Ненавидеть нельзя любить - Ольга Петрова

– Всем оставаться на своих местах!

Крышу заполнили люди в милицейской форме. Трое обнявшихся еще сильнее прижались друг к другу. Стражи закона, сами не понимая почему, проявили несвойственную им тактичность и, остановившись в стороне, терпеливо дожидались, пока на них обратят внимание. Немировский, не отпуская любимую и сына, молча достал удостоверение и протянул его капитану милиции. Ольга вытерла слезы.

– Все хорошо, мама, – мальчик крепче перехватил руку отца. – Пойдемте домой.

Через несколько часов после того, как Валерий и Ольга много раз рассказали людям в форме и в штатском о том, что произошло на крыше и машины милиции и «скорой помощи» уехали, Кирилл сидел на кухне и прижимал к себе чудом спасшегося Джека Воробья, которого ему вернул дяденька-милиционер. Он чесал успокоившегося котенка за ухом и рассуждал сонным голосом:

– Я с самого начала знал, что с ним ничего не случится. Кошки ведь могут прыгать с любой высоты и приземляться на все четыре лапы.

– Нет, Кирюш, я думаю, что его спасли кусты орешника, – не согласился с ним нервно куривший возле форточки Григорий Константинович.

– А я думаю, что у него просто дворовая закалка, – как всегда возразила заплаканная Маргарита, протиравшая кухонным полотенцем чайные чашки. – Хотя на одну кошачью жизнь у твоего пирата стало меньше. Да, кстати, мне кажется, что вам двоим пора в постель. Быстренько собирайтесь. Уже непозволительно поздно.

Зевнув во весь рот, Кирилл послушно пошел в свою комнату, пожелав дедушке и бабушке спокойной ночи. В ответ старики вместе тяжело вздохнули.

В темном коридоре мальчик остановился, еще крепче прижимая к груди своего маленького мурлыкающего друга. Из большой комнаты слышались голоса родителей. Кирилл замер. Говорила мама, медленно вращая на пальце тоненькое колечко с зеленым камешком:

– Не знаю, Валера. Я не готова к такому шагу. Брак – это вечный компромисс, а я столько лет жила одна. И потом, после всего что случилось, нам будет очень тяжело вместе. Гибель Дины всегда будет стоять между нами.

– Мы обязаны попробовать жить все вместе, – убежденно возражал ей отец. – Ради Кирилла, ради нашей любви. Пожалуйста, Оля, соглашайся. Вот посмотришь, у нас все получится.

Кирилл решил, что ему пора вмешаться. Он шагнул в комнату и, глядя на удивленных его появлением родителей, радостно произнес:

– Вы обязательно женитесь! Это же здорово! Вот посмотришь, мамочка, все будут счастливы, и мы с папой постараемся сделать так, чтобы счастье наше не кончалось.