Опасный маркиз - Минерва Спенсер

Она попыталась сблефовать и выкрутиться из неприятной ситуации, но только еще больше все испортила. И вот теперь Адам уезжает, и, скорее всего, она не увидит его в ближайшие девять месяцев, а то и дольше. Надо срочно что-то сказать, что-то сделать!

— Можно, Мия? — спросила Кэтрин, отвлекая ее от горестных мыслей.

— Прошу прощения, милая. Ты о чем спросила?

Кэтрин смущенно улыбнулась и, покраснев, мягко напомнила Мие о своем уговоре с Амандой, внучкой леди Хаммерсмит — девочкой одного с ней возраста, которая быстро стала ее лучшей подругой:

— Можно мы потом посмотрим перчатки, если ты разрешаешь мне посетить прием у леди Хаммерсмит?

Мия сжала ее руку:

— Конечно, тебе нужны подходящие перчатки. Сходим за ними после того, как Ева выберет себе две оставшиеся ткани.

Карета остановилась, и, выглянув в окно, Мия поймала на себе взгляд незабываемых глаз на красивом лице.

Мартен Бушар стоял у входа в магазин, который они собирались посетить. Как бы поражена ни была, ей хватило сообразительности покачать головой, что тут же остановило Бушара. Усмехнувшись, он опять прислонился к каменному фасаду дома, скрестив руки на широкой груди. Весь его вид буквально вопил о том, что он готов ждать сколько понадобится.

— Мия, ты заметила, как нахально таращился на нас тот мужчина? — спросила Кэтрин, придвигаясь к ней поближе, словно хотела защитить от незнакомца.

— Нет, дорогая. А что, кто-то на нас таращился?

Ева громко расхохоталась, и мисс Темпл шикнула на нее, но неугомонная девчонка нисколько не испугалась строгого взгляда гувернантки.

— По-моему, он хотел с тобой поговорить. Ты его знаешь? У него был такой вид, как будто вы знакомы. — Ее голубые глаза с вызовом смотрели на мачеху.

Мия холодно взглянула на ее ехидную мордашку, так похожую на лицо Адама если не выражением, то чертами.

— Уверена, я бы не забыла такое лицо. Пойдемте, не будем медлить.

Она вытолкала их из кареты и повела в лавку портного, оттерев Бушара плечом и пробормотав на ходу:

— Прошу прощения, сэр.

— В парке, — шепнул он громко.

Мия взглянула на девочек. Вряд ли они что-то заметили: слишком не терпелось им войти в лавку. Мисс Темпл, которая шла следом за ней, никак не прокомментировала необычную встречу, но посмотрела на Мию с откровенным недоверием.

Четверть часа, что ей пришлось прождать, прежде чем сбежать, казалось, тянулась вечно. И даже по прошествии этого времени она все еще не была уверена, не слишком ли рано уходит после наглого вторжения Мартена, но пришлось рискнуть из страха, что он уйдет и она не сможет его найти, или, того хуже, явится к ней домой. Представив, как отреагировал бы Адам, обнаружив заносчивого капитана у своей парадной двери, она аж содрогнулась.

— У меня голова побаливает, мисс Темпл. Я лучше найму коляску и вернусь домой.

С помощью вежливых объяснений и улыбок, Мие удалось отделаться от обычных заботливых расспросов, хотя она была почти в отчаянии к тому времени, как смогла убедить мисс Темпл и девочек, что обойдется без кареты, и забралась в коляску, которую подозвал сын портного.

Мия понятия не имела, о каком парке говорил Бушар; единственным местом, напоминавшим парк, здесь был сквер, мимо которого они проехали по дороге к портняжной лавке.

Мия, с противоположной стороны улицы узнав широкие плечи и золотоволосую голову капитана, остановила коляску и заплатила за весь путь. Разделявшее их короткое расстояние она хоть и не бегом, но все равно прошла с неподобающей поспешностью, оглядываясь по сторонам по дороге к скамейке, на которой сидел Бушар. Уединенным это место не назовешь, но других вариантов не было. Губы Бушара скривились в ухмылке при виде встревоженной и запыхавшейся Мии. Она села на скамейку и раздраженно посмотрела на него из-за его высокомерного вида. Возможно, не стоило ему доверять?

— Мадам, — приветствовал ее Мартен, придвигаясь поближе.

Ну, это уж слишком. Мия отодвинулась и нахмурилась, пытаясь выразить свое недовольство, но все впустую: Бушар только улыбнулся в ответ.

— Что ты здесь делаешь?

— Как грубо! — ответил Бушар.

Мия устремила на него выжидающий взгляд, и он усмехнулся: ее раздражение его явно веселило.

— Я встретился с твоим человеком в Истборне: пытался заплатить этому здоровенному дурню англичанину, но он так и не вернулся. — Он беззастенчиво ощупал ее тело взглядом глаз цвета старого золота. — Что вы сделали со своим слугой, мадам?

Мия залилась краской от его наглых намеков, но Бушар только плечами пожал:

— Как я понимаю, ты не даришь мне эти драгоценности?

— Ты разве не читал мою записку?

Бушар отмахнулся:

— Мой корабль сейчас на ремонте, и я решил встретиться с тобой лично.

Мия фыркнула — напыщенный идиот.

— Ты хотел сказать: корабль Рамзи на ремонте.

«Проклятье! Новое препятствие».

— Нет, я сказал именно то, что хотел сказать.

— Ты разве больше не капитан у Рамзи?

— Нет. Я теперь капитан собственного корабля, который называется «Золотой серп». — Бушар как будто раздулся вдвое от самодовольства.

— «Золотой серп», — зачем-то повторила Мия.

Бушар ухмыльнулся.

— Oui[3].

Мие уже доводилось слышать об этом корабле, и не раз. Когда-то он был частью вольного флота корсаров, служивших султану. Если Бушар захватил этот корабль, значит, власть ее пасынка Асада над отцовской империей пошатнулась. Значит, Джибриль получил поддержку?

Мия взглянула на Бушара:

— Так значит, теперь у тебя есть собственный корабль. Отлично. Сможешь доставить сверток моему сыну. Как долго еще будут ремонтировать твой корабль?

— Он почти готов.

Мия едва сдержала крик.

— Так чего ради ты тратишь время на встречи со мной? — Она прищурилась. — Если рассчитываешь, что я лягу с тобой, то я…

Бушар поднял руку, останавливая ее; улыбки уже не было на его лице.

На Мию накатил панический ужас при виде жалости у него в глазах, и она схватила его за руку.

— Что? Что случилось? Почему ты здесь? — Ее громкий голос привлек внимание проходившей мимо няньки с младенцем, и Мия постаралась подавить поднимавшуюся в душе истерику. — Почему ты здесь?

— Решил вот сам рассказать тебе новости.

— Боже милостивый, Бушар! Какие новости?

— Асад захватил твоего сына в плен. — Он отвел взгляд от ее лица и посмотрел на свои руки, вмиг утратив всякую самоуверенность.

— Боже мой, — прошептала Мия. — Он?…

— Он жив. И останется жив, если не будет делать глупостей. Асад требует