиденье, готовая снова оправдываться. Только силой воли я себя сдерживаю.

Костя смотрит на меня, облокотившись на руль. Взгляд у него тёплый, с искрами смеха, но он не смеётся – только его глаза, что, кажется, обволакивают меня. Я и так запыхалась, пока бежала, а тут и вовсе дыхание сбивается.

И только потом я понимаю: что-то не то. Запах в машине какой-то… странный. Кручу головой, пытаясь понять, в чём дело, и вижу их.

Цветы. Много. Всё заднее сиденье завалено.

– Свадьба или похороны? – срывается с моих губ, и я вдруг понимаю, что бестактная дура.

Громов смеётся так, что уши закладывает.

– Вообще-то, это тебе, – говорит он, когда немного приходит в себя. У него даже слёзы на глазах выступили. Да уж, повеселила. – Нет, ну если ты хочешь, свадьба – запросто. Второй вариант не нравится мне категорически.

– Зачем же так много? – кошусь я на цветы, что свалены кучей. Мне их жаль. И денег, потраченных на цветы, тоже. Это ж сколько всего на них можно было купить?

Я мысленно бью себя «по рукам» и мозгам. Нельзя считать чужие деньги! Это нехорошо!

– Чтобы Островскому нос утереть? – сверкает Костя глазами, и я понимаю: он улыбается, шутит над собой, но вполне серьёзно об этом говорит.

И я делаю то, чего при других обстоятельствах никогда бы не сделала.

– Ты и так давно ему нос утёр, Кость, – глажу я Громова ладонью по щеке. – Ты нас с Вовкой спас. А он… всего лишь извинялся за своё хамство. Поэтому те цветы для меня ничего не значат. Так, красивые растения. А я очень практичная. Выкинуть жалко. Я всегда такая. То ли жадная, то ли домовитая.

Он накрывает мою руку своей. Не даёт убрать.

– Мне очень нравятся домовитые девочки, – говорит он и легко целует меня в нос. – Может, поэтому хочется сделать тебе приятное. Цветы подарить, например. Чтобы ты радовалась. И неплохо, если бы они для тебя что-то значили, Сонь.

У меня внутри революция. Становится жарко. Я чувствую, как грохочет сердце и учащается пульс. Костя уже не первый раз говорит, что я ему нравлюсь. Но я всё же не позволяю себе надеяться. Лучше не обольщаться. Но для той цели, которую я себе поставила, это очень даже хорошо.

Костя отпускает мою руку и заводит мотор.

– Мы с Илоной обсудили мой график. Сделали его гибким. Завтра, например, нужно уйти пораньше. Пятница. Вовку забрать из садика. И выходные у меня будут, как положено. Ты же знаешь: я хочу с Вовкой хотя бы пару дней общаться полноценно.