Изменить нельзя простить - Анна Томченко

— Лен, не усложняй. Ты будешь с деньгами. Счастлива. Но не со мной.

Теща подлетела по мне и схватила за рубашку, попыталась меня тряхнуть, но тут как бы комплекция. За невозможностью физической расправы она стала громко проклинать меня.

— Выкинуть решил! Столько лет на тебя потрачено!

Я разжал пухлые пальцы с острыми ногтями, покрытыми красным лаком, и отодвинул тещу подальше.

— Я не собираюсь участвовать в вашем цирке. Ты получишь все, что причитается по закону, — обратился я к Лене, потом посмотрел на тещу, у которой щеки пошли красными пятнами, и лично для неё расставил все точки. — Ваша дочь не может носить моего ребёнка. За отцовством летите в Испанию. Очередной тренер будет рад.

За моей спиной захлопнулась дверь. Надо быстрее расхлебать кашу с работой и разводом и лететь к Еве.

Я напоминал о себе, звонил, писал. Но натыкался на молчание и полный игнор. Словно меня не существовало. Словно Ева старалась вычеркнуть все из жизни, что связывало нас. Нет, я понимал, что одна ночь - это мало для отношений, но сколько времени мы провели до неё вместе! Я даже сам не понял, как умудрился втрескаться так, что все остальное пошло по боку. Я разрушил свою размеренную жизнь только потому, что знал, Ева никогда не стала бы любовницей или содержанкой. Да и не хотел я такого для неё. Она мне нужна была в личное пользование. Только для меня. Чтобы все крики ее принадлежали мне, все стоны и оргазмы только мои. Поэтому я не мелочился. Рубить, кроить так все до конца. Без дурацких штампов и лжи.

Я вытащил из кармана мобильник и набрал Олега.

— Будь ты проклят! — рявкнула трубка голосом юриста.

— И я тоже тебя люблю, — вяло огрызнулся я, не настроенный на дружескую перепалку.

— Не заметно. Ты втюхал мне два развода. Это вместо того, чтобы курировать строительные проекты, — разорялся Олег, у которого за спиной была и не такая практика. — Сижу разбираюсь в вашем грязном белье вместо того, чтобы…

— Олеж, ты охладись немного, — решил начать миром я. — Ну там кофе выпей…

— Я на треть из этого кофе уже состою! — рычал Олег, выбешенный моим нахальством.

— Понятно. Но я не об этом. Как дела у Евы? Что там с ее разводом? — наконец-то подобрался к сути я и сел в машину. Подхватил с пассажирского сиденья сигареты и закурил.

— Ты что, хочешь меня заставить ещё новый брачник готовить? — заорал Олег, теряя не только терпение, но и самообладание. По ту сторону мобильного что-то громко свалилось. Надеюсь, не юрист с сердечным приступом.

— Нет, нахрена? Это ж Ева. С ней не нужны брачники…

— Тогда что?

— Гонорар из моего кармана, это раз. И второе, на какой там стадии все у них? — я выехал с парковки и неспешно пристроился в крайний ряд, что вёл к развилке в центр.

— На такой же, на какой и у тебя. Делим… — фыркнул Олег, а я усмехнулся.

— Хорошо, постарайся с Евой разобраться побыстрее.

— Уезжаешь? — хмуро уточнил Олежа, видимо отходя от нервного разговора и добрея голосом.

— Да, как только с турками разберёмся. Надо вернуть девочку.

Олег не стал ничего комментировать. Просто натянуто пообещал, что постарается как можно скорее все сделать по красоте. Я бросил телефон на пассажирское сиденье, но ямка на дороге подвернулась не вовремя, и мобильник скатился по гладкой замше чехла на пол. Я чертыхнулся и потянулся вернуть телефон на место.

Через шесть дней я покидал вещи в спортивную сумку и уже стоял на пороге квартиры, как позвонил Алекс.

— Слушай… Кир, оставь Еву в покое…

Глава 55

— Не понял, — хмуро уточнил я, присаживаясь на пуф. Алекс дышал в трубку и не выдавал подробностей. — Ты сейчас что несёшь?

Я вообще не осознавал и не предполагал такого расклада, где Еву надо оставить. Кому? Зачем?

Она моя. Она мне нужна. Я не хочу дальше без неё.

— Ты ей не нужен. Ты сделал намного больнее, чем ее бывший муж… — рваными фразами выдавал Алекс, чем изрядно меня бесил. — Без тебя ей будет лучше…

— Какого хрена ты решаешь за неё? — крикнул я. — Ты чего, взялся судьбы мира решать? Кто ты такой, чтобы думать, что я ей не нужен?

— Я тот, кто говорил с ней. Кто слышал, как она сдерживается, чтобы не заплакать. Тот, кто видел, как такие, как ты, ломали таких, как она… Кир, ты ее сломал…

Я ничего не понимал. В голове рваным пульсом билась мысль, что все это дурацкое стечение обстоятельств. Я-то знаю, что Еве со мной будет лучше. Я-то никогда ее не обижу. Да она у меня в шелках и золоте будет купаться…

— Она знает, что ты женат…

Не скажу, что у меня все оборвалось. Раньше я вообще не парился, что девушка узнает, что я женат.

Мне было плевать.

Ну женат и женат. Не прокажённый же. На отношения это не влияло. Но именно в контексте с Евой меня это пошатнуло. Я просто представил, что могло сотвориться у неё в голове, тем более, после того, что она сама пережила предательство мужа.

Представил.

И туго сглотнул. Сердце забилось как чокнутое в клетке из рёбер.

Нет. Надо успокоится. И тем более ехать к ней. Чтобы сказать, что все в прошлом, что все кончилось, что мы можем просто быть вместе…

— Не делай ещё хуже. Останься просто ее воспоминанием.

Алекс положил трубку, а я остался в тишине.

Все к черту. Какие воспоминания. Какая боль? Я сделаю Еву счастливой. Она просто сама этого ещё не знает.

На раздумья времени катастрофически не хватало. До самолёта оставалось чуть больше двух часов. Я запустил пальцы в волосы и взвыл.

Вот умеет этот Алекс подложить свинью. Вот ни раньше, ни позже. Как раз за несколько часов до отлёта. И ладно бы что-то конструктивное сказал. Не-е-ет. Одни мысли, которых у меня и самого с избытком.

Я плюнул на все.

Лучше сделать и жалеть, чем вообще нихера не сделать.

Такси приехало в течение нескольких минут, и я отправился в аэропорт. Впервые в жизни весь перелёт я психовал