Месяц выбора (СИ) - Аурика Синичкина

Прошло ещё несколько минут, когда мы услышали скрип калитки, и чьи-то шаги. Обе вскочили на ноги. Шаги прошли через вторую комнату, вывернули из угла, и я нк сдержала удивлённо возгласа:

— Халла!

— Я, я, девчонка, а ты кого ждала, богиню Фригг? — проворчала старуха, расталкивая нас от выхода. — Что за хвост с собой привела? О, — тут ее взгляд упал на лежащую на тахте Лию, — понятно. В заварушку ты попала, а?

— Вроде того, — кивнула, а у самой глаза заслезились. Оказывается, я скучала даже по этой сморщенной ведьме!

— Ну, ну, не реви, — каркнула Хелла. — Пойдём, бери вторую бедовую. Чаем вас напою.

— Ты знаешь ее? — шепнула мне Белла, заметно оробев в присутствии ведуньи.

— Да, кивнула. — Теперь с нами все будет в порядке.

На кухоньке мы с Беллой с жадностью накинулись на еду. Чай, хлеб, каша, мясо — Боги! — сметалось все. Халла смотрела на нас осуждающе, но молчала.

— Это откуда ж вы такие, как после лютой зимы? — хрипло спросила ведьма.

— Мне вот гораздо интереснее, — жуя, ответила я, — где мы и как здесь оказались? Это ведь не Север.

— Ай, знамо дело не Север! А оказались вы здесь, потому что амулетик мой сработал. От опасности уберёг и в безопасное место перенес. Правда, я не ожидала троих-то увидеть, ещё и оборотницу с ума сошедшую вместе с вами.

— Ты знаешь Лию? — удивилась я. Белла жевала и помалкивала.

— Я вижу, что девочка не в порядке совсем. Чай, сила ее с ума свела!

— Какая сила? — напряглись мы.

— Знамо какая. Все рождённые оборотнями девушки, у кого чаша алым окрасилась, силой обладают морок наводить, да толпу вести.

— Телепаты, что ли? — крикнула Белла

— Они самые, — кивнула Халла.

Какое-то смутное чувство заворочалась в голове, догадка, мелькнувшая, как заяц, которую мне удалось поймать за хвост.

— Ты знала! — озарило меня. — Ты что-то знала, поэтому подарила мне амулет!

— Что знала-то, окаянная? И что ты так вопишь? — заворчала на меня старуха.

— Почему ты дала мне амулет? — не отставала я.

— Эх, вот пристала! — воинственно потрясла рукой в воздухе ведьма, но потом вздохнула, будто взвалив на себя какую-то тяжесть. Лицо ее помрачнело, а взгляд словно смотрел сквозь меня. — Я знала. С самых ранних лет догадывалась, что ты далеко не просто талантливая травница или охотница. Уж больно свободно ты себя в лесу чувствуешь.

— Знала и молчала? — нахохлилась я.

— Cкажи я что-то и секреты убежали бы за стены города. Прознал про тебя кто-нибудь из волчьего племени, беда пришла тогда бы, — покачала головой Халла.

— То есть, волчары всё-таки таких не любят, да? — все ещё жуя что-то, пробормотал Белла.

— Как к власти этой безумный пришел, Орм Серый, так и провалилось у нас. Убивают они таких, боится этот пёс силы вашей, Раварта, боится, как огня. Когда-то, давным-давно, была большая битва в волчьих племенах, половина брата хвостатого полегла тогда. Легенды говорят, что белая оборотница, из мести тогда такую бойню устроила. Отец и сын рвали друг другу глотки, братья вгрызались друг в друга зубами. Так вот вроде этот Орм на этой бойне был.

Мы молчали. У меня в голове мелькали, сталкиваясь, догадки: белая волчица, мальчик по имени Ори, бубнеж Лии о том, что она не хотела. Белле, видимо, в голову приходили похожие мысли. Мы переглянулись.

— Халла, девушка, которая лежит сейчас на тахте…в общем, тут такое дело, — начала я и пересказал историю от начала и до конца. Ведунья то хмурилась, то охала, то кривилась.

— Понятно, — кивнула она, когда я закончила свою историю. — Ну что ж, пойдёмте посмотрим на вашу Лию. Может статься, что и правы вы. Сила телепатическая способна на удивительные вещи.

Халла осмотрела Лию, велела нам ее не будить и оставить, пока сама не проснётся.

— Да и самим вам надо бы в порядок себе привести. Особенно тебе, цыганочка, в волосах вон скоро вороны гнездо совьют, — ворчала ведьма на замершую Беллу. — Баньку вам истоплю, да спать уложу, утро вечера мудренее.

Нам действительно заготовили замечательную баню, и помыться в тепле после сырости пещер было потрясающе.

— Прям как в страшных сказках, — тихо сказала мне девушка, когда мы уже парились. — А потом она нас в печь засунет и съест, да?

— Ты что так робеешь? — засмеялась я. — Ведуний не видела никогда? Она просто ворчливая, но вполне добрая, не бойся.

— Ага, — девушка кивнула мне, но все же остаток дня старалась не показываться на глаза Халле.

Уже вечером, лёжа на полу возле окна, и наблюдая за звёздами, я старалась всем существом ощутить — я жива, я выбралась, я скоро увижу своего лиса. Засыпала с мыслью, что все закончилось.

— Рави? Рави! Это ты? Я, я чувствую тебя.

Домик, в котором мы провели чудесную неделю. Стены дрожат, как мираж, но в душе тепло и спокойно. Это не чужой мираж, а мой собственный.

— Ренар? Ренар, я здесь!

Из марева дрожащих теней выходит мой милый лис. Его черные волосы распущены, он оглядывается, ища меня глазами. А когда находит, улыбается так широко, будто светится. Мы кидается навстречу друг другу, обнимаясь крепко-крепко.