Мистер Мейфэр - Луиза Бэй

Тело мое стало почти невесомым, словно я уже прошла сеанс массажа. Мне всегда казалось, что конфликтные ситуации приносят только гнев и отчаяние, но, рассказав Карен о своих переживаниях, я вдруг почувствовала странное умиротворение.

– Ну, ты и молодец! – прошептала Флоренс, наблюдая за удаляющейся Карен. – Я столько лет ждала, когда ты наконец начнешь давать ей отпор. Поверить не могу – она, оказывается, рассчитывала, что ты порадуешься за нее.

– Я так долго была тряпкой, о которую вытирали ноги, – сказала я.

– Это, скорее, плохо говорит о ней, а не о тебе. Но мне нравится эта новая Стелла. Неужели общение с Беком сделало тебя такой смелой?

Не уверена, что это можно назвать смелостью.

На самом деле благодаря общению с Беком я не стала более храброй, а просто почувствовала, что в моей жизни есть перспективы и в ней больше не будет падений и горестных переживаний. Бек был посторонним человеком, не имевшим к этой ситуации ни малейшего отношения. Флоренс долгое время твердила мне, что я должна ставить Карен на место, но все изменилось, только когда я посмотрела на себя глазами Бека.

– Если Бек не делает тебя смелее, то что тогда он заставляет тебя чувствовать? – Флоренс так искренне улыбалась, что я не могла не улыбнуться в ответ – не только из-за Бека, но и из-за того, что у меня замечательная подруга, которая от души желает мне счастья. Такие друзья – большая редкость, как я теперь знала.

– Такое впечатление, что мне теперь легче дышать, – ответила я. – Понимаешь, он… я имею в виду, мы тут вынуждены быть вместе… и это так приятно. Но мне двадцать шесть, и у меня не было увлечений, помимо Мэтта, поэтому это, наверное, что-то типа курортного романа, которого у меня никогда раньше не было.

– Мне кажется, ты не совсем правильно все понимаешь. Кто знает, во что это все выльется, и, в конце концов, он же не Марко Руссо, которому через пару месяцев надо возвращаться в Италию.

Я рассмеялась. Надо же, Флоренс все еще об этом помнит. Марко Руссо был итальянским учителем-практикантом, который преподавал у нас в школе, когда нам было по четырнадцать лет. Он был таким знойным красавцем, что все девочки в школе сходили по нему с ума, что не могло не сказаться на результатах экзаменов в конце года.

– Помню, все тогда только и мечтали поехать в Италию после экзаменов.

– Можно подумать, он вспомнил бы наши имена после того, как закончил стажировку, – сказала она.

– Дело в том, что он их даже и не запоминал.

– А вообще, я никогда в жизни не встречала такого красивого мужчину, – мечтательно произнесла Флоренс. – Представляешь, я считала, что если найду его в Италии, то он непременно влюбится в меня, мы поженимся, будем жить в Тоскане, писать картины, и счастье наше продлится вечно.

У всех нас бывали детские фантазии, которые теперь казались смешными. И не только детские… Теперь даже мысль о том, что я непременно выйду замуж за Мэтта, казалась совершенно невозможной.

– Ты выглядишь счастливой, – сказала Флоренс. – Когда ты рядом с Беком.

Полагаю, это правда. Но я не собиралась позволять себе уверовать в то, что это может стать чем-то большим, чем уже стало.

– Не говори глупости. – Я швырнула журнал на столик. – Наши с ним отношения временные. Это всего лишь передышка перед тем, что меня ждет дальше. Вроде обезболивающего перед операцией или канапе перед основным блюдом. – Мне самой было горько произносить это. Да, встреча с Беком положила начало чему-то новому в моей жизни, но я не хотела оставаться наивной девочкой, которая влипает в разные истории и дает собой воспользоваться.

Возможно, мое будущее и не связано с Беком, но он стал предвестником этого будущего, надеждой на то, что оно у меня есть даже после всего случившегося. Впервые за долгое время я начала задумываться о том, что же может сделать меня счастливой.

Глава 26. Бек

Я проснулся в боевом настроении. Стелла права: я знал, что делать. Надо сосредоточиться на цели и не зацикливаться на том, что один из этих людей – кузен Генри – сделал с моей матерью.

Стелла помогла мне направить свое внимание на эту цель. Помогла мне показать себя с наилучшей стороны в этой ситуации.

Моя новая одежда, слегка потертая на вид благодаря пемзе и местами не слишком чистая, позволила мне не выделяться на фоне других охотников. Я направился к группе людей, стоявших у края подъездной дороги.

– Доброе утро, – сказал я. – Какой замечательный день.

Мне и раньше приходилось сталкиваться с людьми из этого круга – более того, я даже был в довольно приятельских отношениях с парой таких иждивенцев. Стелла сказала, что Генри – хороший человек, и, хотя мне было трудно поверить в то, что родственник Патрика Доуни может быть порядочным, я все же доверял ее суждению.

Генри стоял рядом с егерем, и я направился к нему.

– Мы сегодня будем охотиться на диких куропаток, а не на тех, которых выращивают в поместье. – Ко мне подошел Мэтт, одетый в светло-зеленый твидовый костюм, коричневые гольфы и соответствующего цвета кепку.

Если посмотреть на него издалека, он мог бы показаться лет на пятьдесят старше, чем на самом деле. Сам я отказался от головного убора, и, хотя Стелла настаивала на твидовых брюках и «веллингтонах», я все же предпочел походные штаны и ботинки.

– Ну как, вы готовы? – спросил он.

– Я всегда готов, – ответил я.

Стелла настояла, чтобы я заранее изучил, что представляет собой охота на куропаток. Я обычно хорошо готовился к встречам с людьми, но в этом случае испытывал внутреннее сопротивление, не принимая образ жизни и занятия этих людей, – возможно, потому, что в свое время они сами меня отвергли. Патрик Доуни не хотел, чтобы я появился на свет, выбросил меня из своей жизни, и я не хотел становиться частью этого общества. Но, как утверждала Стелла, если я хотел получить особняк Доуни, то придется соблюдать правила игры.

– Любите охотиться? – спросил Мэтт.

– Предпочитаю гольф, – ответил я.

– Вот и отлично, – продолжал он. – Может, сыграем пару лунок, когда я вернусь после медового месяца? Девочки могут пообедать вместе, а мы займемся мужским делом.

С какой стати этот придурок считает, что я захочу проводить с ним время? Он бывший парень Стеллы. А если бы даже он им не был, у меня достаточно друзей. Мне вполне хватает пятерых сверхэффективных успешных засранцев,