Pasta per amore, или Макароны для Любы - Изольда Рыбкина

неё голова разболелась — Никита уехал, а встретиться со мной лицом к лицу ей страшно», — улыбаюсь своим мыслям и уже спешу в сторону нашего корпуса, как вдруг на тыкаюсь на Любочку собственной персоной. Она идёт прямо на меня, но не сразу это замечает. Мы замираем в нескольких метрах друг от друга, и я уже собираюсь пригласить её на танец, как она резко разворачивается и чуть не бегом удаляется в противоположном направлении.

— Люба! — кричу ей вслед, но музыка заглушает мои слова. — Люба, подожди! — это я произношу уже совсем близко и не слышать она попросту не может. — Будешь убегать от меня?

Последнюю фразу я произношу уже спокойным голосом, когда мы удаляемся на довольно большое расстояние от динамиков.

— С чего мне от тебя убегать⁈ — с вызовом парирует девушка, продолжая идти в сторону корпуса.

Поравнявшись с ней, стараюсь подстроиться под её темп.

— Ну, это выглядело именно так пару минут назад…

— Марио, мне безразлично, что и как выглядит в твоих глазах. Я вспомнила, что забыла в номере телефон и возвращаюсь за ним. Зачем ты идёшь со мной, я не имею понятия.

— Я тоже телефон забыл, — ехидничаю в ответ. — А мы с тобой соседи, вот и провожу заодно. И туда и обратно.

— Это лишнее, — надменным тоном отвечает, не поворачивая головы, будто меня и нет вовсе. — Я не планирую возвращаться на танцпол.

— А зачем тогда приходила? — мне нужно её подловить, иначе Люба ни за что не признается, что её волнует моё присутствие.

— Это моё дело, тебе не кажется? — резко отвечает, впервые посмотрев на меня негодующим взглядом. — И вообще, может, хватит пытаться меня вывести из себя⁈ У тебя что, других дел нет?

— У меня много дел, но я научился расставлять приоритеты, — говорю с намеком, надеясь, что Люба его поймёт.

— Что-то не похоже, — конечно, поняла.

— Может, хватит нам бегать друг от друга? — я останавливаю девушку за локоть и плавно разворачиваю к себе лицом. — Давай уже поговорим.

— Марио, ты меня удивляешь… Я терплю твоё общество и при этом даже разговариваю с тобой уже минут пять. Разве ты этого не заметил? Тогда извини, другого разговора у меня для тебя нет.

— Люба, прекрати, пожалуйста, — меня зацепили её слова о том, что она меня «терпит», но я проглотил их, чтобы всё-таки добраться до сути. — Я давно хочу объясниться с тобой по поводу того, что произошло у нас два месяца назад.

— И что же ты хочешь объяснить? А главное — зачем?

— Ты правильный вопрос задаёшь. Я сам долго не понимал, зачем мне это тебе объяснять, но потом понял. Люба, я очень ошибался…

— Если ты собираешься просить прощения, то я тебя прощаю. Давай остановимся на этом и больше не будем возвращаться к прошлому.

— Нет! Я хочу вернуться! Потому что прошлое никуда не делось. Наши чувства…

— МАРИО! — выкрикивает Люба, не давая мне закончить. — ХВАТИТ! ВСЁ! Я не хочу ничего слушать. Всё прошло. И я хочу, чтобы так и оставалось.

— Люба, но ведь ты не забыла! И я не забыл! Я же вижу, что ты просто притворяешься, чтобы меня позлить. Но чувства никуда не спрячешь!

Любочка обреченно опускает голову, а я боюсь, что она сейчас заплачет. Своими восклицаниями я не хотел её расстраивать, не хотел её слёз. Рассчитывал, что смогу достучаться до неё, чтобы она перестала закрываться от меня, но в эту секунду мне становится страшно.

— Любочка, не молчи, пожалуйста, — говорю уже другим, просящим, тоном. — Я не хотел тебя обидеть, но я больше не могу так — видеть тебя с Никитой, когда мы с тобой… — я не могу подобрать слов и на секунду замолкаю.

Люба поднимает глаза на меня и смотрит пристально прямо в душу.

— Когда мы с тобой что? Переспали? — чувствуется, как тяжело далось ей это слово, но ведь я совсем другое имел ввиду.

— Неет…

— А что тогда? Марио, ты сам не можешь сформулировать то, что тебе от меня нужно, понимаешь? Подожди, не перебивай, — выставляет она ладонь вперед, когда я собираюсь ответить. — Я скажу то, что ты хочешь от меня услышать. Скажу и поставим на этом точку. Да, я ничего не забыла. Мои чувства были сильно ранены, я испытала разочарование, боль, у меня была долгая депрессия. Я хотела бы стереть себе память, чтобы забыть даже твоё имя. Но не могу. И да, ты прав, я продолжаю испытывать к тебе чувства, доволен? Да, я как дурочка, по-прежнему, в тебя влюблена…

Больше Люба не успевает сказать ни слова. Я не выдерживаю — захватываю её хрупкое тело в свои объятия и впиваюсь в её губы. Какие ещё нужны слова? Всё, что важно, уже сказано.

13

Люба

Марио прижимает к себе и целует меня. Что я чувствовала?

Если не считать первых мгновений, когда я просто пребывала в ступоре от неожиданности, то в основном я почувствовала… боль. В этот момент я поняла окончательно, что ничего у меня не прошло, что все чувства никуда не делись, они жили во мне, но были забиты далеко в угол души, чтобы не доставлять этой боли.

Да, я теперь поняла еще и то, что любовь к Марио — это боль. Много раз слышала, что испытывать чувство любви — это счастье, эйфория, внутренний подъём… Но у меня совершенно другие ощущения. Марио целует меня, а у меня внутри будто что-то отрывается и остаётся ноющая кровоточащая рана. И я, словно какой-то мазохист, вместо того, чтобы оставить её заживать, специально тыкаю в неё пальцем. Это напоминает мне историю с заусенцем: он не болит, пока ты его не оторвёшь, а потом не начнёшь постоянно мусолить больное место.

Мне нужно прекратить этот поцелуй, перестать будоражить свою сердечную рану, и усилием воли я отталкиваю парня от себя, вложив в это действие все свои силы. Удивительно, но у меня получается. Марио отстраняется и тут же получает от меня оплеуху.

— Ты, как обычно, меня не дослушал, — чеканю, глядя ему в глаза. — Да, я тебя не забыла. Но это дело времени. Я приложу все усилия, чтобы приблизить