Я тебя верну - Маргарита Дюжева

— Надеюсь, я ясно выразилась?

— А ты не лезь к моему Владу! — внезапно выдает она, делая упор на слово моему.

— Еще раз, для особо одаренных. Я здесь по работе. И если мне понадобиться общаться с Владом, я это сделаю.

Сделала уже. В подсобке.

Смотрю Ольге в глаза и не чувствую ни малейшего укола совести. Потому что это не ее Влад, и никогда он таким не был.

Он мой! И что с этим делать, я не знаю.

— Я не понимаю, почему ты вообще с ним работаешь? Как пролезла в его отдел?

— Оля, Оленька, тише, — папа пытается ее утихомирить, потому что на нас уже косятся проходящие мимо официанты, — это я ее туда поставил.

— Папа! — она возмущенно вспыхивает, — как ты мог?

Я отхожу от родственников, оставляя их наедине. Оленька сейчас наверняка начнет ныть, ездить отцу по ушам, наговаривать на меня. Он развесит нюни, будет вздыхать с самым несчастным видом и утешать бедную малышку, а потом попросит меня быть снисходительнее к младшенькой, и не обижать почем зря.

Задолбали. И младшенькая, и папка-тюфяк, и тетя Лена, прыгающая вокруг своей кровиночки. Впервые мне хочется сбежать от них. Провести линию, за которую никому из них нельзя переступать, и больше никогда не видеть и не слышать.

Увы, это невозможно. Все снова упирается в семейный бизнес. Бросить бы, да не дождутся. Я и повышения добьюсь, и с партнёрами налажу контакты, и докажу всем на что способна… а вот потом посмотрим. Не знаю, как в дальнейшем сложится моя жизнь, но сомневаюсь, что захочу до скончания веков терпеть это все.

Я ухожу с мероприятия одна из первых. Мужчины уже окончательно расслабились, и разговоры ушли от работы в сторону более тривиальных вещей: отдыха, путешествий, развлечений, а жены говорили о своих супружеских делах, и мне с ними было откровенно скучно.

Пользы от дальнейшего пребывания не было никакой, поэтому я прощаюсь и, сославшись на то, что мне надо готовиться к завтрашнему выступлению, покидаю зал. Забираю свои вещи из гардероба и выхожу на крыльцо.

Снег все еще идет, превращая дорогу в кашу. Такая же муть и у меня в душе. Будто выпотрошили без анестезии, а потом просто все свалили обратно некрасивой бесформенной кучей. Вроде и радоваться надо, что достигла своих целей, а не получается. Потому что сегодня между мной и Владом все стало в разы сложнее.

Кстати, о Владе…

Я же оставила его там в зале, вместе с остальными. Какого черта выходит следом за мной?

— Я тебя отвезу.

— Ты пил. Какое отвезу.

— Меня машина с водителем дожидается.

— Олю свою домой отвези, — огрызаюсь я, предпринимая тщетную попытку обойти этого упыря.

Почему он не может просто оставить меня в покое?!

— Сама справится. Я вызвал ей такси. Пусть катит, куда захочет.

— Какие у вас возвышенные отношения. Скажи, Влад, а я так же была не нужна на таких мероприятиях? — усмехаюсь, заглядывая в темные глаза.

— Не передергивай, Ясь. Я сто раз объяснял, почему тогда не брал тебя с собой.

— Да-да, я помню. Не хотел мешать работу с личным, не хотел, чтобы на меня кто-то там пялился. Так вроде?

— Не только. Меня бесила одна мысль, что ты окунешься в свой карьеризм, и из-за этого я тебя потеряю.

— Потому ты решил посадить меня дома, под семью замками? Мудрое решение, ничего не скажешь. Хотя в чем-то ты был прав. Тяга к самореализации у меня перевесила желание носить тебе тапочки в зубах.

— Всех. Хватит. Поехали.

— Не надо. И без тебя дорогу знаю.

— Ясь, заканчивай. Я не отпущу тебя одну. Уже поздно.

— Я. Поеду. Без тебя.

Швецов злится, но понимает, что единственный способ заставить меня поехать с ним — это силком закинуть в машину и забаррикадировать двери, чтобы на ходу не выпрыгнула. Отступает, позволяя мне вызвать такси и сесть в машину, но до самого дома я вижу его темный внедорожник, следующий за нами по пятам.

Он провожает меня до подъезда и уезжает, только когда я поднимаюсь домой, зажигаю свет в квартире.

Чокнутый! И я не лучше! Потому что продолжаю стоять у окна, и смотреть на то место, где еще недавно была его машина.