Тупик - Айрис Джоансен

— Ну, если так, то я отвлеку вас примерно на четверть часа. — Джейн лучезарно улыбнулась и направилась к креслу для посетителей. — Вы очень молоды для столь ответственного поста. Это отчасти упрощает мою задачу. Признаюсь, я немного нервничала…

* * *

Она позвонила Тревору вечером, вскоре после возвращения домой.

— «Археологический журнал» у нас в кармане.

— Что? Повторите еще раз!

— Вы расслышали правильно. Дрейк опубликует в ближайшем номере краткую заметку об открытии Зонтага. Конечно, это не будет окончательным подтверждением, но для наших целей и этого достаточно. Он хочет, чтобы вы прислали ему по электронной почте фотографию скульптуры. Обещает сделать изображение расплывчатым, чтобы Альдо не узнал в ней статую Циры, которую он продал тому коллекционеру. Но сделать вставку в уже набранный номер можно будет только в том случае, если вы провернете это срочно…

— Помедленнее, — прервал ее Тревор. — Черт побери, как вам это удалось?

— Вы сами сказали, что времени мало, а этот журнал нам нужен. Поэтому я поехала в офис Дрейка и все сделала сама.

Тревор цветисто выругался:

— Вы покинули коттедж и поехали в Ньюарк?

— Не одна. Со мной был Джо. Он вывез меня незаметно и сам был за рулем.

— Идиот!

— Неправда! Он умный, сильный, и я сама попросила его об этом.

— А где был Бартлет? Я задушу его!

— Я же говорю, что Джо умный. Бартлет не виноват. — Она сделала паузу. — Надоело слушать ваши рассказы о том, как чудесно все складывается. Я хотела что-то сделать сама. Так что перестаньте ругаться и отошлите Дрейку эту фотографию.

Тревор немного помолчал:

— Как вы его убедили?

— Это было нелегко, — ответила она. — Я чуть не провалила все. Никак не могла его понять. Но потом в глазах Дрейка что-то блеснуло. Я это заметила и сообразила, что нужно сказать…

— Что же?

— У него натура авантюриста. Хочет потрясти мир, а вместо этого протирает штаны за письменным столом и кропает статейки о чужих находках — как правило, ужасно скучных.

— И как вы пришли к этому выводу?

— Стреляла наугад и вдруг попала в яблочко. Что-то пошутила насчет Индианы Джонса, и тут Дрейк вспыхнул, как фейерверк в честь Дня независимости.

— Он хочет быть Индианой Джонсом?

— В желании стать героем нет ничего плохого. Я решила дать ему такую возможность. Рассказала об Альдо и Цире и сказала, что без его помощи мы не сможем расставить ловушку. Позвала Джо и попросила подтвердить, что мы не мошенники, а законопослушные граждане. Пообещала ему дать эксклюзивное интервью после того, как Альдо будет пойман. И, в отличие от вас, сдержу слово. Каким будет следующий шаг?

— Вы будете сидеть тихо и даже пальцем не пошевелите.

— Я буду делать все, что сочту нужным. По-моему, я еще ничего не испортила. Расскажите лучше, как мы пригласим Еву в Геркуланум после того, как Альдо прочитает журнал.

— На подготовку уйдет еще два дня. Потом газеты напечатают интервью Зонтага, в котором он заявит, что нуждается в услугах судебного скульптора, но не первого встречного, а настоящего мастера своего дела. Затем подождем еще два дня, и наконец Зонтаг сообщит, что он сделал выбор.

— Итого почти неделя ожидания.

— Зато потом все закрутится так, что в глазах замелькает.

— Ладно. Надеюсь на вас, — смилостивилась Джейн. — Давайте заканчивать разговор. Всю ночь штудировала журнал, а потом убеждала Джо, что он поступит правильно, если поможет мне. Пойду спать. Не забудьте переслать по факсу ту…

— О господи! Вы неисправимы! Сухая и рациональная, никаких эмоций!

Джейн ощутила укол боли.

— Не понимаю, о чем вы говорите. Нужно было сделать дело, и я его сделала. Что вас не устраивает?

— Но хуже всего, что вы сами не понимаете этого. Похоже, вы так вскружили голову этому Дрейку, что он не знал, где право, где лево.

— Я дала ему только то, что он хотел.

— Что же будет с нами, бедными мужчинами, если вы начнете стрелять по нас прямой наводкой? Помоги нам, небо!

— Если вы надеетесь только на помощь свыше, то мне вас жаль. Вы ее не заслуживаете. Я рассчитывала на благодарность, а получила нагоняй.

— Я вам благодарен. Зол как черт. И напуган.

Все, с нее хватит.

— Напуганы? Черта с два! Ничего, переживете. Отсылайте фото. — Она дала отбой.

— Ему не понравилось, что ты ездила туда? — спросила стоявшая за ее спиной Ева.

— Нет. — Джейн повернулась к ней лицом. — Какая ему разница? Вам с Джо это тоже не нравилось. Но в конце концов вы согласились, что это мне по силам.

— Я ни капли не сомневалась, что это тебе по силам. Жалею, что не видела бой быков собственными глазами.

Джейн насупилась:

— Но ты сердилась, когда думала, что я использую Джо.

— Так то был Джо. А в войне с Альдо все средства хороши. Можно использовать любое оружие, но нельзя при этом причинять вред мирным жителям. — Ева улыбнулась. — В следующий раз я не останусь здесь, чтобы поддерживать домашний очаг.

— Как только мы окажемся в Геркулануме, главным действующим лицом станешь ты. Если только вообще попадем туда. На этом этапе игры Тревор продвигается вперед черепашьим шагом.

— Наверное, так и нужно, — ответила Ева. — Чем ближе к финалу, тем опаснее. Я на собственном опыте убедилась, что неоправданная спешка может погубить почти готовую реконструкцию. Хотя согласна, что ждать трудно… Ложись-ка ты спать. Ведь еле на ногах держишься.

— Ты права. — Джейн махнула Тоби и двинулась по коридору. — Сегодня ночью буду спать как убитая.

— Без снов? — тихо спросила Ева.

— О Цире?

Рушащиеся скалы. Летящие камни. Боль. Кровь. Она покачала головой.

— Я уже давно не видела снов о Цире. Может быть, все кончилось. Может быть, я больше ее никогда не увижу.

— Не зарекайся. Поскольку все наши дела имеют отношение к Цире, было бы странно, если бы ты не думала о ней день и ночь.

— Так и есть. Она всегда со мной… Я говорила тебе, что Цира, скорее всего, была в Геркулануме звездой музыкальной комедии? Так сказал Тревор.

— Нет.

— Странно, правда? У нее была такая трудная жизнь. Не могу представить ее себе скачущей по сцене обнаженной, поющей и танцующей. — Она пожала плечами. — Впрочем, наверное, она могла делать все, что хотела. Спокойной ночи, Ева.

— Приятных снов.

«О да, — подумала Джейн, закрыв за собой дверь. — Если мне что-нибудь приснится, то это будут Зонтаг, Альдо, развалины Геркуланума и Тревор, оплетающий их паутиной.