Вокруг света за 80... свиданий - Дженнифер Кокс

Так почему меня задело, что у Келли кто-то есть? Я думала, что отделалась от него, выбросила из души и сердца. Отчего же он по-прежнему засоряет мой эмоциональный канал?

Все эти мысли теснились в моей голове, словно борясь зато, какая доведет меня до нервного срыва. Я глотнула медового эля и нацепила на нос очки, чтобы скрыть слезы, угрожающие брызнуть из глаз.

Нежелание плакать на людях заставило меня приглядеться к сидящим за столиками. Рядом устроились две женщины лет тридцати, с гигантскими гривами выбеленных пергидролем волос, величественно колыхающихся при каждом движении, словно волны, вылепленные из сахарной ваты. Они о чем-то тихо говорили, наклоняясь друг к другу и выкуривая сигарету за сигаретой.

Очевидно, у них были проблемы с бойфрендами. Женщина слева так яростно тушила сигарету, что лопнул фильтр.

— Понимаешь, меня и в городе не было всего неделю, — с горечью бросила она. — Вот что всего обиднее.

Я, окончательно упав духом, беззастенчиво подслушивала. Сравнивая проделки неверных дружков, обе жаловались на то, как тяжело родиться женщинами, и все же не собирались рвать отношения с мужчинами.

Еще две участницы хора Тамми.

Может, именно так и развиваются отношения с мужчинами — сначала восторг первооткрывателя, нашедшего сокровище в образе Родственной Души, в конце — ненависть к себе, превратившейся в тряпку, о которую вытирают ноги. И если так оно и есть, нужны ли мне подобные отношения? Что, если Гарри окажется подобием Келли? Могу я доверять ему или всегда буду настороже, ожидая первых предательских признаков того, что все пошло наперекосяк?

Я снова глотнула эля и призадумалась. И неожиданно разозлилась на себя за излишний мелодраматизм.

«Брось ты все эти глупости, Дженни», — сурово велела я себе.

Если я прошла такой длинный путь только чтобы разочароваться, значит, не заслуживаю поддержки друзей, не говоря уже о встрече с таким чудесным человеком, как Гарри. И ведь есть же на свете пары, которые верны друг другу. Правда, я изменила бедняге Питеру с Филипом, когда была в Австралии. Но больше такого не случится.

Пусть у Келли новая подружка (несчастная женщина). Мне он безразличен. Я не хочу все время оглядываться на прошлое. Мне нужен кто-то получше. Можно, конечно, остаться здесь и предаваться мрачным размышлениям. А можно пойти и узнать, действительно ли я встретила его.

Вскочив и противясь искушению посоветовать женщинам бросить своих дружков-неудачников, я направилась к двери. Черт с ней, с женской гордостью! Немедленно еду в отель и звоню Гарри!

Я мчалась по городу как сумасшедшая, лавируя между машинами. Дважды рванула на красный свет, горевший, по моему мнению, слишком долго.

Бросив велосипед в вестибюле отеля, я нетерпеливо подпрыгивала у лифта, пока толпа новоприбывших постояльцев пыталась компактнее разместить в кабине багаж. Наконец, не выдержав, я взбежала по лестнице на третий этаж. Ворвалась в комнату, и первое, что увидела — красные вспышки на автоответчике. ВОТ ОНО!

Схватив трубку, я набрала номер службы ответов. Автоматический голос поблагодарил меня за звонок и сообщил: «Для вас имеется два сообщения. Первое оставлено сегодня в пять двадцать три. Сообщение первое: «Привет, беби! Я, наконец, убрался с Плайи. Абсолютно измотанный и грязный. Завидую тебе, небось, успела уже отмыться и спишь в настоящей постели. Мне все это грозит только через семь часов. Позвони, когда получишь сообщение. Хочу узнать твои новости»».

Услышав голос Гарри, я опустилась на кровать и расплылась в широченной улыбке. Боже, даже голосу него потрясающий: чуть хрипловатый от пустынной пыли и бессонницы, с отчетливым американским акцентом. М-м-м…

«Второе сообщение оставлено сегодня в семь часов девять минут. Сообщение второе: "Пять безумных дней на Плайе, и я способен думать только о тебе. Ты, в самом деле, что-то, британочка. Позвони мне!"»

И я позвонила. Я свернулась клубочком на кровати в отеле Миссоулы. Он лежал в своей постели, вернее, в постели дорожного трейлера где-то между Рино и Сиэтлом. Целых два часа мы проговорили о божествах у основания Пирамиды, о «будке плохих советов», где людям рекомендовали не мазаться кремом от загара и пить меньше воды, о том, что вытворяли наши друзья в «Костко» после моего отъезда…

Говорили о моем желании продолжить путешествие и о том, что это означает для нас обоих. Он утверждал, что все понимает, поддерживая во мне уверенность в правоте моего решения. Кроме того, мы успели также поболтать о Сиэтле и о том, как будем проводить время вместе.

Встреча в пустыне была волшебной и немного театральной, словно не в настоящей жизни, а на экране кино. Но теперь, пока мы говорили, смеялись и затевали шутливую перепалку по телефону, я вдруг сообразила, что мы могли встретиться на автобусной остановке, или в баре, или на свидании вслепую, и я все же посчитала бы Гарри, интригующим и интересным человеком. Вовсе не Плайя и не БРС заворожили меня. Дело в Гарри.

Знаете, пусть я и виню Гектора, вдолбившего мне в голову стихи «Карпентерз», зато теперь твердо уверена, что у нас с Гарри… все только начинается.