Как две капли воды - Даниэла Стил

Виктория долго молчала, и когда все-таки заговорила, Оливияпотрясенно схватилась за сердце.

– Не знаю, долго ли сумею выдержать, – едва слышнопризналась Виктория. – Олли, я попытаюсь, но… нам не стоило заключать этотбрак. Он тоже это чувствует, хотя и старается изо всех сил. Но все это такневерно, все зря. Он по-прежнему любит жену, а я не могу забыть Тоби, онпостоянно присутствует третьим между нами… особенно в постели.

– Не позволяй этому человеку разрушить ваш брак! –ужаснулась Оливия, взяв сестру за руку и садясь рядом. – Выбрось его изголовы.

– А Сьюзен? Он помнит о ней каждую минуту. Олли,поверь, он никогда не питал и не будет питать ко мне ничего кроме дружескихчувств, – призналась Виктория, грустно, но без особого отчаяния. – Ивсе уверения насчет того, что люди со временем начинают любить другдруга, – чистый вздор. Да как можно полюбить совершенно чужого тебечеловека?!

– Вы привыкнете… свыкнетесь… дай срок… Джеффри тебепоможет.

– Он ненавидит меня. Как и его отец.

– Перестань! – едва не заплакала Оливия. Такогоона не ожидала. Правда, временами ее одолевали дурные предчувствия, но она вжизни не предполагала, что Виктория так несчастна. – Обещай, чтопопытаешься. Только не наделай глупостей!

– Представить не могу, что мне придет в голову, –откровенно призналась Виктория, и внезапно она показалась Оливии куда болеевзрослой и женственной. Правда, это, возможно, всего лишь иллюзия. Постороннийчеловек наверняка не увидит разницы. – Никогда не чувствовала себя болеебеспомощной, – продолжала Виктория. – Олли, что мне делать?

– Стань ему хорошей женой, будь терпеливой и доброй кДжеффри. Помнишь, ты обещала Чарлзу в день свадьбы?

– Любить, почитать и слушаться мужа? Как все это унизительно! –фыркнула Виктория, вынимая папиросу.

– Как ты можешь говорить такое? – взорваласьОливия, пристально глядя на сестру. Виктория просто невозможна! И хотя Оливиялюбила сестру, все же безошибочно могла предсказать, что хорошей жены из нее неполучится.

– Чарлз не возражает против твоего курения? –встревожилась Оливия.

– Надеюсь, нет, – засмеялась сестра. – Теперья здесь госпожа.

Правда, она ничего подобного не чувствовала. Ее привезли вчужой дом, заставили жить с чужими людьми, а она больше всего на свете хотелауехать в Кротон, с сестрой и отцом. Но они не позволят ей покинуть мужа.

– Ты побудешь в Нью-Йорке несколько дней? –взволнованно спросила она и облегченно вздохнула, увидев кивок Оливии. – Ядаже не знаю, с чего начать, – заныла она.

– Я буду приходить каждый день, пока все не устроится.

– А потом? – в отчаянии заломила руки Виктория.Теперь, когда сестра рядом, больше нет нужды скрывать свои чувства и ужас,охвативший ее. – Что потом? Я даже не знаю, что это такое – быть женой! Аесли я не справлюсь?

– Справишься, дорогая, просто ты сейчасрасстроена, – заверила Оливия, обняв ее, и Виктория мгновенно успокоилась,словно получив наконец возможность выплакаться на материнском плече.

– Не могу, Олли… я знаю… все было так отвратительно…

Вся ее утонченность и вновь приобретенный лоск мгновенноиспарились, и она снова почувствовала себя ребенком, ровесницей Джеффри.

– Ш-ш-ш… ты все сумеешь, – утешила Оливия. –Будь хорошей девочкой, успокойся и перестань тревожиться. Я помогу тебе.

Виктория энергично высморкалась, и, когда сестры спустилисьвниз, никто бы не отличил ее от Оливии. Когда Эдвард сказал, что им поравозвращаться к себе, ответили сразу обе девушки, и мужчины беспомощно развелируками.

– Придется вновь заставить их носить ленты разныхцветов, – добродушно посетовал Чарлз, довольный, что наконец возвратилсядомой и встретился с сыном. Казалось, прошлое вновь вернулось: в доме появиласьхозяйка, повсюду благоухают цветы. Он не понимал одного: женщина, украсившаядом к его приезду, – вовсе не та, которую он взял в жены.

Перед уходом Оливия поцеловала сестру, пообещала приехатьзавтра и прижала к себе Джеффа.

– Я буду очень скучать по тебе, – тихо проговорилаона. – Позаботься о Чипе и Генри.

– Возвращайся поскорее, – жалобно попросил мальчик.

Доусоны проводили родственников, вошли в дом и закрыли засобой дверь. Для них началась новая жизнь. Жизнь вместе.