Без надежды - Колин Гувер

– А папа? Он тоже приедет?

– Нет, милая, – качает головой Карен. – Мы будем вдвоем.

Я сую соломинку в рот, потому что не хочу, чтобы она видела мою улыбку. Пусть не догадывается, как я рада тому, что папа не едет с нами.

Воскресенье, 28 октября 2012 года

2 часа 45 минут

Я сажусь в постели.

Это был сон.

Это был просто сон.

Я чувствую, как бешено колотится сердце. Оно бьется так сильно, что я слышу его. Я задыхаюсь и вся покрылась испариной.

Это был всего лишь сон.

Я пытаюсь поверить в это. Всем сердцем убеждаю себя, что это неправда. Не может этого быть.

Но это было. Я четко помню все, словно это произошло вчера. За последние дни вернулось многое из того, что было либо вытеснено, либо забыто из-за тогдашнего юного возраста. Вещи, о которых не хочется вспоминать и лучше вовсе не знать.

Я откидываю одеяло, тянусь, включаю лампу. Комната освещается, и я вскрикиваю, поняв, что в моей постели кто-то есть. От крика он просыпается и резко садится. Я громко шепчу:

– Какого черта ты здесь делаешь?

Холдер смотрит на часы, потом трет глаза ладонями. Очухавшись от сна, он кладет руку мне на колено.

– Я не мог оставить тебя одну. Хотел убедиться, что с тобой все в порядке. – Он прикасается к моей шее, как раз под ухом, и проводит пальцем по щеке. – Твое сердце, – говорит он, ощущая кончиками пальцев биение крови. – Ты испугалась.

Я не могу злиться, видя его в своей постели, такого заботливого… И не могу винить. Хотя так и убила бы. Но не могу. Не окажись он здесь и сейчас, не успокой меня после этих новых откровений – не знаю, чего бы я натворила. Он всего-то и сделал, что взял на себя вину за мои невзгоды. Я начинаю понимать, что Холдер, пожалуй, нуждается в утешении не меньше меня. За это я позволяю ему похитить еще один кусочек моего сердца. Я хватаю его руку, которой он прикасается к моей шее, и сжимаю:

– Холдер… я вспомнила.

У меня дрожит голос, и я чувствую, как к глазам подступают слезы. Я изо всех стараюсь сдержаться. Он придвигается ближе и поворачивает меня к себе. Положив ладони мне на лицо, он заглядывает в глаза:

– О чем?

Я качаю головой, отказываясь говорить. Он не отпускает меня и, поощряя взглядом, чуть кивает. Я шепчу, боясь сказать это громко:

– В той машине была Карен. Это сделала она. Она забрала меня с собой.

На его лице отражается боль, и он привлекает меня к себе на грудь.

– Я знаю, детка, – говорит он, уткнувшись в мои волосы. – Знаю.

Я прижимаюсь к нему, находя утешение в его объятиях. Закрываю глаза, но лишь на миг. Едва на пороге появляется Карен, Холдер отталкивает меня.

– Скай?

Я резко поворачиваюсь и вижу ее в дверях. Она гневно взирает на Холдера, потом переводит взгляд на меня:

– Скай? Что… что ты делаешь?

На ее лице смятение и разочарование.

Я перевожу взгляд на Холдера.

– Забери меня отсюда, – шепчу я. – Пожалуйста.

Он кивает, идет к встроенному шкафу и открывает дверцы, а я встаю и натягиваю джинсы.

– Скай? – повторяет Карен.

Я не смотрю на нее. Я не могу на нее смотреть. Она делает несколько шагов, а Холдер кладет на кровать сумку:

– Положи туда одежду. А я заберу все нужное из ванной.

У него спокойный, выдержанный голос, и я немного прихожу в себя. Иду к шкафу и начинаю снимать с вешалок футболки и другую одежду.

– Ты никуда с ним не пойдешь. С ума ты сошла, что ли?

У Карен испуганный голос, но я не смотрю на нее и продолжаю набивать сумку. Подхожу к комоду, открываю верхний ящик и беру стопку носков и нижнего белья. Я собираюсь подойти к кровати, но Карен заступает мне путь, положив руки на плечи и заставляя взглянуть на нее.

– Скай, – ошарашенно произносит она. – Что ты делаешь? Что с тобой случилось? Ты не уйдешь с ним.

Холдер возвращается в спальню с охапкой туалетных принадлежностей и, обойдя Карен, засовывает их в сумку.

– Карен, отпустите ее, – произносит он спокойно, но грозно.

Карен усмехается и поворачивается к нему:

– Ты не заберешь ее. Как только выйдешь с ней из этого дома, я вызову полицию.

Холдер не отвечает. Он смотрит на меня и забирает вещи, потом кладет их в сумку и застегивает молнию.

– Ты готова? – спрашивает он.

Я киваю.

– Я не шучу! – кричит Карен.

По ее щекам катятся слезы, и она, потеряв самообладание, переводит взгляд с меня на него. При виде ее страданий у меня разрывается сердце, потому что она моя мать и я люблю ее, но не могу простить обмана, с которым жила тринадцать последних лет.

– Я вызову полицию! – кричит она. – Ты не имеешь права ее уводить!

Я засовываю руку в карман Холдера, вынимаю его сотовый шагаю к Карен. Я смотрю ей в глаза и, стараясь сохранять спокойствие, протягиваю ей телефон.

– На, – говорю. – Позвони.

Она смотрит на телефон, потом снова на меня:

– Зачем ты это делаешь, Скай? – Она уже не сдерживает слез.

Я сую ей в руку телефон, но она отказывается взять.

– Позвони! Позвони в полицию, мама! Пожалуйста. – Теперь я умоляю. Умоляю ее позвонить и доказать, что я ошибаюсь. Доказать, что ей нечего скрывать. Доказать, что она не прячет меня. – Пожалуйста, – тихо повторяю я.

Всем своим существом я хочу, чтобы она взяла телефон и позвонила в полицию, а я бы уверилась, что ошибалась.

Она пятится и судорожно вздыхает, качая головой. Я почти уверена: она знает, что я знаю, но я не задерживаюсь, чтобы спросить. Холдер хватает меня за руку и ведет к открытому окну. Он помогает мне вылезти первой, затем выбирается следом. Я слышу, как Карен выкрикивает мое имя, но иду, не останавливаясь, до самой машины. Мы садимся и уезжаем. Прочь от единственной семьи, которая у меня была.

Воскресенье, 28 октября 2012 года

3 часа 10 минут

– Нам нельзя здесь оставаться, – говорит Холдер, подъезжая к своему дому. – Карен будет искать тебя здесь. Дай-ка я забегу и возьму кое-что из шмоток. Я мигом.

Перегнувшись ко мне, он целует меня и выходит из машины. Все время, пока он в доме, я сижу, прислонившись к подголовнику и глядя в окно. Этой ночью на небе нет ни единой звезды. Только вспышки молний. Очень в тему.

Холдер возвращается через несколько минут и бросает на заднее сиденье свою сумку. Наблюдая за ним, на пороге стоит его мать. Он подходит к ней и берет ее лицо в ладони, как делает и со мной. Потом говорит ей что-то. Она кивает и обнимает его. Он возвращается к машине и залезает внутрь.