Конъюгаты: Три - Люминис Сантори

тут выходило смешновато. Агний, несмотря на все свои аристократические изучения, шёл с женой, рот до ушей хоть завязочки пришей, в обнимку, ну натурально как какой-нибудь дембель на районе, или тот же чувак с квартала. Обычно он боялся, что её продует, накидывал кусок своей куртки, или всю куртку, обхватывал её сначала одной рукой, потом двумя, а далее вовсе норовил понести на руках. Это было так неловко! Но Хрисанф более и слышать не желал ни о каких социальных ролках. Просто упёрся как баран.

— Ха! Что за школота! Господи, так нелепо. Мы же взрослые.

— Ничего ты не смыслишь!

Далила обиделась и с силой отбросила его пятерню от себя.

Агний хотел обнять её, но она оттолкнула его.

— ЛуЛу!

Ответа нет.

— Ну, Риру!

Ответа нет.

Кирсанов завидел вдали возле рощицы ив Стефана, который собирал там особую тонкую траву для кур. Хрисанф поманил стинки и вручил ему камеру.

— Сними нас.

Они оба с женой были по летнему времени в белых футболках. Он в светлых тонких джинсах. Она просто в полуспортивных трениках, потому что не очень отдавала должное любой джинсовке. Агний мягко сделал постановку позы для неё и для себя, и подбежав к Стафу, проверил, правильно ли смотрится. Глазомер у него что надо, включая премелочные мелочи.

— Смотри, чётко щёлкни! В Далила катс отправлю.

— Агний!

— Такие короткие руки у тебя, вот так согни, хорошо. А я вот так сделаю.

Он естественно сжал её ладонь и слегка, но очень симпатично, повернул голову в её сторону. Она чуть приподнялась на цыпочки, чтобы лицо не слишком запрокидывалось вверх.

— Так мой двойной подбородок ушёл?

— Ушёл-ушёл. Лучше улыбнись, как будто ты — студентка первого курса, а я пятого, и собираюсь заманить девчонку после баночки пива в свою комнату, провонявшую носками четырёх сожителей.

— Агний, ты неромантичный!

Стефан побыстрее отснял с десяток кадров, пока хозяйка не замахнулась на хозяина.

В качестве бонуса, чтобы утешить свою благоверную, Хрисанф попросил стинки ещё поработать фотографом и устроил древний сет, где она видна со спины и её рука, тянущая с собой его.

— Дэли, что за пятачок! Ну ничего, рассчитал помаленьку, норм будет смотреться.

— Я видела, когда шла по одному мосту. Там шла парочка.

— Молодые.

— Ну да. Но это куда приличнее и кавайнее, чем когда мы занимаем всю дорогу, толкая друг друга то вправо, то влево. И никто не будет считать тебя в стельку пьяным, или сумасшедшим, а меня — шалавой. И ещё они так быстро шли. Девушка чуть-чуть, на три сантиметра выше меня, парень чуточку ниже тебя.

— Ну да.

— Правда, они были ужасно стройные.

— Говорил же, что что-то с ними не так.

— А я тогда… Стрёмно что ли со мной? С нами?

Агний умилился и привлёк жену к себе.

— Что ты! Так и будем отныне по большой площади ходить. Я подберю специально принты со стрелками: май бойфренд, май герлфренд. Я не шучу.

— Не гони! Подумают, что придурки сбежали с жёлтого дома.

— Кто считает других дураками, тот сам дурак.

Целует.

— Милый. Тебе пора. Арсен скоро приедет.

— Может, отменить все планы мира? Отменить этот бесконечный поток? Дела — для дураков. Любовь — для…

— Тоже дураков?

— Да. Но для хороших.

— Тогда, когда вы там разберётесь со своей мужской бодягой, ты пойдёшь со мной гулять?

Прижимает к себе.

— Конечно. Теперь только об этом и буду думать. Смелая моя.

И там ещё много маленьких таких домашних неловкостей, может, потом расскажу.

Глава 46

Арсен озирал большие сплошные двери и чересчур высокий забор, стеной встававших в южной части владения. Это было довольно далеко, пришлось ехать на машине примерно полчаса.

— Мне казалось, что ваша усадьба чуть меньше.

— Да, тут изнутри растягиваю как могу. Хозяйство же держим. Также на стыке с домом Калиты у нас всякие мастерские и ангары, так что свободное пространство всегда надобно. Не буду же я мельтешить перед Далилой с разной чепухой. Всему — своё место.

Они въехали на базу и обнаружилось, что там стоит только одно внушительное строение, ничем непримечательное, почти квадратное. Углозуба Арс оставил у входа в гнездо Кирсановых, авто было Хрисанфа, и с собой взяли Стефана. Хоть стинки и был принят в качестве водителя, за рулём сидел Агний.

— Стаф слишком тихо водит, а я туда-сюда, одна нога здесь, другая там — у меня ещё с женой планы на вечер.

Он улыбнулся, вспомнив их недавнюю прогулку, и провёл парней внутрь здания. Включился свет и Иванов увидел только три скромных двери напротив.

— Это лакунариум?

— Да, мы оборудовали с Никитой и Стефаном три штуки. Этого нам вполне хватит.

Арсен ожидал комплексное гудение тяжёлой аппаратуры, кучу проводов, электроники и прочей новейшей техники, коими тандем вполне успешно занимался, но здесь было как-то затхло тихо, несмотря на то что отстроили этим летом.

— Птерыч, как это работает?

Хрисанф потянулся за ручкой первой двери.

— Просто заходишь и наслаждаешься! Шутка. Просто заходишь и подключаешься. Получится — получится. Нет — нет.

Стинки с привычной сноровкой исчез в средней лакуне.

— Уже начинаем? Бро, ты как всегда с ходу.

— Твоя же идея была.

Агний подошёл к третьей дверце и постучал по ней. Нельзя было понять, из чего она сделана: ни металл, ни дерево, ни пластик. Вроде что-то негромоздко-тяжеловесное, гладко, но, видимо, изоляция нехилая.

— Что я должен буду делать?

— Стефан будет тебя сопровождать. У него есть ключи. Он там, как рыба в воде. Я даю вам два часа. Не больше. Не очень хочу, чтобы Стаф перенагружался, ведь мало-помалу восстанавливаемся. Он, в принципе, неплохой стинки, но в отличие от тебя, например, у него слабая физика. Физика очень важна для активного конъюгата. Поэтому мы много едим, следим за сном и биоритмами. Помнишь, эффект дуршлага? В лакуне тебя может как следует пустить через фильтр. На самом деле, это несложно. Ты ведь уже был в слое библиотеки и со мной ходил по некоторым каналам. А как же твой легендарный проход на маяк!

— Для тебя всё пустячно.

— Принимай это, как мою особую методику и индивидуальный подход, гражданин учитель. Таким улиточным долго раскачиваться — так, жизнь тратить.

Хрисанф засмеялся и потрепал патлы друга. В это время послышался рёв другой подъезжающей машины: кто-то очень спешил. Кирсанов в недовольстве сжал губы и выпрямился в непроницаемый столб.

— Я с вами!

Айнар вбежал внутрь и резко остановился перед отцом.

Арсен, честно, наоборот, как-то вдавился в литосферу: струхнул, как говорится, не по-детски. Однако краешком обзора