Люби меня, девочка - Анастасия Пырченкова

Но не сегодня.

Нет, в магазин я сходила и закупилась всем нужным, да только все мои планы разбились о присутствие четырех женских особей: двух пожилых дам и двух девушек моего возраста. Все темноволосые и кареглазые, с явной грузинской изюминкой во внешности. Скромно одетые и красивые, аж дух захватывало. Они удобно расселись на диване и попивали чай, так и крича всем видом о том, что они здесь давно и надолго.

Они…

Кто?

При виде замершей на пороге гостиной меня все четверо замолчали.

— Здравствуйте, — поздоровалась я первой несколько растерянно, крепче сжимая пакеты с покупками в руках.

— Здравствуй, — отозвалась на мое приветствие одна из них, одарив цепким взглядом с ног до головы и обратно.

Я даже несколько неудобно себя почувствовала, стоя перед нею в простых джинсах и футболке. Сама-то она (да все они) выглядела как с обложки, одетая в элегантное платье, с красиво уложенными волосами и идеальным макияжем. Цвет корицы невероятно ей шел, подчеркивая темную внешность. С виду ей было лет сорок, не больше.

— Не знала, что у Дамира новая домработница, — добавила она задумчиво.

И вот что ответить?

Впрочем, никто в том и не нуждался.

— Раз уж пришла, сделай нам еще чайку. И приготовь что-нибудь по-быстрому заодно, — велела.

Сразу видно, что женщина привыкла командовать.

И я решила не спорить. По крайней мере, пока не разберусь, что к чему.

Поэтому молча прошла в кухонную зону, проверила чайник на наличие воды в нем, отметив ее отсутствие, пополнила его из крана и нажала кнопку включения. А пока ждала, когда он закипит, собрала использованный гостями заварочный чайник, сполоснула его и принялась раскладывать купленное по шкафчикам и полкам холодильника. И то и дело косилась на присутствующих, пытаясь понять, кто же это такие. Хотя и без того начала догадываться. Едва ли сюда прошел кто-то левый, а значит… все плохо. Для меня. Тем более, одну из присутствующих я в итоге распознала — ту самую брюнетку, с которой танцевал Дамир на недавнем вечере. Пусть она сейчас и выглядела более невинно и намного младше, но все равно не спутать. Сестра. А та, что приняла меня за домработницу, уж слишком на нее походила, только старше, и значит… мама? Дамира.

О. Боже. Мой.

Можно я уйду?

Конечно же, ничего такого я не сделала.

Да и бежать как-то уже поздно.

Как и представляться.

Да и не хотелось, если честно.

Слишком жесткой и суровой выглядела родительница любимого.

Пусть он лучше сам меня представит, как вернется.

Вот да, стоило бы, наверное, написать ему. Предупредить.

Если, конечно, он сам не в курсе.

Да нет, о таких гостях он бы точно меня предупредил, не стал подставлять под удар. Наверняка у них просто тоже есть пропуск, вот и все.

Да, точно.

А значит, надо написать.

Но сперва чай.

— Наконец-то, я уж думала, ты там заснула, — всплеснула руками госпожа Манана, если это действительно она, когда я подошла к ним и принялась молча наполнять их пустые чашки напитком с ягодным привкусом.

Мать Дамира тут же забыла обо мне. Как и остальные. Лишь сестра посматривала то и дело, словно догадывалась, но сомневалась. А я решила, пусть лучше и правда пока думают, что я приходящая работница. Не готова я в одиночку знакомиться с такой властной женщиной.

Ну и пусть это выглядело трусливо.

Зато спокойно.

Так что, когда я поставила чайничек на середину стола, и мне благосклонно кивнули, отослав взмахом руки, не стала спорить и действительно отошла.

Но не много прошла. Остановила брошенная госпожой Мананой фраза:

— Думаю, сентябрь идеально подойдет для торжества. Любимый месяц Дамира. Да и вообще осень — это самая красивая пора. И подготовиться успеем.

— Да, я тоже думаю, что это идеальное время, — поддержала женщину другая. — И Теона тоже любит осень. Правда, милая?

— Да, мама, — тихо выдохнула в согласии та самая Теона с улыбкой в голосе.

На ее щеках вспыхнул румянец смущения, и она опустила глаза в пол. Вся такая из себя покорная и милая. Приторная. Прямо до зубовного скрежета. И…

Стоп!

Что они сейчас сказали?

Какие еще нахрен традиции?

А женщины все продолжали планировать торжество, не замечая, что я так от них толком и не отошла, застыв каменным изваянием за спинкой дивана. А я стояла, не в силах не то, чтоб пошевелиться, а просто вздохнуть.

— Платье, конечно, купит Дамир, — расписывала дальнейшие планы мать Дамира. — Все, как положено…

Платье?

Какое еще платье?!

Купит Дамир…

Ей.

Той, что сейчас сияла от счастья, пока я пыталась уложить в своем мозгу нехитрую головоломку. Которая отчаянно не желала складываться в полноценную картину. Но ровно до последующих слов:

— Свадьбу сыграем в Тбилиси!

И все.

Оглушило.

Ослепило.

Задушило.

Гостьи говорили что-то еще, но у меня в мозгу как на повторе заели слова матери Дамира про “все, как положено” и “свадьбу сыграем”. Вспомнились речи самого Дамира, когда он сказал, что согласен на свадьбу по традициям, если это доставит удовольствие его матери. И вот теперь… женился. По всем их традициям. А я…

Я, кажется, задыхалась.

В груди болезненно пекло. Было невыносимо душно. Перед глазами потемнело. А в мозгу все также на повторе принялся заново крутиться женский разговор.

Быть того не может.

Нет.

Я отказываюсь это понимать и принимать.

Невозможно.

Скорее всего, я все не так поняла. И это не Дамир женится, а один из его братьев. Дамир же просто оплачивает этот праздник. Да ведь? Да?

— Как же моему мальчику повезло с тобой Теона.

— Спасибо, госпожа Манона. Уверена, мне тоже повезло, что Дамир выбрал именно меня.

— А вот тут ты права, девочка. Тебе несказанно повезло.

О, Боже.

Нет!

Нет-нет-нет!

Не верю!

Не хочу.

Не буду.

Уйти. Нужно срочно уйти.

Туда, где много простора и воздуха. Где нет этих болтливых куриц.

Нужно…

К Дамиру.

Спросить обо всем у него лично.

Да, именно так и сделаю.