Очаровательная плутовка - Андреа Кейн

Поддавшись безотчетному порыву, Анастасия бросилась к дворецкому и поцеловала его в щеку.

— Спасибо тебе, Уэллс! Какое счастье, что ты был у дедушки, как есть теперь у нас!

Уэллс растрогался.

— Будьте осторожны, — предупредил он. — Обе.

— Не беспокойся, будем.

— Вы двое всегда прекрасно умели подслушивать. Думаю, вы не растеряли этого вашего умения.

То, что Анастасию с Бреанной можно было назвать мастерицами по подслушиванию, — это точно. Во всяком случае, сами они себя считали таковыми. И тем не менее, прежде чем приступить к важной операции, даже им, искушенным в подобных делах, нужно было принять меры предосторожности. Чтобы оградить от подозрений Уэллса и усыпить бдительность Джорджа, девушки тотчас же после разговора с дворецким вышли из особняка и направились в восточный конец сада, делая вид, что собираются там позавтракать и прогуляться. Отойдя на такое расстояние, чтобы Джордж из окна своего кабинета не смог их увидеть, Бреанна с Анастасией помчались обратно к дому. Они устремились к черному ходу, которым обычно пользовались слуги, и проскользнули в дом. Оттуда они пробрались в холл и спрятались в нише, напряженно прислушиваясь, пока наконец не услышали шаги — одни явно принадлежали Уэллсу, другие раннему гостю — и громкий голос Уэллса, вежливо просящий посетителя следовать за ним. Похоже, дворецкий собирался вести кого-то в кабинет Джорджа и предупреждал об этом девушек. Шаги стихли. Несколько минут спустя снова послышались шаги Уэллса. На сей раз он шел один. Остановившись рядом с нишей, в которой прятались Бреанна с Анастасией, он вытащил носовой платок, свернул его вдвое, громко высморкался и продолжил свой путь. Несмотря на нервную дрожь во всем теле, Анастасия прикусила губу, чтобы не рассмеяться.

— По-моему, он подал нам знак, — прошептала она. Бреанна кивнула. Губы ее тоже дрожали — вот-вот рассмеется.

— Давай подождем еще минутку, чтобы Уэллс успел дойти до своего поста. Если что-то случится, я не хочу, чтобы у него были неприятности.

— Давай.

Девушки медленно сосчитали до шестидесяти и, затаив дыхание, на цыпочках прошли по холлу и свернули в коридор, который вел к кабинету Джорджа.

Добравшись до него, они остановились и прижали уши к плотно закрытой двери.

— Нет, я не хочу пить, — послышался приглушенный голос. — Я хочу получить ответ на мой вопрос. Какого черта ты вытащил меня из дома в шесть утра и заставил приехать к тебе?

— Знакомый голос, — прошептала Анастасия. — Я его недавно где-то слышала.

— Я заставил тебя приехать, потому что придумал, как решить все наши проблемы, — ответил Джордж. — И усилий-то от нас с тобой требуется немного, а уже через неделю то плачевное положение, в которое мы попали, в корне изменится.

— С чего бы это? Только вчера ты мне говорил, что весь груз, который я для тебя раздобыл, потерян безвозвратно.

— Бейтс, — шепнула Анастасия, узнав наконец этот голос. — Мировой судья. Это он!

— Нечего мне напоминать о том, что я тебе говорил, Бейтс, — отрезал Джордж. — Но со вчерашнего дня многое изменилось. Вернее, все изменилось.

— Мне на это наплевать. Надоело каждую ночь проводить без сна, молить Господа о том, чтобы меня не посадили в тюрьму. Так что, Медфорд, можешь больше на меня не рассчитывать.

Послышались шаги. Бейтс явно направлялся к двери. Девушки замерли, готовясь сорваться с места.

— Я не могу этого сделать, — послышался холодный как лед голос Джорджа, и мировой судья буквально застыл. — И я бы на твоем месте не стал выходить из этого кабинета, поскольку, если ты это сделаешь, я буду вынужден предать гласности документы, изобличающие тебя в причастности к поставке последнего груза да и всех предшествовавших. — Помолчав, Джордж продолжил: — Ты слушаешь? Значит, решил остаться?

— Разве у меня есть выбор? — с горечью заметил Бейтс. — Скажи, что ты от меня хочешь. И лучше, если бы это была не очередная партия груза. Больше мне его неоткуда брать. Все мои контакты исчерпаны.

— Нет-нет. На сей раз у меня есть собственный товар. На мое счастье, нужна только одна девушка. И у меня есть великолепный экземпляр.

— В таком случае зачем я тебе нужен? — удивленно спросил Бейтс. Похоже, он уже успел прийти в себя.

— Потому что мероприятие, которое я задумал, непростое. Оно потребует подготовки, и здесь мне потребуется твоя помощь. — Послышался звон стекла. Чашка звякнула о блюдце: на сей раз Джордж пил чай, а не бренди. — Как ты знаешь, недавно я убедил нашего друга Мида продолжать сотрудничество с нами. В предстоящем деле ему будет отведена роль капитана. Лаймен добудет нам корабль и подготовит фальшивые документы. А я добуду пассажирку.

— О чем ты говоришь, черт побери? Что за фальшивые документы? И какова во всем этом моя роль?

— Я как раз к этому подхожу. К несчастью, вскоре после отплытия из Англии в Америку — отвечаю на твой вопрос относительно фальшивого пункта назначения — наш корабль окажется в бурном море. И как это ни печально, наша соскучившаяся по дому пассажирка, которая как раз в этот момент будет прогуливаться по палубе, упадет за борт и утонет, несмотря на отчаянные попытки Мида ее спасти. Мид, вне себя от горя, повернет корабль обратно в Англию и доставит нам личные вещи нашей пассажирки… вещи, раздобыть которые для меня не составит никакого труда. Твоя задача заключается в том, чтобы подготовить официальное заключение о ее смерти. И снова над нами засияет солнце.

— Так ты говоришь, Америка… — Бейтс нервно кашлянул. — А куда на самом деле поплывет корабль?

— Как обычно, в Париж. С товаром для Ружа.

— С товаром… Значит, эта девушка не утонет. Она… — Бейтс надолго замолчал, видимо, догадавшись, кто эта девушка. И все-таки на всякий случай спросил: — Так кого ты собираешься отправить в Париж?

— И ты еще спрашиваешь, Бейтс? Неужели сам не догадался?

— О Господи, Медфорд! Не может быть, чтобы ты это сделал!

— Это еще почему? — Джордж громко расхохотался. — Одно маленькое дельце — и я получу состояние Генри, щедрое вознаграждение от Ружа да еще и потрясающего зятя. Ты спрашиваешь, кого я отправлю в Париж? Да мою племянницу Анастасию, естественно.