Забудь о любви - Анастасия Соловьева

Но если я сдамся, он никогда не уволит Агату. И вот что мне делать? Совсем я не шарю в женских уловках, а Ева наотрез отказалась мне помогать, только предупредила, что ультиматумы ни к чему хорошему не приведут.

— Привет, — робко говорю я, застревая в дверях гостиной.

— Привет, — вторит мне Богдан холодным голосом. Но при этом так жадно и пристально рассматривает меня, что сердце в пропасть летит. Боже, как продержаться ещё хотя бы день? Сила воли почти израсходована.

— Ты сегодня рано, — бормочу я.

— Да, устал немного.

— Много операций было?

— Не только. Готовился к семинару, он на следующей неделе состоится.

— Ясно, — киваю. Разговор совсем не клеится. Я не знаю, что ещё спросить, а Богдан не спешит задавать наводящие вопросы. — Я определилась со свадебным макияжем.

— Рад за тебя.

Из моего рта вырывается саркастический смешок. Мотаю головой и несусь подальше от Богдана, прячусь в спальне, закрыв за собой дверь. Меня трясёт, выворачивает наизнанку, хочется выть раненым зверем. Я наматываю круги по комнате, открываю дверцы шкафа и смотрю на свадебное платье, спрятанное в чехол. Смахиваю слёзы, текущие по щекам.

В спальню заходит Богдан. Резко закрываю шкаф, задираю подбородок и смотрю на серьёзного мужа.

— Не передумала? — спрашивает он будто через силу.

— Нет. Я от своих слов не отказываюсь! — говорю чересчур пафосно, в горле клокочет обида и гнев. — А ты? Не хочешь уволить Агату?

— Этого не будет, Лия. Она ценный сотрудник, после меня она лучший хирург клиники. Это не только моя прихоть, найти замену Агате будет очень тяжело.

— Тяжело, но ведь возможно! — повышаю я голос. Руками всплескиваю, еле контролирую слова. — Ты выдумываешь какие-то глупые отмазки! Так и скажи: не могу расстаться со своей любовницей. Зачем пороть какую-то чушь?

— Ты снова забываешься.

— Может быть. Просто я… — делаю глубокий вдох, затем выдох. Перед глазами мелькают чёрные точки. — Просто я сомневаюсь в нас… Папа сказал, что мы обязательно разведёмся, ты его слова не опроверг… И Агата, она такая идеальная, ну куда мне с ней тягаться? Если бы ты её уволил, я бы почувствовала себя увереннее. Наверное, это звучит, как бред, но так я чувствую, понимаешь?

— Где гарантия, что ты не приревнуешь меня к другой сотруднице? Мне придётся всех девушек увольнять?

— Нет! Дело только в Агате, — я мотаю головой, совсем теряюсь. А если Богдан прав? Так ведь можно ревновать ко всем на свете.

— Дело не в этом, Лия. Доверие либо есть, либо его нет. Я понимаю, что мы знакомы совсем немного, и ты не успела проникнуться ко мне доверием. Но всё поправимо. Давай отбросим в сторону глупые ультиматумы, сбавим градус пафоса и поговорим, как взрослые люди?

Он произносит это таким тоном, что я сразу же вспыхиваю, щёки начинают адски гореть, а по венам бежит раскалённая кровь. Он разговаривает со мной, как с ребёнком! Снова намекает на то, что я маленькая глупая девчонка, ничего не смыслящая в жизни. Да с какого перепугу я должна ему подчиняться?

— Нет! — взмахиваю рукой. — Я от своих слов не отказываюсь. Либо я, либо Агата. Третьего не дано!

— Хорошо, — говорит он чересчур спокойным тоном. Снимает с себя футболку, вместо неё натягивает рубашку, затем берёт телефон со стола и, улыбнувшись иронично, протискивается мимо меня. Обувается в коридоре, а я смотрю на него и слова вымолвить не могу. — Мне что-то душно стало, пойду свежим воздухом подышу. Можешь меня не ждать.

С этими словами он уходит, оставляя меня в полнейшем раздрае. Оседаю на пол, прижимаю ладони к щекам и надрывно всхлипываю. Ева права: ультиматумы ни к чему хорошему не приводят. Я похерила своё счастье. Ревность и упрямство оказались сильнее здравого смысла. Богдан уже второй раз оставляет меня одну.

Я сижу на полу, всхлипывая и вытирая горькие слёзы, но в какой-то момент перестаю себя жалеть, встаю и бросаюсь к шкафу. Если Богдан хочет гулять по ночной столице — да пожалуйста, никто ему не мешает. Но это значит, что я тоже могу выйти из квартиры и шляться, где попало, хоть до двенадцати ночи. Да даже до утра, я ведь не превращусь в Золушку, потерявшую карету и красивое платье.

Переодеваюсь, вылетаю на улицу. Иду куда-то, то и дело вспоминая ссору с Богданом. Чем дольше думаю о сложившейся ситуации, тем больше себя ненавижу. Всё могло быть по-другому. Нельзя действовать нахрапом, нужно как-то осторожно добиваться цели, потихоньку, намёками и маленькими просьбами.

Да кого я обманываю? Никогда не смогу действовать так, как мои школьные подруги. Манипуляции сексом, глупый шантаж и ультиматумы — всё это не для меня, проваливаюсь моментально. Да и Богдан заслуживает большего. Он хороший, он просто замечательный мужчина с одним-единственным недостатком — его бывшая работает вместе с ним. Разве нельзя простить ему этот изъян? У меня их куда больше.

Бреду по улице, сворачиваю в плохо освещенный двор. Сзади слышится тихий шорох шин, будто кто-то следует за мной. Да ну, ерунда какая-то, просто совпадение. Но тревога острой иглой пронзает сердце, и я оглядываюсь. Это тот самый синий автомобиль, что я видела напротив ресторана, а потом на парковке возле дома. Боже, третий раз подряд — это не случайность. Неужели меня преследуют?

Я начинаю бежать к ближайшему подъезду, который, конечно же, закрыт. И, как назло, рядом никого нет.

Машина тормозит, из неё кто-то выходит. Я готовлюсь бежать дальше, но всё же поворачиваю голову — противника нужно знать в лицо. Застываю, горло сдавливает спазмом.

— Ты? — удивлённо хриплю я.

— Не ожидала? Я приехал, чтобы спасти тебя. Освободить из лап этого зубодёра.

Богдан

— Ты теперь каждый день приходить будешь? — добродушно улыбается Глеб, впуская меня в свою квартиру.

— Неужели ты жалуешься? — иронизирую я.

— Ага, склоняешь меня тут к алкоголю и кальяну, — хмыкает друг.

— Да ты сам кого угодно