Принцесса Элли - Эмма Чейз

Затем все это — легкие поцелуи, мягкие, сладкие и обожающие. Вот так мы начинаем наш день.

Совсем не плохо.

После того как он выскальзывает из меня, я поворачиваюсь в его объятиях и жадно его целую в мятно-свежий рот. А потом замечаю время на его часах.

— Черт! Мы опаздываем. Мы не можем опоздать.

Я отрываюсь от него и включаю душ на полную мощность.

Логан одаривает меня дразнящей улыбкой.

— Так вот как это бывает, да? Ты получила то, что хотела.

Я хихикаю, поворачиваясь к нему, чтобы чмокнуть его в губы.

— Да, так и есть.

Он игриво щиплет меня за задницу.

— Я для тебя просто кусок мяса.

— Нет, ты для меня сексуальный кусок мяса. И я люблю тебя.

Его глаза цвета красного дерева становятся теплыми и светлыми, почти золотыми. Так он смотрит на меня всякий раз, когда я произношу эти слова.

После еще одного быстрого поцелуя я запрыгиваю в душ — потому что нам действительно нужно спешить. Если мы опоздаем, Ливви мне весь мозг вынесет.

Она хотела, чтобы мы переночевали у них с Николасом прошлой ночью, но я захотела остаться здесь, в доме Логана — в нашем доме. Это мое любимое место, даже более любимое, чем дворец.

В рекордно короткое время я выхожу из душа, с волос капает, футболка прилипла к моему все еще влажному телу, и я бегу к внедорожнику на подъездной дорожке. Мое платье и смокинг Логана ждут нас во дворце, где отряд стилистов приведет меня в презентабельный вид.

На подъездной дорожке Гарри, молодой, беззаботный телохранитель с каштановыми волосами до плеч, спорит с Бартоломеем, более крупным охранником.

— В тебе этого нет, приятель.

— О, во мне это есть — можешь мне поверить.

Я понятия не имею, о чем они спорят, но у меня нет на это времени.

— Вы оба получите пинок под зад, если кто-нибудь не отвезет меня во дворец прямо сейчас! — кричу я.

Они оба выглядят потрясенными. А потом начинают шевелиться.

— Она довольно жесткая малышка, не так ли? — говорит Гарри Логану, когда он забирается на заднее сиденье вместе со мной.

Логан только смеется. И смотрит на меня.

— Однажды ты станешь хорошей мамой.

Я качаю головой, глядя на него.

— Это то, что ты понял из моего заявления? Вот так?

— Конечно — ты говоришь совсем как мама Томми, а она лучшая из всех, кого я знаю.

И кое-что приходит мне в голову — то, о чем мы еще не говорили.

— Ты хочешь этого однажды? — я подражаю акценту Логана. — Быть папочкой?

— Хочу. — Его лицо смягчается. — Если ты будешь мамой, я бы очень хотел быть папой.

Мой живот теплеет и дрожит.

— Я тоже. Хотя, наверное, сначала стоит сделать меня миссис.

Логан целует мою ладонь, улыбаясь.

— Таков план.

Приятно это знать.

Но на сегодняшний день важна только одна свадьба: королевская.

* * *

Леди Сара сидит за туалетным столиком в специальной комнате для новобрачных в задней части собора Святого Георгия и выглядит просто сногсшибательно в белом кружевном свадебном платье с короткими рукавами, двухслойной юбкой из тюля и кружевной вуалью длиной в этот самый собор. Она — образ идеальной невесты. Темноволосая Барби-невеста.

Она смотрит на свое отражение в зеркале, повторяя:

— Все будет хорошо. Все будет замечательно. Все будет замечательно.

— Она под наркотой? — спрашивает Пенелопа фон Титеботтум, сестра Сары, указывая на нее букетом из лилий и сирени, который подходит к ее платью подружки невесты лавандового цвета. — Ты принимала наркотики, Сара?

— Я была бы не против. — Сара закрывает глаза и глубоко дышит. — Это успокаивающая техника, которой меня научил мамин мастер по медитации: «Говори, пока не поверишь». Все будет хорошо. Все в порядке. Все очень, очень хорошо.

Она действительно выглядит так, будто принимает наркотики.

Моя бедная сестра ковыляет из ванной, выглядя неловко в красивом сиреневом платье для беременных с очаровательным белым бантом над огромным животом.

Я не участвую в свадебной церемонии. Я здесь только для того, чтобы хорошо выглядеть. И помочь Саре сохранять спокойствие, если смогу. И… ловить детей Ливви, если понадобится.

— Ты хорошо себя чувствуешь, Лив? — спрашиваю я ее. — Ты выглядишь немного бледной.

Она гладит меня по руке.

— Это мой нормальный цвет в последнее время.

Потом она медленно выдыхает… совсем как Сара.

— Все будет хорошо… Все будет хорошо…

— Все будет хорошо, — твердо говорит моя сестра Саре. Она единственная из присутствующих, кто уже проходил эту королевскую зеленую милю, так что надеюсь, что Сара учтет ее мнение.

Сара встает и кивает.

— Ты права. Свадьбы проводят каждый день. — Она пожимает плечами. — Я имею в виду, правда, сколько там вообще людей?

Оливия закрывает глаза и потирает поясницу.

Пенелопа старается быть полезной:

— Не так много. Всего лишь несколько… тысяч.

Лив медленно опускается на стул у стены, глубоко вдыхая.

— Тысячи — детский лепет. — Сара неубедительно усмехается. — А общее количество зрителей по телевизору не может быть больше пары…

— Миллионов. — Пенелопа машет рукой. — Десятки миллионов. Пффф.

Сара кивает.

А потом она падает на туалетный столик, закрыв лицо руками.

— О Боже, помоги мне! Пожалуйста… пошли мне чудо.

Вот тогда Лив начинает тяжело дышать.

— Хы, хы, хы, ху. Хы, хы, хы, хууууу.

О боже.

Сара оборачивается.

— Оливия… ты… рожаешь?

Держась за живот, моя сестра кивает.

— Прости. Извините меня, я знаю, что это…

— …потрясающе! — кричит Сара, воздевая руки к небесам. — Благодарю тебя, Господи! Да!

— Ты не расстроена, что я краду твой звездный час? — спрашивает Оливия, тяжело дыша.

— Возьми и час, и день тоже! Если все поймут, что у тебя начались роды, никто и не посмотрит на меня. Идеально. — Будущая королева трезвеет. — Но сможешь ли ты пройти церемонию? Я не хочу, чтобы ты рисковала.

Моя сестра морщится.

— Я, кажется, в состоянии пройти по проходу. Но я хочу поскорее попасть в больницу, так что, если архиепископ начнет бубнить, я дам вам сигнал. Если я буду стонать в агонии — ты поймешь.