Официальный любовник - Аля Алая

– Ты остаешься, и свадьбы не будет, Ви, я больше ни разу с ней не увижусь, – Илья удерживает меня за подбородок и смотрит так пристально, что я теряюсь.

– Я не могу, Яр, он…

– Можешь, – Илья затыкает мне рот поцелуем.

От его близости мысли куда-то утекают, и теряется концентрация. Все, чего мне хочется, это почувствовать его как можно ближе, но я все еще пытаюсь сдерживаться.

– Илья, давай поговорим, – отрываюсь от его губ и почти шепчу.

– Я знаю, что вы не живете вместе, Ви. И не ври, что это потому, что ты так по родителям скучаешь.

Опускаю голову и упираюсь Илье в грудь. Все так сложно.

– Это ведь из-за меня, из-за того, что в ресторане произошло? Из-за наших чувств? – он опускает ладони на мою шею и ведет по ней подрагивающими пальцами.

– Да, – отвечаю шепотом.

Больше не хочу и не могу врать. Слишком высокая цена у моего вранья получилась. Надо поговорить с Ильей, с Яром. Рассказать все, что я чувствую. Мы должны найти какой-то выход, который устроит нас всех.

– Я знал, – Илья удовлетворенно улыбается и начинает пальцами вынимать пуговки на моей блузке.

– Подожди, пожалуйста, – отталкиваю его в грудь, но он не двигается ни на миллиметр.

– Мы не будем больше ждать, – голос Ильи становится жестче и он толкает меня к столу в гостиной, опрокидывая грудью на стеклянную поверхность.

Чувствую его сзади, как сильные руки одним движением стаскивают с меня брюки и белье, как моей кожи касается уже возбужденная головка члена. Упираюсь лбом в прохладную поверхность стола, но это не помогает отрезветь. Я так хочу его, прямо сейчас. Мы слишком долго не были вместе и мне необходимо чувствовать Илью везде.

Я не останавливаю его, когда он упирается в меня, раздвигая половые губы, не останавливаю, когда наваливается на меня всей тяжестью своего веса, когда тянет блузку вниз и сжимает грудь руками под лифчиком, перекатывая соски между пальцами, когда шепчет на ухо, как любит меня и одновременно жестко наполняет меня собой. Всхлипываю. Не останавливаю, потому что не могу и не хочу. Илья двигается быстро и мощно, выбивая из головы все мысли. Он шумно дышит и рычит, отчего я завожусь еще сильнее.

– Как же я хотел тебя все это время, смотрел со стороны и подыхал, – его руки снимают с меня блузку и лифчик, наконец, обнажая полностью. Слышу скрип ткани, и как катятся по полу пуговицы. Илья торопится и срывает с себя рубашку. Он прижимается ко мне голой грудью, его горячая кожа обжигает мою спину.

– Любимый, я так люблю тебя, Илья, – говорю как в бреду.

– Громче, повтори, – он поворачивает мое лицо к себе и целует в губы, а ярость его движений нарастает. Внутри все ощущения концентрируются в один большой клубок, который сжимается все сильнее, приближая разрядку.

Все что я могу, это выкрикивать его имя, когда тело начинает бить в спазмах раз за разом. Мышцы сжимают его член внутри, и меня наполняет горячей спермой. Илья кончил вместе со мной и лежит сверху, не выпуская из своих рук. Из меня вырываются шумные выдохи, я все так же прижимаюсь щекой к стеклу и ловлю кайф, оттого что тело получило мощную разрядку. Мне нравится чувствовать Илью, который все еще во мне, все еще придавливает собой.

– Я так скучал, что у меня стоит до сих пор, – он хрипло смеется мне в ухо и переворачивает, – а ты скучала? Скажи? Можешь молчать, как всегда, но твое тело и твои крики говорят больше, чем ты можешь сказать словами, – Илья усмехается и начинает снимать с меня брюки и трусы, которые болтались на ногах.

– Скучала, а ты спал с ней, замуж позвал, – я выплевываю от обиды.

– Это была вынужденная мера, прости Виола, но все, что у меня было, это твоя ревность, видел как тебе больно при одном только упоминании ее имени. И я сыграл на этом. Если бы ты пришла раньше, до свадьбы не дошло бы.

– Сволочь, – цежу сквозь зубы и предпринимаю попытку подняться, но Илья укладывает меня обратно без особых усилий.

– Да, оказалось, что я сволочь. Не подозревал в себе такого раньше, – Илья оттянул зубами нижнюю губу, – ты будишь во мне все самое плохое, что есть.

– Я этого не хотела, – закрываю лицо руками.

– Не переживай, мне нравится. Никогда не чувствовал себя таким живым, как сейчас.

Он подгибает мои колени и смотрит на меня сверху вниз. Сейчас Илья совсем другой, такой уверенный в себе, сильный и жесткий. Не отводя от меня своих карих глаз, он опять входит, размашисто ударяя бедами. Сперма, что была внутри, выливается из меня и растекается по промежности и внутренней стороне бедра липкими ручейками, но его это не останавливает.

Илья перехватывает мои волосы на затылке и оттягивает их назад, открывая мою шею для себя. Его губы скользят по линии подбородка, целуют яремную впадину и чувствительное место за ухом. Потом накрывают мои губы, и язык проникает мне в рот, скользит по зубам и углубляется. Я чувствую его везде, руки Ильи не останавливаются ни на секунду. Гладят ноги, живот, ласкают грудь. Он так соскучился по прикосновениям, что не может упустить ни секунды. И я отвечаю ему тем же.

Еще один оргазм накатывает, и Илья выстреливает мне на живот и грудь, его ладони растирают липкое семя по каждому участку кожи, до которого он дотягивается. Пальцы скользят между моих губ, давая почувствовать на языке его терпкий вкус.

– Вся моя, – Илья сгребает меня со стола и прижимает к себе, пока несет в душ, где мы оба продолжаем прижиматься друг к другу под теплыми струями воды.

– Хочешь поужинать? – он набрасывает мне на плечи халат и в который раз целует.

– Нет, – провожу ладонью по его груди, – Илья, нам все равно надо поговорить.

– Давай, – он берет мою ладонь и легко прикасается губами к пальчикам по очереди.

– Я не могу уйти от Яра, – неловко переминаюсь с ноги на ногу.

Илья шумно вздыхает, но ничего не отвечает. Он затягивает меня в кровать и крепко обнимает.

– Нам нужно поговорить всем втроем, – робко продолжаю я дальше.

– Хорошо, давай утром. Ты созвонишься с Яром, мы встретимся и все обсудим. Сейчас уже совсем поздно.

– Утром, – киваю и даже испытываю облегчение оттого, что тяжелый разговор немного откладывается.

Придется сказать Яру, что я с Ильей переспала. Черт, он должен меня простить.

Не представляю, как это будет, но завтра