Дыши глубже - Eiya Ell

его родителей оказался очень огромным. С большим двором, весь усаженный цветами. Из всех цветов, которые еще стоят под первыми морозами, я узнала только розы и дубки. А цветов тут много. Я, конечно, ничего не знаю, как за ними ухаживать, чтобы за зиму они не вымерли, но, по-моему, розы должны быть под банками. Или я что-то путаю? .

Мы идем к дому по тропинке, выложенной брусчаткой. Алекс идет следом, несет большие пакеты с покупками. Ворчит что-то себе под нос, потому что поскользнулся, чуть не упал. Благо, у меня обувь не скользкая, зимние сапожки с мехом, на плоской подошве. Оба мы в джинсах и в свитерах, в теплых куртках, утром чуть не подрались из-за моих джинс, но я все же победила и надела их. Не, ну, а что? Он вырвал из моих рук джинсы со словами, что они будут давить мне на живот, что они застегиваются именно там, где находятся малыши. Я бегала за ним по дому, пытаясь отобрать свои джинсы. Потом кое-как договорились, что я надену их и если будут давить мне на живот, я тут же их сниму. Слава Богу, я еще влезала в них и ничего мне не давило. Он пошел на уступки, лишь предупредив, что это в последний раз, что я должна носить свободные платья, которые он мне купит по возвращению. И я уже знаю, что спорить с ним бесполезно, поэтому про себя уже решила, что за покупками я пойду с ним, чтобы не купил мне такой комбинезон, огромный, как на слона, как тот, что он мне купил при выписке из больницы.

– Ооо!!!! – нас встречает тетя Тоня, его мама, сзади которой я вижу уже и отчима, – мои любимые, родные! – она обнимает меня крепко, – моя любимая дочка, – целует в щечки по очереди, опускает глаза на мой живот, как будто он мог за несколько дней вырасти, я от ее действий улыбаюсь, – как я рада что вы приехали, – она опять меня обнимает, опять целует в щечки.

– Я тоже приехал, – Алекс стоит сзади, подает знаки, такой смешной сейчас, – мама?

Женщина, наконец, отпускает меня, обнимает сына, я прохожу дальше, здороваюсь с его отчимом и успеваю осматривать прихожую, а затем и огромную гостиную. Все отремонтировано в современном стиле. Тут уютно и тепло, пахнет родным домом и вкусняшками.

– Амалька, раздевайся, – говорит Алекс, помогая мне снять куртку, забирает, вешает на вешалку, мы разуваемся и Алекс меня подталкивает в сторону кухни.

– Мама, напои нас чаем, а потом мы распакуем покупки, – Алекс выдвигает стул для меня, сам садится рядом, целует в щечку, – не смотри на меня так, почему-то когда тебя мама и папа целовали, ты на них так не смотрела, – говорит мне на ушко, чуть наклонившись в мою сторону.

– Ты серезно сейчас сравниваешь их поцелуй со своим? Сядь подальше от меня, не смущай.

– Они тебя любят, и я тебя тоже люблю, – тем временем тетя Тоня ставит напротив каждого чай, варенье малиновое, печеньки и свежеиспеченные булочки. Ммм, как же они вкусно пахнут.

– Я вас ждала, поэтому и напекла булочки, – говорит его мама, усаживаясь с нами за стол, рядом со своим мужем. Как они мило смотрятся, любуюсь ими, сколько лет они уже вместе? Разочарованно вздыхаю. В наше время редко, когда пары живут так долго вместе в любви и согласии, – Амаля, бери, – она протягивает мне горячую булочку, – только ешь с малиновым вареньем, у нас все свое, тебе понравится.

Мы с удовольствием поели булочки с вареньем, чего раньше никогда я не делала, выпили чай, начали распаковывать покупки.

– Мама, вы с Амалькой прогуляйтесь по двору, не забудь ей показать задний двор, а мы с папой приготовим дрова и вечером пожарим шашлык.

– Амаль, – зовет меня тетя Тоня, – мы сначала поставим тесто для хлеба, оно как раз подойдет к вечеру, будет свежий хлеб к шашлыкам, потом выйдем на прогулку. Это не долго.

Я соглашаюсь, с условием, что буду сама месить тесто. Мама раньше часто пекла хлеб сама, я видела, как это делается, пару раз делала даже сама, и вот и сейчас я хочу сама. Потом, конечно, я пожалела, что ринулась все сама делать. А вдруг им не понравится? Вот что я за человек, не могла молча сидеть и смотреть, может и научилась бы у нее! Нет, я же дура, сама делаю!

– Только если что не так сделаю, вы скажите, хорошо? – вымываю руки и принимаюсь за дело, – все вроде бы так, как надо, на два килограмма муки, пачка дрожжей, теплая вода, вроде тесто и получается, – я все правильно делаю?

– Да, только воды побольше, – она подливает мне воды, – тесто должно быть не сильно густое, чтобы получился вкусный хлеб.

Ну, вот вроде все, накрываем тазик с тестом, одеваемся тепло и выходим во двор. Морозный ветерочек пробивает нос, проходит в легкие. Я вдыхаю чистый свежий холодный воздух! Красота, мы сначала гуляем по двору с цветами, она мне рассказывает про все цветы. Откуда, какой кустик привезла.

– Вот эти, – она указывает на куст коралловых роз, какие они красивые, – мне привез Алекс. Куда-то ездил по работе, не помню правда куда, оттуда мне привез.

– Коралловый – это мой любимый цвет. Особенно, если это вечернее платье, – говорю и прохожу кончиками пальцев по лепесткам розы, наклоняюсь, вдыхаю прекрасный аромат.

– Я их скоро все соберу, к зиме они должны быть готовы, благо, Толик мне помогает, сама бы не справилась, – смеется, – я не могу работать секатором, садовыми ножницами, прикинь, сколько мне лет, а я это не умею. Но Толик об этом не знает, он думает, я просто слабая женщина, а обрезать розы – это мужское дело, – теперь мы смеёмся обе, – пошли, – мы обходим дом и оказываемся на задней части двора.