Дело не в размере - Мэг Кэбот

– Он приехал на лыжах, – объяснила я, стуча зубами.

В доме царило благодатное тепло. Размораживаясь, мои окорочка отчаянно болели.

– На лыжах? – удивился Купер. – И где его лыжи?

– Он их потерял, – встрял Гевин.

Купер, похоже, впервые заметил Гевина.

– А… – протянул он. – Опять ты?

– Вы не должны сердиться на Хизер, – начал Гевин. – Во всем виноват этот парень. Видите ли, она пыталась хоть немного протрезвить его и повела вокруг парка, но он сопротивлялся. К счастью, я проходил мимо и помог дотащить его. Если бы не я, кто знает, чем бы дело кончилось. Парень мог бы отморозить себе чего-нибудь. Или того хуже. Я слышал, в этом парке бродит один сумасшедший доктор, который набрасывается на пьяных, вырезает почки и жертвует их боливийцам, живущим на диализе. Представляете, просыпаетесь вы утром, у вас все болит, а вы не можете понять почему. Бац! Оказывается, у вас слямзили почку!

Надо же! Гевин воистину гений импровиза. Он врет с такой легкостью, так убедительно, что мне стало очень интересно, сколько историй скормил он мне самой за те несколько месяцев, пока мы с ним знакомы?

Купера, похоже, это не впечатлило.

– Прекрасно, – сказал он. – Спасибо за помощь. Теперь, я полагаю, мы справимся собственными силами. До свидания.

– Я провожу тебя, – начала я, но голос из коридора не дал мне договорить.

– Слава богу! – В гостиную вошел папа в пижаме и халате.

По всклокоченным волосам было понятно, что он крепко спал, но Танин звонок разбудил и его.

– Хизер, мы так бес покоились. Когда Таня позвонила и мы не нашли тебя в комнате… Никогда так больше не делай, моя девочка! В следующий раз, когда соберешься уходить, скажи кому-нибудь из нас, куда ты идешь.

Я изумленно переводила взгляд с папы на Купера и обратно.

– Вы серьезно?

– Я провожу Гевина домой, – сказал Купер, и мне стало ясно, что придется смириться. – Хизер, постели Джордану на диване. Алан, позвони Тане и скажи, что Джордан остается у нас на ночь.

Папа кивнул.

– Я скажу ей, что он был на вечеринке выпускников. И пришел к нам переночевать, чтобы ее не беспокоить.

Я застыла, отчасти оттого, что уже почти забыла имя папы, которое только что назвал Купер, отчасти осознав абсурдность того, что услышала.

– У Джордана нет друзей, – сказала я. – Кто мог его позвать на вечеринку? И ему бы в голову не пришло, что он может побеспокоить Таню своим поздним возвращением.

– У меня есть друзья, – возмутился Джордан с дивана, где Люси не прекращала вылизывать его лицо. – Вы двое – мои друзья. Или шестеро. Неважно, в общем, все, кто здесь собрался.

– Мне не нужен провожатый, – заявил Гевин, увидев, что Купер потянулся за пальто.

– Возможно, – насмешливо проговорил Купер. – Но мне самому не мешает подышать свежим воздухом. Пошли.

И они вышли на улицу, оставив меня наедине с папой и Джорданом – двумя людьми, которые оставили меня тогда, когда я больше всего в них нуждалась, и которые вернулись, когда стали мне совсем не нужны.

– Ты – мой должник, – сказала я Джордану, возвращаясь в гостиную с простынями и салатной миской (на случай, если его будет тошнить).

И хотя была более чем уверена, что он не вспомнит ничего завтра утром, добавила:

– А на твою свадьбу я все-таки не приду. – Потом повернулась к папе и сказала: – Не говори Тане, что я была с ним.

– Я хоть и провел в тюрьме последние двадцать лет, – ответил папа с достоинством, – но кое-что в этом понимаю.

– Ну и молодец, – сказала я и, позвав Люси, поспешила к себе в комнату, надеясь на то, что успею закрыть дверь раньше, чем вернется Купер.

Знаю, Сара осудила бы меня за то, что я использую тактику страуса.

Но когда дело касается Купера, это единственно действенный метод.