Тайны призраков - Сара Пэйнтер

Дорожку возле канала Гвен выбрала не потому, что надеялась снова встретить Ханну Эш. Скорее она рассчитывала увидеть кого-нибудь, кто мог бы передать сообщение. День только начинался, но солнце уже пробивалось сквозь облачную пелену и сырость ночи. Судя по всему, жара не собиралась отступать. Как всегда, в первую очередь Гвен подумала о том, как это может повлиять на ее шансы завести ребенка. Если Кэм будет не против, то сексом можно заняться и в саду. В конце концов, Эндхауз расположен в довольно-таки уединенном местечке.

Дойдя до первого шлюза, Гвен остановилась понаблюдать за проходящей по каналу лодкой. Женщина, открывавшая шлюз быстрыми, уверенными движениями, была в зеленых холщовых штанах, черных резиновых сапогах и объемистом плаще. На то, что это женщина, указывало лишь присутствие ярко-красного платка, повязанного поверх коротких серебристо-серых волос.

Бросив небрежное «доброе утро», женщина после секундной паузы посмотрела на Гвен внимательнее, из-под ладони.

– О, это вы. – Голос у нее был приятный, но продолжения не последовало, и незнакомка, даже не улыбнувшись, скрылась внутри баржи. Немного погодя ее голова появилась снова. – Так вы идете?

Поборов недолгие сомнения, Гвен последовала за ней.

В дальнем конце баржи Ханна опускала чайные пакетики в голубые эмалированные кружки. На маленькой газовой плите пофыркивал чайник.

Внутреннее пространство отличалось аккуратностью и организованностью. Вдоль узкого стола проходила скамья с мягким сиденьем, а висевшая в конце штора отделяла жилую зону. Из-за многочисленных ящичков и полочек на стенах возникало ощущение, что ты стоишь внутри громадного бюро. Гвен даже испытала прилив ностальгии по Нанетте, своему любимому фургону.

– Садитесь. – Ханна кивком указала на скамью. – Вам с сахаром?

– Нет, спасибо. – Гвен с интересом оглядывала интерьер, уже представляя шэдоу-бокс в стиле канальной баржи.

– Вы ведь хотите посоветоваться насчет племянницы, верно? – Ханна открыла небольшое окошечко над плитой, куда и устремился кухонный пар.

– Вы ощутили волнения силы, колебания или что?

Ханна пожала плечами.

– Вы же сами знаете, как оно бывает.

– Она общается с мертвыми. Духами.

– И в чем проблема?

– Я не думаю, что это та дорога, по которой ей следует идти. – Гвен приняла чашку и, подбирая слова, подула на чай.

– Вы тревожитесь из-за того, что привели смерть в ее жизнь?

Горячий чай опасно плеснулся у самого ободка чашки.

– Да. – Да и нет.

Кэти вернула к жизни Фреда. Это еще не было смертью, но не было и чем-то безусловно хорошим.

Ханна покачала головой.

– Вот этого я не знаю. Могу только сказать, что оно и неважно. Важно то, что она с этим делает. С ней все хорошо? Она справляется?

– Кэти хочет помочь им. – При мысли о племяннице на душе у Гвен потеплело.

Ханна опустилась на скамью под круглым, как иллюминатор, окошком.

– В нашей семье был кое-кто, кто умел разговаривать с призраками. Кузина моей матери.

– Не могла бы она поговорить с Кэти? Помочь ей?

Ханна покачала головой.

– Тетя покинула сей мир сует. Да… – Она скорчила гримасу. – Точнее, сошла с кухонного стула с петлей на шее.

– Господи. Мне так жаль.

– Я для того вам это говорю, чтобы вы предупредили вашу племянницу. – В голосе Ханы вдруг проступили жесткие нотки. – Скажите ей, что помочь им невозможно. И пусть не подпускает их слишком близко.

– Что вы хотите этим сказать?

– Это не заклинания, не заговоры, ничего такого. Мертвецы не в нашем мире. Тот, кто видит призраков, как бы смотрит через окно в иной мир, существующий рядом с нашим. – Ханна взглянула на иллюминатор. – Нельзя, чтобы она открыла это окно.

– И что случится, если все же откроет? – Гвен уже сомневалась, что Кэти вообще станет ее слушать.

Ханна снова пожала плечами.

– Пусть закроет его и дважды проверит, что оно закрыто. Вот и все.

Кэти отыскала Вайолет в Сливовом номере, где та стояла у окна с угрюмой миной на лице.

– Мир?

– Только потому, что у меня нет лучшего варианта. – Вайолет подулась еще с минуту, потом сдалась, и уголки ее губ поползли вверх. Как призрак она была совершенная непоседа, а какой при жизни, то знал только Бог. – Хочу показать тебе кое-что. Идем.

Кэти последовала за ней. Вайолет побежала вприпрыжку по коридору, то кружась, то замирая. Перед широким, красного дерева, гардеробом она остановилась, повернулась к высокому, в полный рост, зеркалу и вздохнула.

– Как жаль, что я не могу себя увидеть.

Вайолет выбежала из комнаты, вероятно, на балкон. Открыв дверь пошире, Кэти последовала за ней. Неужели исчезла? Интересно, могут ли призраки летать и не может ли Вайолет, если пожелает, облететь здание, как что-то из Питера Пэна?

Вайолет стояла, прислонившись к каменной балюстраде, устремив взгляд вдаль и с задумчивым, похоже, притворным выражением.

– Ты можешь летать? – спросила Кэти.

– А почему ты спрашиваешь? Хочешь столкнуть меня с балкона?

– Нет! – Кэти отступила на шаг, демонстрируя отсутствие агрессивных намерений. Они только-только снова начали разговаривать, а ей еще предстояло попросить Вайолет об одолжении. – Просто интересно. Подумала, что это было бы здорово. Как дополнительная привилегия.

– Привилегия мертвеца. Видит Бог, их совсем немного. – Вайолет покачала головой. – В конце концов, не такое уж это офигительно большое приключение.

Кэти улыбнулась.

– Я просто подумала о Питере Пэне.

– Действительность далеко не всегда оправдывает наши ожидания. – Вайолет повернулась и посмотрела на Кэти печальными глазами. Видеть это трагическое выражение одиночества на красивом, юном лице было невыносимо. И хотя Вайолет, несомненно, знала, какое впечатление оно производит, сердце у Кэти сжалось от сочувствия.

– Что ты хотела показать мне? – мягко спросила она, подавляя естественный порыв погладить Вайолет по руке. Пройдут ли ее пальцы сквозь пустоту или ощутят что-то вроде электрического разряда? И что хуже, первое или второе?

– Посмотри туда. – Вайолет указала на сад.

Кэти посмотрела – лужайка, живая изгородь, клумбы, декоративный пруд и стена из красного кирпича с железными воротцами в центре, которые вели в старый фруктовый сад. Участок заканчивался за ха-ха; дальше шли поля, а за ними виднелся лесок. Вид этот, должно быть, сохранился без особых изменений с тех пор, когда Вайолет жила здесь со своей семьей – братьями и сестрами, матерью и отцом. Жила, как любая девушка, как Кэти, мечтая о будущем. Была ли она влюблена?