Интервьюировать Торна - Рут Лесс

Да сорви ты с меня уже эту рубашку! Что ты с ней возишься?

Но он продолжал меня мучить, как будто издеваясь. Хотя почему «как будто»? Он же чувствовал, что почти каждое его прикосновение отдавалось дрожью в моем теле. Слышал, какие жалобные стоны вырываются из моего горла. И когда он добрался до застежки на брюках, я в нетерпении приподняла бедра, позволяя стянуть их с меня.

Черт, и почему я не могу носить юбки? Насколько бы это все упростило!

Я опустилась спиной на стол, потому что удерживать себя в вертикальном положении стало уже невозможно. Джейсон подхватил мои ноги под колени и поставил на подлокотники кресла, широко разведя их в стороны.

Ладони заскользили по моим обнаженным ногам, поднимаясь на внутреннюю сторону бедра. Даже от этого меня трясло, как собачонку, заставляя извиваться и скулить. А когда он прошелся пальцами по промежности, слегка надавливая, я выгнулась, готовясь кончить от одного этого движения.

— Куда ты так торопишься, chaton? — послышался хриплый голос.

Даже если бы я хотела ответить, то не смогла. Ощутив прикосновение губ в районе колена, я начала судорожно хватать ртом воздух, и по мере того, как влажные поцелуи поднимались все выше, все отчетливее понимала, что долго не выдержу.

Отодвинув трусики в сторону, Джейсон слегка подул на набухший пульсирующий комочек, снова посылая волны жара по телу. Первое же прикосновение языка заставило меня вскрикнуть. Ноги инстинктивно сжались, а руками я вцепилась в свою грудь, как будто желала усилить удовольствие, которое так долго копилось во мне и грозило в любой момент затопить собой все мое существование.

Он действовал так, как будто уже успел изучить мое тело вдоль и поперек. Знал, где нужно проявить нежность, а где стоит быть пожестче. И каждое его действие срывало с моих губ очередной стон. Не знаю, сколько это длилось. Может быть меньше минуты, а может быть вечность… В какой-то момент напряжение достигло пика и я не выдержала. С громким, протяжным, невероятно пошлым стоном я выгнулась до боли в спине, пропуская через себя сотню электрических разрядов.

Дав мне минуту, чтобы прийти в себя, Джейсон поднялся, чтобы тут же склониться над столом, оставляя на моих губах солоноватый поцелуй. Еще не совсем четко осознавая реальность перед собой, я ответила на него, пробуя себя на вкус. Причем это был совсем не тот поцелуй, который обычно следует после секса — нежный, успокаивающий. Нет, он снова распалял меня, не давая передышки, не позволяя утихнуть возбуждению. Не разрывая поцелуй, он обхватил меня за талию, поднимаясь руками выше, сжал грудь, а затем сомкнул пальцы на сосках, оттягивая их.

Я снова почти не осознавала, что со мной происходит. Все затопило острое наслаждение. Краем сознания я уловила лязг ящика и шуршание фольги, но даже не обратила на это внимание. А затем очередной мой стон оборвался на низкой ноте, чтобы перейти почти в крик. Одним медленным, но уверенным движением Джейсон вошел в меня, заставляя почувствовать каждый миллиметр. Дав мне пару секунд привыкнуть, он двинул бедрами, срывая с губ томный вздох.

Неспешный темп быстро перешел в какое-то безумие. Джейсон жестко вбивался в меня, заставляя елозить по столу и пытаться собрать перед собой ускользающую картинку мира. Пошлые, влажные шлепки не заглушали даже мои стоны, которые становились все громче.

В какой-то момент Джейсон подхватил мои ноги, закидывая их себе на плечи, а движения, хоть и жесткие, но все же размеренные, превратились в рваные толчки. Напряжение снова начало скапливаться внизу живота, с каждой секундой разрастаясь все сильнее. И когда его пальцы опустились на клитор, начав массировать его круговыми движениями, мир снова взорвался, растворяясь в удовольствии.

На этот раз я приходила в себя дольше. Первая попытка встать закончилась провалом, и я бы упала, если бы меня не подхватили руки Джейсона.

— Почему ты вечно спешишь? — тихо хмыкнул он.

— Вот такая вот я деятельная, — попыталась пошутить я, но голос дрожал, как и ноги.

Через десять минут я все же пришла в себя и даже нашла в себе силы одеться. А потом вспомнила, зачем изначально сюда приходила.

— Что было нужно Тимоти?

Молодец, Агнес! Очень ненавязчиво получилось.

— Не бери в голову, — отмахнулся он и уже подошел к столу, перебирая бумаги, которые я так активно мяла своей задницей. — Увидимся позже, chaton, — улыбнулся Джейсон.

Вот, кстати, об этом обращении… С одной стороны мне было приятно, но с другой… Учитывая мое природное любопытство, я просто не могла не спросить:

— С каких пор мы перешли на ласковые прозвища? — прищурилась я, ухмыльнувшись. — Котенок… Не слишком ли банально?

Лицо Джейсона на секунду вытянулось, но он быстро взял себя в руки, вернув невозмутимое и слегка нахальное выражение.

— Ты понимаешь французский?

— Как и большинство существующих языков, — приврала я. Конечно, я не могла выучить все языки мира. Их, на минуточку, больше семи тысяч! Но все же с самого детства упор в моем образовании делался именно на гуманитарные науки, а репетиторы натаскивали меня как могли. — Французский — один из самых популярных для изучения языков, — растянула я губы в улыбке. — А уж настолько простое слово, как «chaton», мог понять любой человек с наличием мозгов.

— Хм…

— Так откуда вылезло это обращение? — я склонила голову, смотря на него почти издевательским взглядом.

— Можешь считать, что так проявляется моя психологическая травма. Каждый раз, когда я говорю «Харли», мне хочется добавить «Квин», а потом взяться за биту и пойти громить все в округе.

— Тоже мне, Джокер нашелся, — фыркнула я.

Джейсон угрожающе медленно приблизился ко мне, практически прижав к стене.

— Ты напрашиваешься. Еще немного, и я тебя накажу, — произнес он с пошлой улыбкой.

Обещаешь? Черт! Почему этот мужчина никогда не выдает расписки! Мне нужны подтверждающие документы!

— Раз уже тебя так смущает мой французский, буду обращаться к тебе на английском. До скорого, котенок, — подмигнул он на прощание.

Козел! Вот честно, еще немного, и я сама тебя накажу. Оставлю без секса… Нет, стоп, это и для меня наказание получится… Придумала! Секс будет, но бороду я не сниму! Вот! Будешь потом ходить с раздражением от щетины во всех местах!

***

На следующий день Джейсон уехал, оставив персонал праздновать отсутствие начальства. Вот только мне было не до смеха. Я-то отлично понимала, куда он отправился, и уже заранее сочувствовала Еве. Ну и себе заодно. Действовать нужно было еще быстрее. На кону стояло слишком много.

Я уже поняла, что спрашивать что-то у местных работников бесполезно. Тем более о прессе. Если об ориентации нашего босса они еще могли что-то знать и, как оказалось, знали, просто молчали как партизаны, то о его непростых отношениях с журналистами здесь вряд ли осведомлены. Именно поэтому я, пользуясь своим служебным положением, позвонила в пресс-службу компании.