Улица роз - Дебби Макомбер

— А еще и Джек.

— Вот именно. — Тем не менее голос Оливии слегка смягчился. — Мне очень не нравится наша ссора. Я сорвалась.

— Позвони ему, — посоветовала Грейс. — Думаю, он придет в восторг, когда услышит твой голос.

Оливия минуту раздумывала над предложением, а затем покачала головой:

— Пока нет. Мне нужно время, чтобы успокоиться и проанализировать ситуацию.

— Хочешь где-нибудь поужинать?

Грейс не стала бы предлагать этого, потому как теперь у нее не было свободных средств, но понимала: подруге необходимо поговорить.

— Поехали ко мне. У меня много чего осталось. Подруги матери наготовили еды на ближайший месяц. Осталось огромное количество лазаньи с брокколи.

— Уговорила. — Теперь Грейс так редко готовила, что домашняя еда сразу же привлекла ее.

Двумя часами позже, умиротворенные вкусной пищей, бокалом красного вина и приятным голосом Анны Марри, подруги сидели в гостиной Оливии. Шарлота тем временем спала в задней спальне.

Расслабившись, Грейс выпила второй бокал вина и закрыла глаза.

— Может, мне стоит позвонить Джеку? — спросила она. — Помнишь, мы делали так в школе? Если я ругалась со своим парнем, ты звонила и все улаживала.

Оливия тихо засмеялась, сидя рядом с подругой на диване.

— Конечно я помню. Но это немного по-детски, не думаешь?

— Ну и что? — спросила Грейс.

— Вперед, — засмеялась Оливия. — Посмотрим, что он скажет.

Грейс не нужно было повторять. Это было глупо, но забавно. Оливия дала подруге трубку от телефона, а Грейс нашла номер Джека в быстром наборе и стала ждать соединения.

За секунду до ответа Джека она изменила свое мнение и передала трубку Оливии:

— Я не знаю, что сказать.

Грейс боялась, что подруга даст отбой, но Оливия прижала трубку к уху.

— Это я, — проговорила она. — Я хочу извиниться за то, что была несдержанной.

Оливия ничего не говорила несколько мгновений, а затем медленно улыбнулась.

— Ты прощен тоже. — Она засмеялась над словами Джека. — Можешь поблагодарить Грейс. Именно она настояла на том, чтобы уладить этот конфликт.

Вскоре Оливия закончила разговор и посмотрела на Грейс.

— Спасибо, — прошептала она.

— Не за что, — ответила Грейс, искренне радуясь.

— Ты хочешь, чтобы теперь я позвонила Клифу? Номер?

Грейс покачала головой, но Оливия проигнорировала отказ подруги.

— Оливия!

— Не заставляй меня искать, — ответила она. — И не говори, что ты не знаешь наизусть его номер.

— О, ладно.

К удивлению Грейс, Оливия не стала передавать ей трубку. Подруга дождалась, пока ответит Клиф, а затем сказала:

— Привет, Клиф. Это Оливия Локхарт. Я хотела поблагодарить тебя за цветы, которые ты послал маме. Они невероятно красивы. — После короткого разговора о состоянии Шарлоты она сказала: — Тут кое-кто хочет поздороваться с тобой.

Она передала трубку Грейс.

Грейс сделала глубокий вдох и попыталась расслабиться, когда подносила трубку к уху.

— Привет, Клиф.

— Грейс. — Он был удивлен, но тем не менее обрадован. — Я думал, Оливия живет с матерью.

— Не совсем — Шарлота пока остается здесь. Но когда вернется в свой дом, ее друзья будут по очереди оставаться с ней. Я здесь потому, что мы с Оливией ходили на аэробику, а затем поужинали и выпили пару бокалов вина.

— О, это все объясняет. Ты чувствуешь себя достаточно храброй, чтобы поговорить со мной.

— Что-то вроде того.

— Мы так и не закончили наш разговор тогда в субботу, верно?

— Да, — признала Грейс.

— Ты хочешь попробовать вновь?

Действительно, будто вернулась в подростковый возраст.

— Я бы очень хотела попробовать, — робко ответила Грейс.

— Как и я, — сказал Клиф. А затем повторил: — Как и я.

Шэрон Кастор — адвокат Рози Кокс по делу о разводе — объяснила, что следующим шагом будут слушания сторон. Они встретятся с адвокатами на обоюдно согласованной территории, чтобы обсудить последние детали дела, включая опеку над детьми.

Они договорились встретиться в библиотеке при зале суда. Главной проблемой было решение, касающееся детей. Если они не смогут договориться об опеке или разделе имущества, то предстанут в суде перед судьей на неформальном слушании. Шэрон сказала, что решение судьи не обязательное, но, скорее всего, таким станет, если дело отправится на судебное разбирательство. Встреча с судьей в неформальной обстановке поможет сохранить время и издержки, что устраивало Рози. Она хотела, чтобы все закончилось как можно скорее. Теперь, когда процесс запущен, она хотела побыстрее выбраться из этого провального брака.

В первый раз с того момента, как Зак стал партнером в бухгалтерской фирме, перед ней встала проблема нехватки денег. Пока они были женаты, они жили на его зарплату, а Рози хорошо справлялась с сохранением их затрат в пределах — надо сказать значительного — ежемесячного дохода. Внезапно в распоряжении Рози оказалось куда меньше тех денег, которые были ранее, и стало сложно покрывать расходы. Финансовых сложностей после переезда Зака и так было достаточно. А он еще и забрал половину мебели, белья и остальных вещей. Она сотню раз хотела взять вещь, а потом понимала, что ее нет. И это служило грубым напоминанием об отсутствии мужа в семье.

Шэрон Кастор и Рози сидели в библиотеке, когда прибыли Зак и его адвокат. Рози нашла номер Шэрон в телефонной книжке, она выбрала ее без чьих-либо рекомендаций и советов, потому что была слишком смущена и не могла признаться друзьям, что ей нужен адвокат. Рози хотела адвоката женского пола, и ей понравилась фамилия Кастор — почти как касторовое масло. Рози не была злой женщиной, но хотела, чтобы Зак к тому моменту, как все закончится, чувствовал себя так, будто проглотил порцию касторового масла. Он не заслуживал ничего большего после того, что сделал со своей семьей.

Рози и Шэрон ждали в молчании, пока Зак и Отто садились напротив них.

Рози положила сжатые руки на стол, так же поступил и Зак. Она избегала смотреть мужу в глаза или же в глаза его адвокату. А в животе зародилось ужасное ощущение. Это началось ранним утром, и с каждой минутой становилось только хуже.

— Вы подготовили свою часть плана об опеке? — поинтересовался Отто Бенсон у Шэрон.

— Мы сделали это.

Шэрон положила документы перед Заком и его адвокатом.

И Рози поразилась, насколько цивилизованно они вели себя. Ее жизнь разваливалась на части, а она должна сидеть как куль с мукой и делать вид, что ничего не происходит и все просто чудесно.