Падший ангел - Элизабет Чедвик

— Твоя энергичность поразительна, Лилит. Не понимаю, как тебе удалось завершить строительство в такие короткие сроки.

Женщина обернулась на голос. Сюзанна, стоявшая несколькими ступенями выше, внимательно разглядывала зал. На ней было голубое шелковое платье, гармонировавшее с глазами, шею обвивала голубая бархатная лента с сердечком, которое давным-давно подарила ей Лилит. Необычно глубоким для Сюзанны был вырез, приоткрывавший верхнюю часть груди.

Хозяйка заведения не сдержала изумленного вздоха. Она всегда считала сестру прекрасным юным созданием, ребеночком, ангелочком, но в этом платье…

— Зачем ты здесь, Сюзанна? — тревожно спросила женщина, бросив нервный взгляд на толпу.

— Я пришла на открытие.

— В этом платье? У него очень глубокий вырез.

— Не больше, чем твой, Лилит, — безразлично проговорила Сюзанна. — Я думала, мне он очень идет.

— Каждый мужчина в этом зале разделяет твою точку зрения. Пойдем в мой кабинет.

Схватив ее за руку, Лилит потащила сестру наверх и, войдя вместе с ней, закрыла дверь.

— Я не собираюсь убегать, — улыбнулась Сюзанна. — Кроме того, я пришла поговорить с тобой, поскольку ты не хотела этого делать.

— Не желаю, чтобы кто-нибудь нас беспокоил.

Девушка кивнула:

— Или подслушивал. Мне надо кое-что спросить у тебя.

Лилит поджала губы:

— Мне тоже.

— Очень хорошо. Что ты хочешь узнать?

Оглядев комнату, девушка уселась в кресло с высокой спинкой, сложив руки на коленях.

Лилит вздрогнула — сестра часто так сидела в детстве. Сердце зашлось от боли, и ей стоило большого труда сформулировать вопрос:

— Карлос убежден, что, возможно, я неправильно оценила ваши с Кортом отношения. Я хочу, чтобы ты рассказала мне, что произошло.

Щеки девушки порозовели, но она взглянула прямо в глаза сестры:

— Арон целовал меня, ласкал и… некая часть его вошла в меня. Он дал мне столько наслаждения, что я потеряла способность думать. Это ты хочешь узнать?

Она высоко подняла голову, вызывающе поджав губы и широко открыв глаза, словно собираясь сдержать слезы.

— Разве ты не знаешь, что такого рода вещами нельзя заниматься с мужчиной? — спросила Лилит.

— Откуда мне знать? Отец и мама никогда не разговаривали со мной об этом.

— Нет, но…

— Когда между нами начали происходить э… странные вещи, я не знала, что мне делать. Я собиралась спросить у тебя, писала тебе записки, помнишь? Я говорила, что это важно, но ты так и не пришла. И тогда я начала читать Библию.

— Библию! Там ничего не говорится…

— Я читала «Песнь Соломона». Ты когда-нибудь читала ее?

— Конечно.

— А я нет. То есть, читала, но не понимала смысла. Там описывается все то, что происходило со мной. Мне казалось, что наши отношения с Ароном удивительны, неповторимы. Такие же нежные чувства испытывал Соломон к своей возлюбленной. Я не знала до тех пор, пока ты не сказала мне там, в пещере, что вы проделывали с ним то же самое, что Арон занимался этим со всеми, кому не лень.

Сюзанна опустила глаза.

— Это преступно, — процедила сквозь зубы Лилит. — Это преступление, что они вырастили тебя в полном неведении.

— Я согласна с тобой, но теперь уже поздно жалеть об этом. Я хочу, чтобы ты ответила на некоторые вопросы, Лилит.

Та напряглась, но решила быть такой же прямой и откровенной, как сестра. Нужно повлиять на нее, чтобы в будущем избежать повторения ошибок.

— Арон сказал, что его отношения с тобой были чисто профессиональными. Что он имел в виду?

— Он хочет сказать, что не касался меня до тех пор, пока не заплатит. Можешь поверить, это вылилось ему в копеечку, — холодно отметила хозяйка борделя. — Ни одна умная женщина не позволит полностью отдать себя мужчине. Она заставляет его либо жениться на ней, либо заплатить.

— Арон хотел жениться на тебе?

— Я не хочу выходить замуж. Я принадлежу себе. Так будет всегда.

— Но ты продаешь свои услуги, свое тело, да? Зачем? Значит, ты тоже получаешь от этого какое-то удовольствие. Возможно, у тебя от этого получится ребенок. Думаю, так и происходит, когда мужчина и женщина…

— Да, так это и происходит, только разница в том, что я знаю, как о себе позаботиться, а ты нет.

— Ну, так скажи мне.

— Тебе не нужно этого знать, Сюзанна. Надеюсь, в будущем ты будешь держаться подальше от мужчин, если, конечно, не выйдешь замуж.

— Но ты ведь не держишься от них подальше. Ты позволила Арону заниматься с тобой любовью, причем столько раз, сколько он платил тебе. Кроме него, были и другие мужчины…

— Время от времени, — резко оборвала ее сестра. — Сейчас ситуация изменилась.

— Именно это имел в виду Джоб Пэккард, когда говорил, что я такая же шлюха, как и сестра? Он думал, что я зарабатываю деньги?

— Джоб Пэккард — сумасшедший. Злобный пес. Забудь его слова, дорогая.

— Как я могу? Мне по-прежнему снятся Джоб и Иеремия. Они угрожали изнасиловать меня на глазах Арона. Это делал со мной Корт?

— Насилие — это когда женщина не желает. Если ты согласилась, то это уже не насилие.

— С Ароном я пошла по своей воле, но я боялась заниматься любовью с Иеремией. То, о чем он говорил, не имело никакого отношения к удовольствию. Он хотел причинить мне боль.

— Сюзанна…

Лилит поднялась, но сестра отвернулась.

— Я убила его. Ты знаешь об этом, Лилит?

— Ерунда.

— Нет. Я подмешала яд ему в кофе, чтобы Иеремия не смог исполнить угрозу. Я отравила и Джоба, но, как мне сказала Клара, ты повесила его прежде, чем у него появился шанс умереть.

— Ты кому-нибудь говорила об этом? — обеспокоенно спросила женщина.

— Только Арону и Квинси. Возможно, я убила еще пару человек, потому что высыпала остатки грибов в виски. Наверно, я проклята за то, что согрешила с Ароном и убила этих людей и…

— Ты не проклята, Сюзанна. Ты понятия не имела, что делала с Кортом, этим мерзавцем. Что касается Пэккардов, то у людей есть право защитить себя от подобных скотов. Я горжусь тобой, дорогая.

— Гордишься мной? — Девушка с любопытством взглянула на сестру. — Я думала, ты ненавидишь меня. В пещере мне казалось…

— Я не испытываю к тебе ненависти, Сюзанна. — Сердце женщины болезненно сжалось. Карлос думал так же, однако это не соответствовало истине. — Ненависти нет места в моей душе. Я хочу защитить тебя. А теперь тебе надо возвращаться домой.

— Нет, я собираюсь здесь работать. Теперь тебе трудно мне отказать, ссылаясь на мою невинность. Именно поэтому ты раньше запрещала мне приходить и помогать? Ты не хотела, чтобы я узнала, что здесь происходит? Все девушки, работающие здесь, получают деньги за удовольствие, даримое ими мужчинам.