Прекрасная леди - Бренда Джойс

— Ну, вот мы и на месте, — тихо сказал Клифф.

Аманда с трудом оторвала взгляд от дома и посмотрела на него. Де Уоренн спокойно сидел рядом с ней, его огромная фигура занимала половину заднего сиденья. Капитан был одет привычно, так, как во время путешествия, с тем лишь исключением, что он добавил к своим сапогам шпоры. «Должно быть, он планирует поездить верхом», — удивленно подумала Аманда, и тут ее взору предстала огромная кирпичная конюшня, увитая розами, которые спускались со стены слева от дома.

— Белфорд-Хаус находится в Вест-Энде? — еле выдавила она из себя.

— Да.

«Это просто невозможно себе представить!» — мелькнуло в голове Аманды.

— Он похож на этот дом?

Клифф облизнул пересохшие от волнения губы.

— Он тоже большой, но не такой, как этот, — Белфорд не слишком богат.

— Этот Белфорд — тоже граф?

— Нет. Он барон.

«Мама живет в доме барона», — вне себя от изумления, подумала Аманда. А она-то считала, что ее мать обретается в скромном, но благородном доме — не в замке, не в особняке и не с аристократом.

— А мама может быть служанкой?

Клифф помедлил, не зная, что ответить, но правду решил не открывать.

— Не знаю.

Карета остановилась, и Аманда выглянула наружу. Двое швейцаров в ливреях поспешили к экипажу от парадной двери, где обычно стояли. На них красовалась форменная одежда: красные фраки, отделанные золотой тесьмой, белые бриджи, белые чулки и черные ботинки с пряжками.

Аманда сидела не шелохнувшись, боясь выйти из экипажа.

— Пожалуйста, скажите мне, что граф и графиня находятся в Ирландии, — прошептала она.

Глаза Клиффа сверкнули.

— Аманда, я не знаю, где они сейчас. Но в любом случае они будут приветствовать вас с распростертыми объятиями. Пожалуйста, верьте мне. Я никогда вам не лгал, и не собираюсь делать этого впредь.

Аманда насторожилась, ее тело напряглось как струна.

— Но это их дом!

— Они предпочитают Адар. Если кто-то и живет сейчас в резиденции, так это, возможно, Тай, заботится о делах поместья.

За время путешествия она узнала о семье Клиффа все.

— Но он может быть со своей женой. Вы говорили, что они до сих пор страстно любят друг друга и редко разлучаются.

Клифф улыбнулся:

— Они живут иллюзиями, но я очень рад за них. Нет, здесь вряд ли кто-то есть сейчас, Аманда. Пойдемте. Если вас не может испугать даже ураган, определенно, вам удастся найти в себе силы войти в дом моей семьи, где вы всегда будете желанной гостьей.

Аманде было так жаль, что сейчас на ней не надето подобающее случаю платье! Но прятаться в экипаже дальше она не могла. Она никогда не чувствовала себя так плохо.

Форейтор протянул руку, но Аманда в недоумении уставилась на него. Похоже, он хотел помочь ей спуститься, но дочери пирата не объяснили эту деталь этикета, не так ли? Аманда услышала странный, истеричный смешок и поняла, что он вырвался из ее груди.

Интересно, а у мамы тоже есть швейцары в ливреях?

— Обопритесь на его руку, Аманда, — прошептал Клифф.

Аманда подала слуге руку и вышла из кареты. Клифф выскочил из экипажа следом, подойдя к карете, в которой ехали его дети, Анахид и Мишель. Он спешно открыл дверцу, и Алекси выпрыгнул наружу с диким, воинствующим воплем.

— Алекси, — неодобрительно заметил Клифф, — своим криком ты распугаешь лошадей!

Мальчик пропустил замечание отца мимо ушей и помчался к Аманде.

— Ну, что вы думаете? В городе так неприятно пахнет! — Он брезгливо наморщил нос. — Здесь не так плохо, но в доках воняло ужасно! А вы видели, какие грязные улицы? И тут так серо, так холодно!

Аманда пока осознала лишь то, что в городе было очень влажно, ничего в здешнем воздухе не напоминало о теплом островном климате.

— Тут действительно холодно, — согласилась она.

Клифф подошел к Аманде, ведя за руку Ариэллу.

— Вы будете приятно удивлены, — сказал он. — Пойдемте.

Но они еще не успели двинуться с места, как входная дверь распахнулась, и на пороге показался высокий, темноволосый мужчина. На какое-то короткое мгновение Аманда решила, что это — граф, и ей захотелось провалиться сквозь землю. Но Клифф радостно воскликнул:

— Рекс!

И тут Аманда увидела, что мужчина опирается на костыль и у него до колена отсутствует правая нога.

Улыбаясь, этот мрачно-привлекательный человек с трудом спустился по ступеням. Клифф остановил брата на полпути, и они крепко обнялись.

— Это еще что такое? Цирковая труппа или цыганский табор? — удивился Рекс, и в его глазах заплясали озорные огоньки. Он оставил брата и теперь высился над Алекси, который взирал на дядю широко распахнутыми глазами. — А это, должно быть, цыганский принц! Хм, цыгане в Мейфэре вне закона.

— Я — не цыган и не принц. Но моя мать — настоящая принцесса, и вы прекрасно знаете, кто я. Вы — мой дядя, рыцарь, сэр Рекс, — серьезно, с большим достоинством изрек Алекси.

— А ты, должно быть, Том?

Алекси покачал головой, выражая и раздражение, и высокомерие:

— Я Александр де Уоренн.

Рекс сжал его плечо:

— Я совершенно точно знаю, кто ты, мой мальчик. Добро пожаловать в Хэрмон-Хаус!

Потом внимательный взгляд Рекса остановился на Ариэлле, которая застенчиво смотрела на него.

Клифф жестом подозвал дочь:

— Ариэлла, это твой дядя Рекс. Если тебе когда-нибудь понадобится помощь, а меня рядом не окажется, ты всегда можешь обратиться к нему так, как обратилась бы ко мне.

Ариэлла кивнула, непривычно молчаливая, и крепче прижалась к Анахид. Аманде тоже захотелось переместиться поближе к ним.

Но было поздно. Рекс заметил дочь пирата и окинул ее своим проницательным взором с макушки до носков сапог. Клифф продолжал представлять гостей:

— Это гувернантка детей Анахид и их учитель месье Мишель.

Рекс бросил в их сторону подобие вежливой улыбки, и его взор снова вцепился в Аманду. Она почувствовала, как покраснела.

— Анахид, пожалуйста, проводите детей в дом. Алекси, ты можешь осмотреть дом и остальную часть резиденции, но ты не должен ни на шаг выходить за пределы парадных ворот.

Группа прибывших начала редеть, и Клифф обернулся к своей протеже. Его глаза были полны такой добротой и нежностью, что у Аманды перехватило дыхание.

— Я хотел бы познакомить вас со своим братом.

Аманда вышла вперед, медленно волоча негнущиеся от страха ноги.