Десятое желание - Алена Занковец

Катя разглядывала его лицо, все пыталась запомнить. Оно было таким родным…

– Тогда прощай, Ян.

* * *

Он увидел Кэт утром, из окна кухни, когда заваривал кофе. Она шла по свежему снегу в новой белой куртке, накинув на голову капюшон, и тащила за собой черный чемодан. Белое сливалось с белым, и казалось, что чемодан катится сам.

Ян предусмотрительно снял турку с огня. Потер друг о друга вмиг похолодевшие ладони.

Кэт была сосредоточенна и молчалива. Она уже приняла решение, но Ян все пытался подобрать нужные слова, чтобы остановить ее. Только слов не хватало, а его прикосновения Кэт переносила с трудом: она казалась твердой и колючей, как тюремная проволока.

Кэт бы так и уехала, не прощаясь, словно все это происходило понарошку. Ян не дал ей сесть в такси – прижал дверцу рукой.

– Мы можем больше никогда не встретиться, Кэт, – на всякий случай объяснил он.

– Тогда прощай, Ян, – просто ответила она.

– Прощай, – Ян обнял ее – мех капюшона защекотал лицо – и поцеловал в макушку. – Прощай, малышка Кэт.

Дома он лег на кровать. Старая панелька пела, бурлила и покашливала. Только здесь, в его квартире, было так тихо, словно больше никогда не раздастся ни звука. Ян смотрел в потолок, пока не стало смеркаться. Рыхлый воздух оказался постылей кромешной тьмы.

Внутри все ныло, ломило и жгло, будто вместо крови по венам и артериям тек яд. Только которая из отрав? Разочарование? Отчаяние? Тоска?

Ян приподнялся на локтях: ему показалось, что в комнате находится кто-то еще.

Ощущение чужого присутствия исходило от запечатанной скотчем коробки, которую Ян перевез из своего бывшего дома. Она ютилась у шкафа, прикрытая пыльной выцветшей простыней.

Ян подошел к коробке и рывком сорвал простыню, словно маг, показывающий фокус. Затем одним движением перочинного ножа вспорол скотч, достал черный чехол и расстегнул на нем молнию таким медленным, выверенным движением, словно делал разрез скальпелем. Чувствуя покалывание в кончиках пальцев, он погрузил ладони внутрь.

Металл неожиданно оказался теплым. Ян провел по нему рукой, удобно взялся за изгибы – и вынул из чехла саксофон. Даже в сумерках инструмент отливал золотом, отражая неизвестно где пойманный свет.

Ян выпрямился, расправил плечи. Пальцы нашли нужные клапаны, легли на них легко и удобно. Он сделал глубокий вдох и коснулся губами мундштука.

Ян играл, привыкая к ощущениям, которые рождала в нем музыка, постепенно, словно заново учился ходить. Играл так, что болели, будто разрывались, легкие. Кровь очищалась от яда.

Со временем боль прошла, мелодия затихла, но словно продолжала эхом звучать в зеркалах и хрустале. А потом смолкло и эхо, и стало так тихо, что казалось, можно услышать, как сам по себе пел под горячими пальцами металл саксофона.

Глава 27. Новый день

Утром зазвонил телефон. Катя с каменным лицом взглянула на дисплей: не хотелось снова выслушивать уговоры Яна. Но это был ее приятель по казино.

– Уже одиннадцать! А твоего друга все еще нет в офисе. И «трубу» он не берет. Как прикажешь это понимать?!

Катя наморщила лоб, пытаясь связать логические цепочки.

– Ян тебе позвонил?!

– Три недели назад, он прошел собеседование. Вчера с ним разговаривала моя секретарша. Клянется, что твой Ян собирался прийти. А теперь его нет. Знаешь, у меня солидная фирма, мне нужны ответственные работники, даже если я и принимаю их по знакомству!

Невероятно…

Но слишком поздно.

– Постой! – Катя подняла руку, словно собеседник мог это видеть. – Вакансия еще не занята?

– Еще не занята, – ядовито передразнил ее мобильный телефон.

– Тогда возьми меня на эту должность! Клянусь, я буду самым ответственным работником на свете!

Закончив разговор, Катя упала на кровать.

Она ощущала себя ракетой, летящей к цели, и от нее только что отделилась отработанная ступень. Теперь Катя летела быстрее. А цель была ближе.

Наступил первый день ее новой – лучшей – жизни.

Она уволится из казино.

Не вернется на курсы английского.

Сменит номер телефона.

Она уничтожит все, что связывало ее с прошлой жизнью. И никогда, никогда не попадется в мышеловку под названием «Ян».

Больше она не будет мышкой. Она станет кошкой.

* * *

Утро у Яна тоже началось со звонка. Дверь, похоже, собирались взять штурмом. Он лежал, пытаясь слиться с тишиной квартиры, возникающей между накатами яростного дребезжания, но тот, кто стоял за дверью, не собирался уходить. Вскоре вопли звонка сменились ударами кулака в дверь. К ним присоединился раздраженный мужской голос.

– Ян, вы здесь? Вам посылка от Газо! Он сказал, чтобы я не возвращался, пока не отдам ее вам.

Первая мысль: Газо решил с ним покончить.

Вторая: это очень глупое предположение.

Третья: если и решил, бегать от Газо он не будет.

Ян открыл дверь. Перед ним стоял парень, совсем молодой, лопоухий, с одутловатым веснушчатым лицом. Он протянул Яну посылку, завернутую в почтовую бумагу, наткнулся взглядом на шрам – и не сразу разжал пальцы.

– Что там? – спросил Ян, потянув посылку на себя.

– Не знаю.

– Ладно, сам разберусь. Ну, прощай!

– Э… – проблеял посыльный, когда Ян взялся за дверную ручку. – Газо просил, чтобы вы позвонили ему, мол, посылка дошла. Позвоните?

– Нет.

– Газо так и думал. В подобном случае он попросил сделать ваше фото с посылкой, можно?

Юноша не стал дожидаться очередного «нет». Навел на него камеру мобильного, и свет вспышки высветил лицо Яна, сыгранное специально для Газо. Отменный ракурс: чтобы шрам был заметен во всей красе. Всклокоченные волосы. Злые сощуренные глаза. Верхняя губа приподнята в порыве бешенства.

– Сойдет? – спросил Ян, возвращая лицу привычное выражение.

Но парня уже и след простыл.

Ян распаковал посылку, не отходя от двери. Скотч с ошметками почтовой бумаги упал на пол.

В коробке, прижимаясь друг к другу, лежали ровные стопки зеленых купюр. Ян втянул носом воздух. Он уже и забыл, как пахнут большие деньги. Провел пальцем по ребрам перевязанных стопок. Можно не пересчитывать. Здесь вся сумма долга. И даже, возможно, больше.

К Яну вернулась удача. Но он не мог понять, что послужило пусковым механизмом? Как это работает теперь? Каковы новые правила?

Этим же вечером в новостях сообщили, что Султана взяли под стражу. Его обвинили в совершении нескольких преступлений, одним из которых была торговля людьми.

Не отрывая взгляда от экрана ноутбука, все еще не веря своим ушам, Ян нашарил рукой горлышко бутылки, потряс – виски закончилось. Тогда он проверил карманы курток, висящих в шкафу. Нашел